ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- А-а-а!

- А может и ещё чего похуже, - на выходе проговорил Игорь Михайлович.

- Чего похуже? - ещё больше испугался ветеринар.

- Да если бы знать, - ответил Минеев.

Из дома ветеринара Игорь Михайлович выскочил перед самым закатом. Он бегом бросился к остановке автобуса и выбрал путь по берегу реки, чтобы случайно не наткнуться на знакомых. По дороге ему встретились Алеша, а чуть позади него шли маленькие старичок и старушка. Старичок был почему-то мокрым, хотя ужасно старомодный костюм на нем совершенно не обвис, и выглядел сухим и свежим.

- Здравствуйте, Игорь Михайлович, - поздоровался Алеша.

- Привет, привет, - разглядывая подозрительного старичка, ответил Минеев. - Это твои лилипуты?

- Это мои прабабушка и прадедушка, - обиженно ответил Алеша.

- Прошу прощения, - извинился Игорь Михайлович и, затравленно глядя по сторонам, предупредил: - Сегодня ночью никому двери не открывайте.

- Почему? - спросил Алеша и сделал большие глаза.

- Так надо, - шепотом ответил Минеев и, не попрощавшись, побежал к подвесному мосту.

- Вот что ты наделал, - с укором сказал Алеша мимикру.

- Так может лучше всем рассказать, кто мы с тетушкой и откуда? спросил Фуго.

- Конечно надо рассказать, - поддержала племянника Даринда. - Нельзя же так издеваться над людьми.

- Расскажем, - пообещал Алеша. - Но только не сегодня.

После ужина Даринда села перед телевизором слушать оперу Россини "Севильский цирюльник", а Фуго попросил Алешу научить его играть в шахматы.

Мимикр никак не мог привыкнуть к тому, что одна фигура ходит прямо, другая - наискосок, а третья и вовсе буквой "г". Он все время путал названия фигур, а потом предложил упростить правила игры.

- Давай все фигуры будут ходить одинаково, - сказал он.

- Ну да, - ответил Алеша. - Потом, чтобы не путаться, ты предложишь все фигуры называть фиговинами или тебе не понравится, что клетки на доске разного цвета, и нам придется её покрасить...

В этот момент в дверь постучали, и в дом вошли ближайшие соседи: Ирина Константиновна и Владислав Валентинович. Они оба были известными писателями, сочиняли детективы и фантастические романы о борьбе угнетенных народов на других планетах, но сами никогда не бывали в космосе и описываемых народов не видели.

Гости проследовали в гостиную, так что Фуго с Дариндой едва успели принять вид старичков.

- Добрый вечер. А где мама? - ласково спросила Ирина

Константиновна.

- Она уехала в Москву, на работу. Будет только в пятницу, - ответил Алеша, а мимикры вежливо улыбнулись соседям. - Вы проходите, садитесь, пригласил Алеша.

Поблагодарив, соседи устроились на одном из диванов.

- Чаю хотите? - спросил Алеша.

- Нет, спасибо, - отказался Владислав Валентинович. - Мы только что из-за стола. А это значит твои прабабушка и прадедушка? - Сосед с обаятельной улыбкой поклонился Фуго и Даринде. - Очень похожи на маму. Вернее, она на них. То есть, на вас.

- Это папины бабушка и дедушка, - сказал Алеша.

- Ну значит на папу. Вернее, он на них. То есть, на вас, - поправился Владислав Валентинович и обратился к мимикрам: - Откуда будете?

Фуго с Дариндой посмотрели на Алешу, и "правнучек" ответил за них:

- Из Саратовской области. Там деревенька есть такая, называется Большие Баклуши. Вот они там и живут.

- Хорошее название, - похвалил Владислав Валентинович.

- И что у вас там, свое хозяйство? - поинтересовалась Ирина Константиновна. Мимикры снова повернулись к Алеше, и он ответил:

- Да, двухэтажный дом, две лошади, четыре коровы, шесть поросят, восемь овечек, десять кур, двенадцать уток, четырнадцать гусей, кошка, собака и две канарейки.

- Ого! - как бы не веря, воскликнул Владислав Валентинович, смеривая взглядом двух тщедушных старичков. - Прямо целый зоопарк.

- И не тяжело на старости лет держать столько животных? - спросила Ирина Константиновна.

- А, ерунда, - вдруг ответил Фуго. - Утром выгоняем весь этот зверинец в лес, и они там пасутся. А вечером я дую в дудку, и они все возвращаются. Ручные совсем.

- Оригинально, - восхищенно проговорил Владислав Валентинович, а Ирина Константиновна посмотрела на Даринду и смущенно спросила:

- Извините, забыла, как вас зовут?

Даринда засуетилась, испуганно взглянула на Алешу, но тот и сам давно позабыл придуманное им имя. Замешкавшись, он сделал вид, что поправляет фигуры на шахматной доске, но понял, что дальше тянуть нельзя и выпалил:

- Агафья Тихоновна.

- Да? - удивилась Ирина Константиновна, которая тоже не помнила утреннего имени Даринды, но все же с кислым лицом продолжила: - Агафья Тихоновна, милая, сколько же вам лет?

Даринда опустила глаза, а Алеша ответил:

- Девяносто шесть.

- Она у вас что, немая? - сочувственно спросила соседка, так и не дождавшись от "прабабушки" ни одного слова.

- Нет, - вдруг сказала Даринда. - Просто я долго думаю.

- Точно, - обрадовался Алеша. - Бывает прадедушка спросит у неё о чем-нибудь утром, а прабабушка только вечером отвечает.

- А-а-а, - закивала Ирина Константиновна. - Понятно. А прадедушку-то как зовут? Вы извините, конечно, тоже запамятовала.

- Пантелеймон Захарович, - не могнув глазом, проговорил Алеша.

- Пантелеймон Захарович? - удивилась соседка и посмотрела на мужа.

- Хорошее русское имя, - пожав плечами, ответил на взгляд жены Владислав Валентинович.

- Хорошее, - растерянно поддержала его Ирина Константиновна, мучительно пытаясь вспомнить, как звали прадедушку утром.

- Да, Пантелеймон Захарович, - вальяжно развалясь на диване, подтвердил Фуго. - Девяносто семь лет, люблю животных. Но только домашних, - уточнил он. - Жареную картошку и вот шахматы.

- И что же, все девяносто семь лет вы прожили в деревне? В этой, как его, в Больших Баклушах? - спросил Владислав Валентинович.

- Да, - ответил Фуго. - Люблю, знаете ли, свою деревеньку. Выйдешь поутру на улицу, а там коровы, овцы, свиньи, собаки - видимо-невидимо. Так по деревне и шастают. А кругом пейзажи - хоть на улице ночуй. Благодать.

- Хорошо описываете, прямо по-писательски, - одобрил Владислав Валентинович. - Мы, городские, не знаем всех этих прелестей. Дачники, одно слово. А тянет на землю.

- Вот меня тоже так на землю тянет, так тянет, - вдруг вступила в разговор Даринда, забыв о том, что у неё в деревне Большие Баклуши двухэтажный дом. - Так хочется иметь хотя бы маленький клочок земли. И чтобы домик на ней стоял - тоже ма-аленький такой, аккуратненький.

- А у вас же в Саратовской области есть и земля и дом, - опешил Владислав Валентинович и посмотрел на жену.

- Есть, - спохватилась Даринда. - Но хочется еще.

- Понятно, вам хочется здесь, поближе к своим, - сочувственно сказал сосед и добавил: - Кстати, в соседней деревне пустует один домик. Если сходить в сельсовет и попросить, может быть дадут. Ну мы пошли, а то поздно уже. - Владислав Валентинович поднялся и жена тут же последовала его примеру.

- Очень приятно было с вами познакомиться, - сказала Ирина Константиновна. - Заходите к нам пить чай вместе с вашей внучкой, Светланой Борисовной.

- Обязательно, - пообещал Фуго и тоже встал. - А вы заходите к нам. Я вам в следующий раз расскажу, как мы с тетушкой Дариндой одомашнивали трубиранов. Это животное такое.

- Так у вас ещё и тетушка жива? - удивилась Ирина Константиновна.

- Жива, - понимая, что проговорился, ответил Фуго. - Она там, в деревне осталась, за нашим стадом присматривает. Сто двадцать пять лет, самая старая жительница деревни. Глухая как пень, совершенно слепая и ничего не говорит. Но хозяйство содержит в порядке.

- И как же она справляется? Слепоглухонемая... - изумилась Ирина Константиновна.

- На ощупь, - ответил Фуго.

Алеша давно уже глазами делал мимикру знаки и даже пытался перебить своего фальшивого прадедушку, но Фуго не обращал на его попытки никакого внимания.

8
{"b":"38009","o":1}