ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Космическую антропологию[4] в школе не преподают, – с сожалением ответил Алеша.

– Вот-вот, и чему вас только учат в этих школах, – проворчал робот.

В этот момент слева громко затрещали кусты, и на поляну выскочил огромный хищник со сплюснутой головой и кривыми сильными лапами. Его синяя лоснящаяся шерсть стояла дыбом, желтые клыки торчали из пасти, будто маленькие турецкие сабли, а зеленые глаза сверкали голодным яростным блеском.

Зверьки тут же с криками побросали дубинки и бросились к ближайшим деревьям. В одну секунду они вскарабкались на них и, жалобно повизгивая, исчезли в густой листве.

Мальчик прыгнул за Цицерона словно кузнечик. Хищник выглядел куда более опасным, чем неповоротливые ящеры, и хотя робот значительно сильнее, зверь мог оказаться проворнее.

– Скорее сюда! – закричал мимикр из вездехода. Он прыгнул на Алешино сиденье, судорожно вцепился в руль, до упора нажал на акселератор, и машина рванула вперед.

Друзья едва успели отскочить в сторону. Фуго пронесся в нескольких сантиметрах от них, резко повернул к зверю, и вездеход, похожий на бронированного жука, как вкопанный встал перед хищником.

– Ну-ка бодни его! – крикнул Цицерон. – Пусть знает, с кем связался!

Машина и синий зверь оказались почти одного размера, и хищник не очень испугался. Он лишь отпрянул назад, затем издал леденящий душу рев и приготовился к бою. Но Фуго не дал ему прийти в себя: включил сирену и снова нажал на газ. Катер с оглушительным воем пополз вперед, а хищник, не ожидавший такого напора, вдруг начал пятиться. Несколько раз он пытался остановить неизвестного противника ударом мощной лапы, но огромные когти не причиняли броне никакого вреда, и пришлось отступить. Озираясь по сторонам, он задом вошел в лес, затем развернулся и, обиженно рыча, удалился восвояси.

– Здорово! – только и смог вымолвить Алеша, когда зверь исчез за деревьями. От пережитого страха у него сильно дрожали руки и колотилось сердце.

– Да, не ожидал, – одобрительно проговорил Цицерон. – Все-таки этот мимикр не так плох, как я думал.

А Фуго подал вездеход к друзьям, раскрыл дверцу и важно проговорил:

– Садитесь, горе-путешественники. Вдвоем с одной зверюшкой справиться не могли.

– Ну, пошло-поехало, – недовольным тоном сказал робот. – В бронированном этом… как его?

– Вездеходе, – подсказал Алеша.

– Вот-вот, – продолжил тот. – В нем легко быть смелым. Теперь Фуго всю жизнь будет хвастать, как спас грузового робота от металлоядного хищника. Представляю, каким идиотом я буду выглядеть в его рассказе. Небось соврет, что зверь откусил мне голову, но подавился мигалкой. Вот тут-то он и подскочил к зверю: вырвал из окровавленной пасти мою железную башку, дал зверюге пинка, а голову снова насадил на мое бездыханное туловище.

– Я, в отличие от тебя, всю жизнь стараюсь говорить только правду, – огрызнулся мимикр.

– Опять спорите, – заняв водительское место в вездеходе, сказал Алеша. – Спасибо, Фуго. Ты действительно вовремя подоспел.

– А кстати, где ты научился водить катер? – поинтересовался Цицерон. – Насколько я понимаю, на твоей планете нет машин сложнее телеги.

– Да у нас и телег нет, – вздохнул Фуго. – Мы не развивались в эту сторону. Некогда было. У нас самое главное – умение спрятаться. И машину водить не умею, но видел, как это делает Алеша. С испугу вспомнил. А сейчас если опять сяду, ничего не получится.

Через несколько минут маленькая экспедиция отправилась дальше. Фуго от нечего делать принялся рассказывать о жизни на своей планете и побеге с нее. Цицерон некоторое время шел молча, но потом не выдержал и сказал:

– Ты не мог бы рассказывать погромче? Мне почти ничего не слышно.

– Хорошо, – обрадовался тот. Ему явно польстило, что рассказ заинтересовал даже такого повидавшего космос робота. – Семья у нас была большая. Мама, папа и пять братьев и сестер. Папа построил дом в предгорье, на высокой скале, чтобы туда не могли добраться подлые ажоры. Эти твари плохо лазают, хотя молодые очень проворны, мимикров отлавливают за здорово живешь.

Жили мы если и не счастливо, то, по крайней мере, терпимо. Выращивали овощи, с рассветом солнца вставали, а с закатом ложились. И все было бы хорошо, если бы однажды к нашему дому не приперся ажор невиданных размеров. Мы заметили его издалека. Когда он тащился к нашей скале, от него разбегались даже более мелкие сородичи. Вообще, они не разборчивы в еде. Здоровенный зверь может запросто сожрать своего собрата поменьше. Им лишь бы живое, а там хоть свой, хоть чужой – все едино.

Мы долго наблюдали за дорогой, надеялись, что пронесет и он отправится дальше, но это гнусное животное учуяло нас. Гигантский ажор поднялся к скале, встал на задние лапы, разинул пасть и долго ревел – так они показывают, что хотят есть.

Вся наша земля сидела дома, тряслась от страха и надеялась только на то, что злодей нас не достанет. Но это был слишком большой ажор. Он принялся лапой скрести стену, и очень скоро там образовалась большая дыра. Тут-то мой дорогой папочка и понял, что выбрал для постройки дома плохое место: позади была отвесная стена, а впереди этот людоед. Ничего не оставалось, как забраться на крышу и ждать смерти.

Дом ходил ходуном, крыша вскоре накренилась и должна была вот-вот рухнуть. Мы с братьями и сестрами начали разбирать стену и бросать в ажора камни, но это не помогало – он очень хотел жрать и не собирался оставлять нас в покое.

Как говорят мимикры, «беда никогда не приходит одна». И действительно, совершенно неожиданно сверху налетел другой прожорливый хищник – гаррум. Он похож на того воздушного разведчика из биологической экспедиции на Тимиуке. Только совсем безмозглый.

Это крылатое чудовище выбрало почему-то меня и, как потом оказалось, спасло мне жизнь. Гаррум схватил меня когтями и в считаные секунды поднял высоко в небо. С тех пор я больше не видел родных, и уверен, что ажор всех их съел. А меня хищник понес куда-то за скалы. Я дергался в его когтях как сумасшедший, бил его по лапам камнем, который не успел бросить в ажора. И в конце концов, это летающее чудовище выпустило меня. Видно, там, на небесах, решили, что мне еще рано избавляться от мучений. Гаррум как раз в это время пролетал над озером. В него-то я и плюхнулся – в общем, остался жив.

Упав с такой высоты, я опустился на самое дно – даже воткнулся в ил. А когда начал подниматься на поверхность, то впереди увидел огромного зубастого кикирода. Этот подводный хищник плыл ко мне с раскрытой пастью, и я начал прощаться с жизнью… Но по счастливой случайности наперерез ему бросился другой кикирод, тоже чтобы меня сожрать. Между ними завязалась страшная драка, а их добыча, то есть я, стрелой вынырнул на поверхность и в мгновение ока доплыл до берега.

Я едва успел отдышаться, когда услышал позади чью-то поступь. Немедленно обернувшись, я увидел другого ажора, более мелкого, но это было еще хуже. На открытом пространстве этот прожорливый подросток догнал бы меня в два счета. Тут-то я и призадумался – всего на полсекунды, – прыгать в воду к кикиродам или позволить ажору слопать меня здесь, на бережку. Бежать было бесполезно – он меня уже заметил. Тогда я решил попробовать обмануть людоеда: встал у самой кромки воды, поднял хороший булыжник и со всей силы швырнул ажору в морду. Что там началось! Он заревел, рванул вперед и получил еще одним булыжником в глаз. Здесь-то он и потерял бдительность. Разбежался так, что вполне мог допрыгнуть до середины озера, а я просто вовремя отскочил в сторону. Ажор конечно же влетел в воду и по инерции проплыл несколько метров. Это было его последнее купание. Два кикирода решили помириться ради такой крупной добычи и набросились на него с двух сторон.

Досматривать обед я не стал. Но именно тогда мне впервые пришла в голову мысль, что надо искать другое место для нормальной жизни. Я уже тогда знал, что некоторые мимикры улетают с планеты на космических кораблях. Нужно было только добраться до научной станции пришельцев, дождаться корабля и, прикинувшись ящиком или рулоном, попасть внутрь.

вернуться

4

Антропология – наука о человеке, происхождении и эволюции рас.

6
{"b":"37985","o":1}