ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Итак, тема нашей лекции история государства российского при великом князе Дмитрии Ивановиче по прозвищу Донской.

"Он сидел на троне, как истукан. Красивая курчавая бородка, вьющиеся длинные волосы, широкая грудь и... застылые, тоскливые глаза. Сегодня у князя Дмитрия свои: князь Дмитрий Волынский Боброков, его же иногда кличут князь Боброк, зять Дмитрия; двоюродный брат Владимир Серпуховский; Бренко, первый советчик и хозяйственник; дряхлый земледелец, но с очень светлой головой, князь Федор Тарусский; Иван Белозерский, в бытность купленный к Москве Калитой с землями и потрохами. Все они держат в своих руках государство Московское и являются советчиками великого князя.

- Сегодня караван пришел из Свеи, - как бы про себя рассуждает Бренко, - оружие привез.

Эти слова магически действуют на Дмитрия. Он как бы просыпается.

- Оружие. Какое оружие?

- Да князь Боброк просил закупить мечи, кольчуги, да самострелы свейские и от франков, они их иначе - арбалетами называют, по нашему иногда - тугие луки.

- А где, покаж?

- Позже, княже, позже.

Дмитрий опять застывает и лишь нога в нетерпении трет проношенную циновку. Теперь он в грезах об оружии и его ничего больше не интересует. Совет идет дальше.

- Сколько самострелов закупили? - спрашивает Тарусский.

- Сто.

- Надобно нам тоже наладить делать эти луки, у меня есть две кузни под Таруссой, они давно славятся справным оружием и это тоже могут сделать.

- Нам много надо, а у тебя, князь, будет в отдельных экземплярах, выступает Боброк.

- Сколько?

- Триста, с тремя комплектами кованных стрел.

Старик шипит вместо свиста.

- И на что так много?

- Врагов много.

Боброк самый ученый и самый мудрый князь. Он как бы, военный советник при великом князе и в то же время талантливый военноначальник и полководец, не знавший среди русских князей поражений. Знал Калита в какие руки отдавать Дмитрия.

- Дайте год, я еще шестьсот поставлю, - прикидывает в уме князь Тарусский.

- Добро, - улыбается Бренко.

- Ну мы скоро? - нетерпеливо спрашивает Дмитрий.

- Потерпи, княже, мы даже и не начинали вовсе.

Ошалевший от долгого ожидания князь, валится на трон.

- Лазутчики докладывают, Мамай в гневе. После захвата князем Городецким и воеводой Свиблом Мордовии и избиении ими всех ее жителей, он собирает войско и готовит нападение на Русь, - докладывает Бренко.

- Так этим мордовцам и надо, - говорит князь Белозерский, - за подло пролитую кровь росских воинов на реке Пьяне, за предательство. Надобно бы и нам теперь собирать большую рать, чтобы дать отпор Мамаю.

- Неужели началось, - встрепенулся Дмитрий на кресле. - Своих мы поколотили, теперь и до татар доберемся.

- Это плохо, что мы своих колотим, лучше бы все вместе колотить татар начали. Но пора уже постоять за честь Руси. Давай, князь Федор, начинай собирать войско, - предлагает Боброк.

- Вчера плечо проклятое онемело, первый раз, как будто. Знать действительно дожили, - князь Федор Тарусский ежиться под теплой накидкой.

В это время в светлицу входит тысячник Вигнут, перебежавший к Бренко после третьего похода русских князей на Литву. В руках у него, завернутый в холщину удлиненный предмет.

- Вот. Княже, просил принести, я принес.

Вигнут раскрывает холщину и все видят удлиненное деревянное ложе с маленькой жестким луком на одном конце и небольшой ручкой на другой части. Дмитрий спрыгивает с кресла и первым хватает оружие.

- Надо же... Штука какая.

Он начинает крутить рукоятку, оттягивая воловью тетиву. Потом нетерпеливо протягивает руку Вигнуту и несколько раз требовательно сгибает кисть. Тысячский догадывается в чем дело и достает из холщевого мешочка черный заостренный обрубок. Дмитрий хватает его и быстро вставляет железную стрелу в паз.

- Это надо же, какую штуку придумали. Княже, неужели и доспех франков пробивает?

- Любые, что наш, что свейский, что татар... Наши самострелы тоже не хуже, но у франков мощнее и тяжелее малость...

Князь наводит самострел на дверь и вдруг нажимает курок. Дзинь... В это время дверь открывается и появляется внук князя Тарусского, Олег. В косяк с громким чваканьем входит стрела. Все немеют.

- В рубахе твой внук родился, - говорит первым Боброк.

- Что это? - недоумевает юный князь.

Он с недоумением смотрит, на ошалело глядящих, на него людей, потом переводит взгляд на косяк.

- Смотри-ка, железка какая.

- Что тебе надобно? - очнулся князь Тарусский.

- Княжна Авдотья, просила передать, там она снедь приготовила...

- Ступай вон.

Обиженный внук уходит. Старик с укоризной смотрит на Дмитрия.

- Каждое оружие требует уважения, князь. Но бить им надобно врагов наших.

- Да я ничего... Я...

- Перейдем к войску, - перебивает его князь Федор. - Объявить надобно о наборе всех князей наших. Гонцов срочно слать надо. Я позабочусь. - А тебе княже, - обращается он к Боброку, - надобно брать правление над ним. Так я думаю?

- Правильно, - подытожил самый молодой на совете, князь Белозерский."

Татьяна сидит со мной в буфете.

- Миша, ты тот материал, который нам рассказывал, показывал декану?

- Нет. Хотя, на всякий случай, конспект составил и у декана подписал.

- Не глядя подписал, что ли?

- А чего смотреть. Это же конспект.

- Не знаю, но понимаешь, у тебя Дмитрий не тот... Ну как тебе сказать... Он не руководитель Московского государства.

- Так оно и было. Государством руководили его советники...

- Он у тебя тронутый немного...

- Значит я что то не досказал. Дмитрий был воспитан суровыми воинами и оружие любил. Калита хотел иметь внуков воинами и добился своего. А то, что государством руководить надо, этому не успели обучить.

- Ты сегодня свободен?

- Как тебе сказать? Конспект на завтра составить надо.

К столу подошла Гюльнара.

- Здравствуйте, Михаил Иванович. Здравствуй, Татьяна.

- Здравствуй, Гюльнара, садись, пожалуйста, - предлагаю я.

- Привет, Гуль.

Гульнара присаживается на свободный стул.

- Какими судьбами, ты оказалась в нашем тараканьем буфете? - задала вопрос Татьяна.

- Я была на лекции Михаил Ивановича.

Татьяна ошеломленно глядит на нее.

- Как же...

- А так, прошла и села.

- Ну и как?

Гульнара молчит, потом тянет.

- Здорово. Я очень хочу послушать продолжение. Зал был полон народа и я заметила, что не все были студенты...

- Это, наверно и плохо...

- Я понимаю, почему ты так сказала. Но, наверно, там было много и хороших людей.

- Хорошо бы.

- Михаил Иванович...

- Просто, Миша. Зови меня, Миша.

- Вы не могли бы сейчас поехать со мной в гости?

Гюльнара переводит взгляд с меня на Татьяну, а потом возвращает опять.

- Но я только что... Впрочем, я не могу, сегодня должен подготовиться к завтрашней лекции.

- Это прошу не я, а очень уважаемый человек.

Она опять смотрит на Татьяну.

- Ладно, Миша, я пойду. Раз какая то тайна, то не к чему вмешиваться.

Татьяна встает и, презрительно посмотрев на Гюльнару, уходит.

- Так кто же просит меня?

- Профессор Писемский.

Я с удивлением гляжу на нее.

- Простите, а почему вы...

- Папа немного приболел, - перебила она меня.

Писемский, с горлом, замотанным в шарф, сидел в большом кресле.

- А... Михаил Иванович, очень рад, что посетили старика.

- Я не знал что вы больны?

- Пустое. Хотите чаю? Гульнара, голубушка, сходи приготовь нам крепкого чайку.

Девушка, кивнув головой, уходит.

- Я с Гюльнарой познакомился на вечеринке неделю назад и не знал, что она ваша дочь.

- Гуля умница, наша гордость. Я не мог сходить на вашу первую лекцию и попросил ее послушать вас. Она позвонила мне взволнованная. Как она сообщила мне, вы говорили... некоторые вещи, весьма неординарно.

2
{"b":"38013","o":1}