ЛитМир - Электронная Библиотека

У нее остались только чувства. Она любила Гидеона, действительно любила. И знала, что он хочет, чтобы она была рядом. Но в какой роли?

Филипп посеял в ее душе семена сомнения, и они пустили корни.

– Вот что вышло из твоего побега! Тебе нужно немедленно вернуться к деду, туда, где тебя уважают.

– Меня уважают здесь как никогда в жизни. Я никогда не вернусь в Дерем-Корт.

– Этот человек соблазнит тебя!

– Я тебе не верю! – пожала плечами Пруденс. Она не хотела показывать, что слова Филиппа запали ей в душу.

Филипп, раздраженный тем, что его доводы не подействовали, несколько раз прошелся по комнате. Нахмурив брови, он обдумывал ситуацию.

– Значит, ты решила бросить меня ради человека, о котором идет слава повесы.

– Да. Прости, но это так.

– Ты понимаешь, что тем самым выставляешь меня на всеобщее посмешище?

– Почему? Наша помолвка была тайной, о ней мало кто знает.

Помолчав, Филипп покачал головой.

– У меня тоже есть гордость. Кроме того, люди, у которых я остановился, могут сделать определенные выводы, поскольку я наводил для тебя справки.

– Не надо было этого делать.

– Не согласен. Как теперь выпутаться из этого положения с наименьшими потерями? Я должен блюсти свою гордость.

– Да, ты это говорил, но...

– Поскольку ты бросила меня, то, считаю, будет справедливым, если ты на первое место поставишь мои интересы.

Я не желаю попасть в неловкое положение. Я собираюсь пробыть в Бате еще неделю. Думаю, с твоей стороны это будет не большая жертва, если я попрошу тебя на следующей неделе не появляться в публичных местах? Чтобы случайно не встретиться и не спровоцировать ненужные вопросы.

– Не понимаю, почему может возникнуть неловкость. Ведь наша помолвка была тайной.

– Мне лучше знать, Пруденс, – отмахнулся Филипп от ее возражений. – Кроме того, я не хочу, чтобы мое имя связывали с беспутными сомнительными людьми, с которыми ты завела знакомство. Нас с тобой будут связывать хотя бы как соседей по Норфолку, а я не желаю ничем смущать своих гостеприимных хозяев.

– Беспутными и сомнительными? Да как ты смеешь оскорблять добрейших...

– Каррадайс неподходящая компания для тебя и твоих сестер, – оборвал ее Филипп. – Как и этот фальшивый герцог и его танцовщица тетушка.

– Это я танцовщица? – послышался от двери мелодичный голос. – Какая прелесть! Думаю, в молодости мне бы понравилась мысль стать танцовщицей. Они такие забавные. – Леди Августа с веселой улыбкой вошла в комнату. – Только танцы иногда слишком утомительны и требуют много энергии. Выйдя замуж, я нашла более приятное применение своим силам.

Скрытый смысл ее слов был столь же очевидным, сколь шокирующим. Филипп обиженно выпрямился. Он взглянул на яркие волосы и оживленное лицо, явно знакомое с пудрой и румянами. Однако хорошие манеры взяли верх, и Филипп надменно поклонился.

Леди Августа, в свою очередь, рассматривала гостя. Ее взгляд коснулся вычурного галстука, туго накрахмаленного воротничка рубашки, густо расшитого жилета, затянутого в талии сюртука. Ее улыбка стала еще шире.

– Как я понимаю, вы и есть тот самый мистер Оттерклогс, о котором мы столько наслышаны.

– Моя фамилия Оттербери, мадам. Я понимаю, что у вас есть преимущество передо мной.

– Конечно, – усмехнулась леди Августа и, сопровождаемая томным шелестом пурпурного шелка, опустилась на софу. – Садитесь, мистер Оттербанкс, садитесь. – Она похлопала рукой по софе. – Долгожданному жениху мисс Мерридью ни к чему строго соблюдать здесь церемонии.

Явно напуганный этим дружеским приемом Филипп резко сказал:

– Что до этого, мадам, мы с мисс Мерридью решили расторгнуть наше прежнее неофициальное соглашение.

– Пруденс, дорогая, ты это сделала! – восхищенно всплеснула руками леди Августа. – Поздравляю!

Надменность Филиппа возросла.

– Для тебя это неподходящая компания, – повернулся он к Пруденс.

– Я с тобой не согласна, – холодно ответила Пруденс.

– Ты стала очень своевольной, Пруденс. Леди это не подобает, – тихим голосом сердито сказал он.

– Фи! – послышался с софы презрительно-насмешливый голос. – Абсолютный вздор, мистер Оттербанкс. Если вы так ухаживаете за девушками, то неудивительно, что вы до сих пор не женаты.

К удовольствию Пруденс, краска залила щеки Филиппа.

– Мое семейное положение вас не касается, мадам, – отрезал он. – Потрудитесь оставить меня с мисс Мерридью наедине, будьте добры.

– Не буду, – сладким тоном ответила леди Августа. – Я несу моральную ответственность за эту юную леди и вижу, что общение с вами наедине не пойдет ей на пользу. К тому же, мистер Оттертош, – она поднялась с софы, – я думаю, что вам пора нас покинуть. Шубридж покажет вам дорогу. – Она дернула за шнурок звонка.

– Я уйду, мадам, – процедил Филипп, – поскольку вы продемонстрировали, что понятия не имеете о том, как вести себя в обществе. Меня это нисколько не удивляет! Моя фамилия Оттербери, а не Оттербанкс или Оттертош. – Он повернулся к Пруденс и уже тише добавил: – Подумай о своем долге передо мной. Добрая воля твоего деда очень важна для моего финансового положения. Я настаиваю, чтобы ты вернулась в Дерем-Корт.

– Никогда! – сквозь зубы бросила Пруденс. Стиснув зубы, Филипп какое-то время смотрел на нее, потом примирительным тоном сказал:

– Хорошо, у тебя есть на это причины. Но по крайней мере ты воздержишься от появлений на публике в Бате? – Он тихо добавил: – Если тебя увидят с этой женщиной, это не пойдет тебе на пользу.

– Уверяю тебя, леди Августа самая...

– Не будем спорить, – прервал ее Филипп. – Обещай мне нигде не появляться. Твоих сестер это тоже касается. Ты можешь сделать мне эту маленькую уступку? Если уж ты решила после стольких лет дать мне отставку, то сделай хотя бы это.

Обдумывая его просьбу, Пруденс смотрела на него. Неделю не появляться на балах и раутах не велика потеря, если это утешит его задетую гордость. Кроме того, они заняты подготовкой к свадьбе Чарити. На увеселения времени не останется.

– Хорошо, – кивнула она. – Я согласна.

– Ты обещаешь? Никаких публичных выходов на следующей неделе?

Пруденс снова кивнула, и Филипп с большим облегчением вздохнул.

– Хорошо. В таком случае я могу удалиться. – Он повел бровями в сторону леди Августы. – До свидания, мадам. – И последовал за Шубриджем.

Леди Августа, прищурившись, смотрела ему вслед. Как только за Филиппом закрылась дверь, она сказала:

– Попомни мои слова, этот человек что-то скрывает. У него есть собственные причины для того, чтобы ты нигде не появлялась. И они не имеют ничего общего ни с его уязвленной гордостью, ни с моим мнимым прошлым танцовщицы.

Пруденс взяла кольцо, которое Филипп оставил на столе. У нее было большое желание швырнуть его в окно, но оно передавалось в семье Оттербери из поколения в поколение. Она могла злиться на Филиппа, но при чем тут его родственники? Миссис Оттербери была очень добра к Пруденс и ее сестрам. Пруденс снова повесила кольцо на цепочку и, поймав взгляд леди Августы, объяснила:

– Я отдам ему кольцо при следующей встрече. Я носила его долгие годы, несколько дней ничего не изменят.

День в среду занялся теплый и солнечный. Пруденс проснулась рано, хотя мало спала ночью. Она лежала в постели, глядя, как пылинки танцуют в солнечном луче. Сегодня первая из сестер Мерридью выходит замуж. Интересно, мама и папа об этом знают?

– Пруденс, ты проснулась? – приоткрыла дверь в спальню Чарити. – Я так волнуюсь, что спать не могу. Можно к тебе?

– Конечно, милая.

В одно мгновение Чарити оказалась около кровати и юркнула под одеяло. Она порывисто обняла сестру.

– Я думала, что испугаюсь, но оказалось, что не могу дождаться, когда все свершится. И еще мне немного грустно. Мы уже не будем такими, как были. Я стану замужней дамой. Пруденс, ты можешь в это поверить?

– Не только замужней дамой, ты будешь герцогиней, – рассмеялась Пруденс.

65
{"b":"38","o":1}