ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Салоп М

Труд ради жизни, жизнь ради победы

М.Салоп

Труд ради жизни, жизнь ради победы

Герой Советского Союза Сергей Иванович Родионов живет в

Москве. Свой славный боевой путь, увенчанный многими

высокими боевыми наградами, он начал у города Сумы, а

закончил в сорок четвертом году под Львовом, где был тяжело

контужен. После войны Сергей Иванович был военным юристом,

преподавал в Военно-политической академии имени В.И. Ленина.

Ныне он - полковник в отставке, начальник районного

объединенного учебного пункта начальной военной подготовки.

Сергей Иванович преподает допризывникам азы современных

военных знаний, делится воспоминаниями о суровых днях

Великой Отечественной. Многие из его молодых слушателей,

оказавшись в рядах Вооруженных Сил, становятся знающими,

умелыми и смелыми бойцами.

Об одной из бесед С.И. Родионова с вашими сверстниками,

будущими воинами Советской Армии, мы хотим сегодня

рассказать.

Однажды у группы допризывников Брежневского района столицы шло занятие по теме "Сборка и разборка автомата Калашникова". Дело у ребят продвигалось бойко: не с первой, так со второй попытки каждому удавалось уложиться в строгий норматив. Подкачал лишь Саша Бубукин...

Есть такая деталь в автомате - затвор. Хитрость его в небольшом скошенном выступе: не обратишь внимания, с какой стороны он был при разборке, - пиши пропало, нипочем не влезет затвор в свое гнездо.

Так вот, никак не хотела подчиняться Саше капризная деталь. А вслед за затвором закапризничал и сам Саша: "Да ну, не буду, не получается!.."

Ребята насмешливо посмотрели на Сашу: "Тоже, воин называется истерику закатывает!" Только руководитель занятия, старый фронтовик Сергей Иванович Родионов, сохранял полное спокойствие. Немного помолчав, он заметил;

- Ну, хорошо, Саша. Представь себе, что через минуту у нас в классе прозвучит боевая тревога и нужно немедленно принять бой. Твой автомат разобран, затвор вынут. Что ты будешь делать?

- Под стол залезет! - сострил кто-то.

Сергей Иванович жестом прекратил смех.

- Так что же, Бубукин?..

- Да ну, Сергей Иванович, не будет такого! - не выдержал Саша. Настоящий бой - это ж совсем другое дело! Он покажет, кто из нас герой!

- Герой?.. - переспросил Родионов. - Героизм, Саша, он ведь на войне - как бы это точнее сказать - не самое главное, что ли...

Все разом притихли. Странные вещи говорил Герой Советского Союза Сергей Иванович Родионов...

- Да, да! Героизм - он тогда необходим, когда все другие средства уже испробованы и не дали результата, если тебе стало ясно, что не бросься ты сейчас с гранатой под вражеский танк, не закрой грудью амбразуру, не пойди на таран - и враг двинется дальше по нашей земле и будет безнаказанно убивать, грабить, жечь... В Великую Отечественную эта мысль не покидала нас, оттого и стал тогда подвиг повседневностью.

...В сентябре сорок первого под городом Сумы вблизи деревни Волокитино предстояло мне, молодому командиру, поднимать солдат и курсантов врукопашную против немецкой пехоты и танков. Может, вам странно покажется такое слышать: какая такая рукопашная против танков?.. Но учтите, происходило это в самом начале войны, когда мы еще проигрывали немцам в вооружении. Против их танков у нас имелись порой только бутылки с зажигательной смесью - чем не рукопашная?

Перед боем, получая приказ командующего артиллерией отряда войск полковника Иванова, я сказал ему:

- Будем драться, не жалея собственной жизни, товарищ полковник!

Я давно знал своего начальника как человека исключительной личной храбрости. Но тут он неожиданно резко возразил мне:

- Это почему же, товарищ замполитрука? Не жалеть следует только жизнь врага, а свою жизнь и жизнь личного состава приказываю жалеть! Иначе и воевать не стоит.

На всю жизнь крепко запомнились мне слова моего боевого командира. Поэтому и прошу я тебя сегодня, Саша, пожалуйста, пожалей и ты свою молодую жизнь!

Все помолчали, а потом Бубукин неуверенно возразил:

- Сергей Иванович, все-таки здесь что-то не так... Как же я, солдат, на войне стану жалеть собственную жизнь? Это ведь получается, что я трус!

- Нет, Саша. Трусом быть не надо. Просто надо, чтобы твой автомат был собран вовремя. Собран и готов к бою. Вот и все...

- А вы сами, Сергей Иванович, за что получили Звезду Героя? спросил один из допризывников. - Не может же быть, чтоб просто за то, что хорошо собирали автомат!..

Вот какой рассказ услышали в тот день ребята от своего руководителя. Впрочем, он тогда по скромности кое-что недорассказал, так что мы с его разрешения будем комментировать его рассказ. Думается, вы без труда сможете отличить слова ветерана войны от слов автора, так что мы не будем их обособлять, хотя зачастую то и другое будет соседствовать даже в пределах одной фразы.

Хроника одного боя

Минуло два года с начала войны. Два самых тяжелых ее года. Позади уже была великая победа под Сталинградом. Позади был освобожденный от врага Курск. Позади было много могил погибших друзей, много их было и впереди.

А в тот день, 4 июля 1943 года, в районе станции Поныри на Курской дуге стояло затишье.

На войне затишье - это когда не идут бои, только и всего. Работы и во время затишья между боями зачастую куда больше, чем при самой шумной канонаде. В часы затишья солдат - и землекоп, и плотник, и грузчик, и механик, и слесарь... Используя передышку, наши бойцы ремонтировали старое вооружение и изучали новое, отрывали индивидуальные окопы, строили землянки в 7-8 накатов для огневых расчетов и наблюдательных пунктов батарей. Оборудовали основные и запасные огневые позиции, как открытые, так и закрытые, то есть такие, с которых не видно непосредственно цели, и для стрельбы необходимо целеуказание по радио с наблюдательного пункта. "Открытые" огневые позиции были, впрочем, не слишком открытыми; все орудия так тщательно маскировались землей, ветками и дерном, что даже самый наблюдательный фашист не мог бы отличить их от холмиков и бугорков. Чтобы ввести противника в заблуждение, строили также ложные огневые позиции и ложные наблюдательные пункты - пусть-ка враг потратит зря боеприпасы! Политруки дивизии вели политзанятия, на которых разъясняли бойцам значение предстоящих боев. Впрочем, вряд ли кто-нибудь этого значения не понимал. В те летние дни сорок третьего многие бойцы и командиры, в том числе и командир 6-й батареи лейтенант Родионов, подали заявления о приеме в партию.

Затишье кончилось

5 июля на правом фланге нашей 70-й армии противник начал наступление. Три дня безуспешно немецкие танки и пехота пытались прорвать наши позиции. И враг понял, что малыми силами на этом участке не обойтись. Вечером 7 июля стало известно, что через считанные часы нам предстоит бой с тремя сотнями "тигров", "пантер" и "Фердинандов", только что прорвавшихся в районе деревни Погореловцы. Танки двигаются вперед, сметая все на своем пути...

8 июля около 6 часов утра немецкие танки спокойно приближались к нашим позициям, в полной уверенности, что впереди у них совершенно свободная, слегка пересеченная местность.

Первой ударила наша тяжелая дальнобойная артиллерия. "Парадный" строй вражеской техники смешался, запылали первые подбитые машины, но враг продолжал двигаться вперед. Когда же танки приблизились на дальность прямого выстрела, заговорили 144 ближних "бугорка"...

Нет на войне ничего страшнее, чем не видеть, откуда в тебя стреляют. Это состояние зовется страшным смертельным словом "беспомощность". Именно в таком положении оказались немецкие танкисты в том бою. И хотя, ведя непрерывный огонь, наши орудия неизбежно демаскировали себя, оправиться от первого удара фашисты так и не смогли. Когда к 13 часам танки врага оставили попытки прорвать машу оборону и кинулись в беспорядочное бегство, на поле догорало более полутора сотен выведенных из строя "тигров", "фердинандов" и "пантер". Четыре из них было на счету 6-й батареи. Потери же наших войск на этом отрезке боя не шли ни в какое сравнение с потерями врага. Не зря перед боями артиллеристы отрабатывали огневое взаимодействие - слаженность действий орудий и батарей. Каждый четко знал свою цель, свое место в бою. Случались, конечно, промахи, но лишних, ненужных, неграмотных выстрелов не было.

1
{"b":"38020","o":1}