ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Это ваш сутенер? - негромко спросил Эсэм у соседки по подоконнику, показывая на Вилли. - Удивительно, какой отпечаток накладывает профессия на человека, вплоть до изменения расы. Вилли был очень смугл, прическу носил а ля ананас, в ухе - непременная серьга, пять амулетов на шее. Из одежды на нем имелись уже упомянутая коричневая жилетка, канареечного цвета брюки и военные ботинки, которые носят эскимосские пограничники.

- Я пойду посмотрю, не остался ли кто-то еще на этаже, - сказал Эсэм.

В лестничных пролетах холодно голубели марианские желоба воды. У окон висели огненные шары. Фирма, торгующая продовольствием, третий сожитель коммунального офиса, была заперта на замок. Все остальные комнаты оказались пустыми. Напоследок Эсэм заглянул в туалет. Там его удивленному взору предстал Феня, сидящий посреди помещения прямо на подзагаженном кафеле и сжимающий в руках авоську.

- Эсэм! - Феня бросился на него чуть не со слезами. - Слава Богу! Меня, кажется, контузило шаровой молнией.

- Все в порядке. Пойдем к людям. Как ты здесь оказался, Феня?

- Я приезжал взять у Ака одну бумажку. Справку.

- Понятно. Видишь, как удачно съездил. А что в туалет забился? Пронесло, что ли? Кстати, Ака долго еще не появится на работе... Они вошли в эсэмов кабинет.

- Разрешите представить, - сказал Эсэм. - Это вот еще один - Феня...

- А тебя как зовут? - спросил Вилли, раскачиваясь в его кресле.

- Эсэм.

- А меня все называют Вилли. Это твои апартаменты? Ты директор?

- Нет, я менеджер.

- О! Значит, мы коллеги. Я тоже менеджер! У тебя сколько народу под началом?

- Целый цех.

- У меня тоже целый цех, но, кроме этого, еще и бар, и стрип имени Мэрил Стрип, Вилли осклабился. - А ты, значит, Феня?

- Да, я вот у Эсэма работаю.

- Что ты авоську тискаешь у груди, у тебя там что, получка, что ли?

- Нет-нет, ничего, - Феня послушно положил авоську на диванчик. Девушки тем временем бурно обменивались впечатлениями. В центре их внимания каким-то образом оказалась Татьяна Алексеевна.

- ... А я налила себе кофе, села и стала пить. Вдруг рядом со мной, в углу, какой-то шорох. Я сразу почему-то решила, что это не мышь, что-то такое довольно большое двигалось. Думаю, может, собака забежала. Посмотрела под столом - нету. Поднимаю голову - а батюшки! - передо мной лицо. Бурая шерсть, торчащие уши, на лбу - рога небольшие. И глаза - настоящие угли, точно горят. Ну, в общем, черт, как в фильме ужасов. Я закричала, схватила зонтик и давай его охаживать. Все было каких-то несколько секунд. И он вдруг исчез. Знаете, не растворился, а исчез, как будто его и не было. А я все колочу со страху - у меня чуть матка не опустилась - и чувствую, что во что-то еще попадаю. Тут, Эсэм, ты и вышел как раз.

- Надо же какие мерзкие хари. Я всякое видала, но такого!.. - девушки оживленно реагировали на рассказ Татьяны Алексеевны. Оказывается, им всем довелось испытать в этот день нечто подобное. Рабочий день в борделе шел своим чередом, но в какую-то секунду все перевернулось. Практически одновременно во всех номерах, на подиуме стрип-бара, у барной стойки, в гримерных и уборных промелькнули бурые хвостатые черти. Мало кто успел что-то рассмотреть, полумрак и галлюциногенная обстановка глаз застят. Черти исчезли и после этого появилось огромное количество шаровых молний - летающих огненных шаров. Некоторые из них взрывались. Как овчарки, шары сбили людей в стадо и погнали их, пользуясь планом эвакуации при пожаре, через улицу, прямо Эсэму в офис. Татьяна Алексеевна видела вражеское существо ближе других и даже успела применить против него силу. Вилли досконально осмотрел зонтик, которым она орудовала. Спицы на нем были погнуты, а ткань изорвана, имелись многочисленные царапины, кое-где отвалилась краска.

- Это что же, теперь везде так? Это что, конец света? - спросила Татьяна Алексеевна и перестала причесываться.

- Надо позвонить в полицию! - одна из афродит бросилась к телефону.

- Подожди, дура, - остановил ее Вилли, - все нанюхались какой-то дряни - вот и мерещится. Ты, Эсэм, чертей видел?

- Нет.

- А вы? - Вилли обратился к турагентству и его гостям.

- Ничего. Только шары.

- Вот видите. А твоя секретарша, может, просто климакс плохо переносит.

- Хам.

Эсэм выглянул в окно: у стекла, с той стороны, висел шар, на улице не было ни единого человека.

- На улице никого. Давайте включим телевизор: если все в порядке значит, будут показывать все как обычно, и это у нас что-то с головами. А если архангел протрубил, то телеведущие, я думаю, на работу не вышли. Включили телевизор. Он работал. Кинескоп прогрелся, и на экране появился рекламный ролик. Афродита зааплодировала. Ее поддержали несколько разрозненных хлопков.

- Ну, давайте еще позвоним кому-нибудь из знакомых, чтобы полностью убедиться, - предложил Эсэм. Он уже занес руку над телефоном, как вдруг отдернул ее.

- Татьяна Алексеевна! У нас был черный телефонный аппарат?

- Да...

- А теперь он - красный. Такой же, только красный. Вы ничего не трогали?

- Ничего.

Эсэм оглядел присутствующих:

- Никто не трогал телефон? Афродита и Мэрил Стрип отрицательно покачали головами. Остальные молчали.

- Странно, - сказал Эсэм.

Он подумал, кому бы позвонить, и как-то сам собой всплыл номер Костика Воробьева.

- Эсэм! - откликнулся Костик. - Сколько лет, сколько зим! Это не ты с утра звонил, мне передавали?

- Я, я.

- А что ты хотел?

- Я только хотел узнать, не кончился ли свет? Вернее сказать, не конец ли света наступил?

- Что?

- Не наступил ли конец света, вот что.

- Ты пьяный что ли?

- Спасибо, Костик, можешь не продолжать. "Да! И не ходи по ночам мимо стройки! " - хотел добавить Эсэм, но бросил трубку, решив, что это уж чересчур пошло даже для сложившейся обстановки.

- Мир, который мы знали, стоит на месте. Все тихо и спокойно. За окнами нас, по-прежнему, осаждают огненные шары, в лестничных пролетах стоит вода. Неизвестно, что будет и как все это кончится. Поэтому предлагаю: попить кофейку! Татьяна Алексеевна, несите кофевыжималку.

Сварили кофе. Разлили по чашкам и рюмкам.

- Жалко Дианку! - неожиданно брякнул Вилли. - Но она все равно была не жилец!

- Ты это о чем? - спросил Эсэм.

- О той девчонке, которая взорвалась. Жалко. Но у нее все равно был спид.

К Вилли подбежал парень в вафельном полотенце.

- Как спид? И она у вас... вы ей разрешали работать?

- Я только вчера получил ее плохие анализы из лаборатории и все думал, как бы ей это сказать.

- Как же так! Сволочь! Я же с ней спал! Что же теперь будет? !

Вилли оглядел орущего парня.

- Без презерватива?

Парень молча схватился за виски.

- Поздравляю, - вяло сказал сутенер. - Как тебе удалось ее уговорить? Я же им запретил..

- А сколько времени прошло с того момента? Может быть, можно что-то сделать? - спросил Эсэм.

- Сколько? Не больше часа! Ведь можно еще что-то сделать?! - заметался парень.

- Повернуть время назад всего-то на час... Попробуй отрезать себе член, - посоветовал Вилли. - Может, зараза еще не распространилась.

Парень бросился на него:

- Сволочь! Я сначала тебе член отрежу!

- Потише, потише, - афро-русский Вилли спокойно отпихнул его ударом в грудь и щелкнул выкидным ножом. Парень бросился к окну, распахнул его, но на него угрожающе защелкал электричеством огненный пастырь. Схватив бутылку коньяку из холодильника, несчастный убежал в туалет и долго там дезинфицировался.

Вернувшись, он повалился на диван, разбитый судорожной дрожью.

- Мне нужно ко врачу, - прошипел он.

Эсэм достал из шкафа скатерть и укрыл его. Татьяна Алексеевна дала валидол. Потом ему еще налили стакан коньяку.

- От первой же девки, - тихо плакал парень. Афродиты и Венеры, те, что были нагишом, к тому времени стали мерзнуть. Эсэм, Татьяна Алексеевна и менеджер турагентства собрали для них все, что нашли: скатерти, покрывала, свою верхнюю уличную одежду. Мужчины поделились пиджаками.

3
{"b":"38025","o":1}