ЛитМир - Электронная Библиотека

Я немного постоял, глядя на газон и огибающую его дорогу; пожалуй, ждал, что пагода вот-вот появится, но она так и не появилась, и я ушел в дом.

4

Машина времени выглядела именно так, как ее описал Старик Пратер. Цилиндр заклинило между березовыми стволами; обводы его были немного нечеткими, словно мерцали, но не настолько сильно, чтобы его нельзя было разглядеть. Хлама, занесенного из других времен, почти не было: только теннисный мячик да старый ботинок. А пока мы смотрели, исчез и он.

– Перед вашим приездом, – сообщил Старик Пратер, – мы провели кое-какие предварительные исследования; привязали к шесту фотоаппарат и подвинули поближе, чтобы снять всю поверхность – кроме того бока, что на земле. Первый фотоаппарат пропал – если подобраться слишком близко, то можно сдвинуться во времени, что ли, – но второй остался здесь, и на снимках мы нашли кое-что любопытное. У самой земли, за березой, есть нечто вроде регулятора.

Старик Пратер вынул из-под мышки папку, и мы сгрудились вокруг, чтобы поглядеть на фотографии. Две из них действительно показывали что-то похожее на ручку управления – круглую заплату на металле цилиндра. На ней не было никакой маркировки, только три небольших выступа по краю – должно быть, раньше они были связаны с каким-то механизмом управления.

– И все? – спросил Леонард.

– Есть еще пара зазубренных пятачков на концах цилиндра. – Старик Пратер откопал соответствующие снимки. – И все.

– Должно быть, они остались на тех местах, – пояснил я, – где двигатель времени крепился на корабле, – если это действительно двигатель времени и он в самом деле стоял на космическом корабле. Зазубрины появились, когда сломались крепления.

– Я гляжу, ты в этом почти уверен, – не без издевки сказал Леонард.

– Только так, – отрезал я, – можно дать исчерпывающее объяснение случившемуся.

– Сдается мне, – заметил Леонард, – нужен еще кто-то кроме нас троих. Чарли здесь единственный, кто имеет представление о том, что такое время и…

– Мои познания на сей счет, – перебил я, – лишь теоретические. Я понятия не имею, как запустить подобную конструкцию, а работать с ней на ощупь нельзя. Если это двигатель времени, то сейчас он работает на холостом ходу; но мы по-прежнему не знаем, на что способна сила времени. Быть может, она не очень велика, но не исключено, что сила варьируется. Если мы начнем тыкаться и вдруг включим его на всю катушку…

– Могу представить, – мрачно кивнул Старик Пратер. – Но если это случится, то лучше уж не выносить сора из избы. Не по душе мне делиться этим открытием с кем-нибудь еще, тем более с правительством. А кроме правительства, обратиться не к кому.

– Работать было бы проще, – вмешалась Мэри, – если вытащить машину из рощи на открытое место, где к ней легче подступиться и можно ее вертеть.

– Мы думали об этом, – ответил Старик Пратер, – но побоялись подходить слишком близко. Конечно, мы могли бы ее извлечь, но…

– По-моему, – сказал Леонард, – лучше ее пока не трогать. Малейшее сотрясение может запустить механизм, и тогда… Беда наша в том, что приходится тыкаться вслепую, не имея даже понятия, что попало к нам в руки. Вот если б выключить ее – но хотел бы я знать, как это сделать. Может, диском, если допустить, что это выключатель? И потом, как к ней подобраться, чтобы повернуть его?

– Вы сказали, что Колченогий достал книгу, – повернулась Мэри к Старику Пратеру. – Как он это сделал? Он что, просто подошел и взял?

– Он умудрился зацепить ее мотыгой.

– А может, – предложил Леонард, – в мастерских сумеют сладить какую-нибудь штуку для работы с этим диском? Приладят длинную ручку, чтобы дотянуться до него и зацепиться за эти пупырышки. Если у нас будет подходящий захват, то дело в шляпе.

– Великолепно, – согласился я, – вот только в какую сторону крутить?

Но я начал думать об этом слишком рано. Захват-то в мастерских сделали – по фотографиям. В первый раз он оказался чуточку маловат, во второй пришелся точка в точку, да только без толку: он все равно проскальзывал мимо бугорков на диске, словно они были смазаны маслом. В общем, ухватиться за них никак не удавалось. В мастерских неустанно совершенствовали захват, работу не прерывали даже на ночь, но и нам, и слесарям уже стало ясно – этот номер не пройдет.

В тот же вечер за обедом мы попытались обсудить это, но разговор как-то не клеился. Слишком много оставалось открытых вопросов: недостаточно заглушить двигатель, надо еще понять, как он работает. Но как исследовать механизм, топливом для которого служит само время? Конечно, если повезет, то можно демонтировать его, тщательно фотографируя и зарисовывая каждый этап. Не исключено, его удастся даже собрать заново, но как и почему он работает, останется тайной. Можно даже разобрать его до косточки, понять назначение и взаимосвязь всех элементов – но так и не уловить принцип действия двигателей времени.

Мы все сходились на том, что разборка будет сопряжена с опасностью. Где-то в глубине этого металлического цилиндра скрывается неизвестный фактор, столкновение с которым представляет значительную опасность. Для управления этим фактором в машину встроены датчики и регуляторы, и стоит вывести систему из равновесия, как окажешься один на один со временем – с тем фактором, который мы называем «временем». Но абсолютно никто на свете не знает, что же такое время.

– Нам нужно что-нибудь этакое, – сказал Леонард, – способное изолировать время, защитить нас от него.

– Во-во, – согласился я, – вот именно. Штуковина, которая подавляла бы фактор времени, чтоб нас не зашвырнуло в каменноугольный период или в то жуткое будущее, которое наступит после тепловой смерти вселенной.

– Ну, не думаю, чтобы эти силы были настолько уж велики, – возразил Старик Пратер.

– Сейчас это действительно так, – ответил Леонард, – но Чарли полагает, что двигатель работает на холостом ходу, быть может, еле дышит. Если это и в самом деле то, что мы думаем, ему свойственна значительная мощность – ведь он перемещал космический корабль на расстояние многих световых лет.

– Подавлять фактор времени может только нечто нематериальное, – сказал я, – нечто не принадлежащее к материальной вселенной. Нечто не имеющее массы, зависящей от времени. Нужен объект, не подчиняющийся времени.

– Может, свет? – предположила Мэри. – Лазеры…

Леонард покачал головой.

– Либо время влияет на свет, либо у света свое собственное время. Он перемещается только с одной скоростью. И потом, он материален, хоть на первый взгляд и кажется бесплотным: в сильном магнитном поле пучок света отклоняется. Нам нужно нечто пребывающее вне времени и потому независимое от него.

– Ну, тогда сознание, – не унималась Мэри, – мысль. Телепатический сигнал, направленный на двигатель и устанавливающий с ним некий контакт.

– Идея подходящая, – согласился Старик Пратер, – но в этом отношении мы отстали на тысячи лет. Нам неведомо ни что такое мысль, ни как функционирует сознание. Да и телепатов у нас нет.

– Ну, знаете, – возмутилась Мэри, – я сделала что могла: выдала пару скверных идей. Теперь ваш черед.

– А если применить магию? – предложил я. – Отправимся в Африку или на Карибское море и отыщем хорошего знахаря.

Я сказал это в шутку, но юмор до них не дошел, и все трое уставились на меня круглыми глазами, будто три филина.

– Резонанс особого рода, – промолвил Леонард.

– Я понимаю, о чем ты говоришь, – подхватила Мэри, – но это не пойдет. Ты говоришь о шаманской музыке, а в музыке я знаток. Время является частью музыки, музыка строится на нем.

Леонард нахмурился.

– Я ляпнул, не подумав. Я говорю об атомах. В атомарных структурах, вероятно, нет времени. Некоторые исследователи выдвинули такую теорию. Если б мы могли подровнять атомы, выстроить их в некоем случайном… – Он помотал головой. – Нет, не пойдет. Сам Господь Бог не справился бы с этим, а если б и справился, то вряд ли это поможет.

4
{"b":"37918","o":1}