ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Не благодари за любовь
Роза и шип
The Mitford murders. Загадочные убийства
Технологии Четвертой промышленной революции
Трансформатор. Как создать свой бизнес и начать зарабатывать
Психбольница в руках пациентов. Алан Купер об интерфейсах
Закон торговца
Чернокнижники выбирают блондинок
Сын лекаря. Переселение народов

Пруденс думала об этом. На улице бушевал ветер, швыряя в стекла окон капли дождя. Она устала, тело болело от побоев. Она хотела спать. Но больше всего на свете она хотела лежать рядом с Гидеоном, чтобы он обладал ею и она обладала им. Сегодня ее мир был потрясен до основания, и ей нужно, чтобы он снова обрел устойчивость. Ей нужно положить конец старой жизни и начать новую, сейчас, с Гидеоном. Это исцелит ее лучше любого сна. Он попытался убрать свои руки, но Пруденс крепко сжала их.

– Я знаю, что устала. Я высплюсь потом. Но я хочу тебя, Гидеон. Я хочу лежать в твоих объятиях. Я не имею в виду просто лежать рядом в постели. Мне нужно познать тебя. – Она сокрушенно тряхнула головой. – Я не знаю, как это сказать! Ну почему девушек воспитывают в полном неведении? Это какое-то средневековье!

Пруденс снова попыталась объяснить свои чувства:

– Все чего-то от меня хотят, но никто не спросил, чего хочу я. Ну так вот, я хочу тебя! Сегодня, сейчас! Я хочу отдать себя тебе. Я хочу, чтобы ты обладал мною, как мужчина обладает женщиной. Я хочу, чтобы ты был во мне.

Ее щеки вдруг залились краской, и она отвела взгляд, удивленная и взволнованная силой собственной страсти.

– Прости, я знаю, что это совершенное бесстыдство. – Она снова подняла на него глаза. – Но я так чувствую. – Внезапная вспышка женской самоуверенности тут же погасла. – Если ты этого хочешь, – тихо и жалобно добавила Пруденс.

Гидеон не отрывал от нее темных глаз.

– Имп, ты своими заявлениями лишаешь меня сил, – охрипшим голосом произнес он. – Если я этого хочу? – Он безуспешно попытался улыбнуться. – Никогда в жизни я не испытывал такого сильного желания. Я хотел тебя, с тех пор как впервые увидел. Моя жизнь состояла из борьбы с самим собой, чтобы держать руки подальше от тебя.

– Так ты будешь со мной сегодня?

– Да.

Его голос стал хриплым. Гидеон словно баюкал Пруденс в руках, едва придерживая ее, и все же она чувствовала его объятия. Его тело чуть касалось ее, сильное, мощное, мужское и вместе с тем нежное. Пруденс вздрогнула и теснее прижалась к нему, наслаждаясь его жаром, его силой. Это то, что она пообещала себе в свой самый мрачный час, то, что ей нужно сейчас: Гидеон.

Он наклонился к ее рту. Его губы такие нежные. Пруденс удивляло, какой ошеломляющий эффект он на нее производит. От прикосновения его губ, от этой маленькой ласки ее тело безмолвно кричит и молит о продолжении... страсти... У нее вырвался слабый звук, и Гидеон тут же отпрянул. Его рот касался ее век, шеи, щек столь легкими поцелуями, что они казались прикосновением крылышек бабочки.

Он осторожничает с ней. Она не хочет, чтобы с ней обращались как с инвалидом. Она хочет страсти. Обладания.

Приподнявшись на цыпочки, Пруденс закинула руки ему за шею, притягивая Гидеона к себе, и его поцелуи тут же стали глубже. Она пробовала его на вкус, ошеломленная ощущением. Это было то, чего она так желала, неповторимый дурманящий вкус Гидеона и страсти.

Его медленный, настойчивый, требовательный поцелуй отзывался глубоко в ее душе и теле.

Его руки блуждали по ее телу, лаская, возбуждая сладкую дрожь. Ощущения и желания, которых она прежде не знала, нарастали в ней.

Гидеон снова вернулся к пуговицам ее сорочки и принялся расстегивать их. Пруденс подпрыгнула, когда его руки коснулись ее кожи. Она так забылась в его объятиях, что почти выпустила из памяти, что они собираются делать. Она знала, что последует дальше.

Пруденс обхватила себя руками.

Гидеон успокаивал ее, нежно целуя губы, щеки, шею, подбородок. Он расстегнул следующую пуговку, и она снова обхватила себя руками.

Он улыбнулся и замер, держа ее в объятиях. Потом коснулся ее губ нежнейшим поцелуем.

– Я не... Тебе не надо беспокоиться, – уверяла его Пруденс. – Я уже делала это. – Она пыталась справиться с охватившей ее дрожью. – Я хочу тебя, Гидеон. Правда.

– Я знаю, любимая.

Он притянул ее ближе, легкими поцелуями коснувшись ее век. Ее напряжение растаяло.

Медленно и неохотно он ослабил объятия. К Пруденс медленно возвращалось ощущение реальности. У нее было такое чувство, будто у нее что-то украли. В колеблющемся свете свечей его темный взгляд неодолимо влек ее. Только шелест дыхания нарушал тишину.

– Ты поможешь мне раздеться, любимая?

Пруденс заморгала. Она ожидала, что Гидеон захочет расстегнуть ее одежду. Филипп ее разорвал... Нет! Она не станет думать о том времени. Этот момент слишком дорог, чтобы омрачать его мыслями о прошлом.

Гидеон хочет, чтобы она расстегнула его пуговицы. Что именно он имел в виду под словом «раздеться»? Насколько? Она вдруг сообразила, что он ждет. Мягкий взгляд его темных глаз был ей непонятен.

– О! Да, конечно! – выпалила Пруденс и принялась торопливо расстегивать пуговицы жилета. Пальцы не слушались ее.

– Наверное, лучше начать с сюртука. Он довольно тесный.

– Ах да! Хорошо. – Она начала стаскивать с него сюртук. Ее обдало жаром. Ей никогда не приходилось делать ничего подобного. – Очень красивый сюртук, правда?

– Да. – Гидеон поцеловал ее, когда она потянула сюртук с его плеч.

– Очень хорошо скроен. И ткань замечательная. – Пруденс повесила сюртук на спинку стула и занялась жилетом. – И жилет тоже красивый. Очень элегантный. И вышивка прекрасная. – О чем говорить с мужчиной, когда его раздеваешь?

– Да, жилет замечательный. – Гидеон улыбнулся, его взгляд был таким нежным, что Пруденс еще больше покраснела.

Сняв с Гидеона жилет, она посмотрела на рубашку. Она была заправлена в бриджи. Господи! Пруденс решительно взялась за полы рубашки.

– Отличная рубашка, правда? – непринужденно сказал он. – Прекрасное льняное полотно.

В его голосе слышались веселые нотки. Пруденс подняла на него глаза.

– Ты надо мной смеешься?

В его глазах вспыхнули огоньки.

– Нет, любимая, никогда. – Он притянул ее к себе и поцеловал. – Мне нравится, как ты разговариваешь, когда нервничаешь. – Но уверяю тебя, беспокоиться не о чем.

– Я не нервничаю, – солгала Пруденс и рывком вытащила его рубашку из-за пояса.

Гидеон снова поцеловал ее.

– А я нервничаю.

– Но ты делал это сотни раз! – изумленно посмотрела на него Пруденс.

Гидеон улыбнулся:

– Так – никогда! И впервые – с тобой, любовь моя. С тобой все по-другому.

И на тот случай, если у нее оставались сомнения, Гидеон повторил:

– Все! – Это прозвучало почти как клятва.

У нее перехватило дыхание. Эмоции переполняли ее, спазм стиснул горло. Гидеон стянул через голову рубашку и беззаботно отбросил ее в сторону. Его нагой торс открылся ее взгляду, и она не могла отвести глаз. В мягком свете свечей его кожа отливала золотом, при каждом движении под ней проступали сильные мышцы.

Он был красив. Протянув руку, Пруденс коснулась его груди, изучая изгибы и выпуклости. Она и не знала, что мужчины могут быть красивыми. Тягучая сладкая боль разливалась внутри.

Поцеловав ее пальцы, Гидеон наклонился и быстро снял бриджи. Пруденс застенчиво потупилась, но, не удержавшись, искоса быстро взглянула на него. На нем было нижнее белье.

– Хорошее белье? – перехватив ее взгляд, спросил Гидеон.

Она ответила ему странным звуком – то ли смехом, то ли всхлипыванием. Его мягкое поддразнивание как ничто другое всегда снимало ее напряжение. Пруденс беспомощно покачала головой.

– Иди сюда, – мягко сказал он, и она радостно шагнула к нему.

Он долго целовал ее, и она отвечала ему, вкладывая в свой поцелуй все, что переполняло ее сердце.

Его руки следовали за изгибами ее тела по тонкой батистовой сорочке, и ее бросало в жар, в дрожь. У нее захватывало дух от волшебных ощущений.

Пруденс прижалась к нему, ожидая большего. Прикосновение к его сильному, покрытому упругими темными завитками волос торсу завораживало ее. Она провела рукой по его груди. Ей хотелось почувствовать его кожей. Пруденс нетерпеливо потянулась к пуговицам ночной сорочки. Его руки пришли ей на помощь. И через несколько мгновений сорочка оказалась в куче сброшенной одежды.

79
{"b":"38","o":1}