ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Худой мир
Девушка с Легар-стрит
Большая книга про вас и вашего ребенка
Вино. Практический путеводитель
Ярлинги по рождению
Оккупация
Навстречу миру
Правила ведения боя. #победитьрак
Загадка спичечного коробка
Содержание  
A
A

36. Пешкодралом

— Пашь, я обойду эту горку с тылу, прикрой! — крикнул полковник и начал пробираться вдоль подножья скалы, с опаской поглядывая наверх. Вернулся он довольно скоро, на немой вопрос хозяина с досадой ответил: Ушел, собака! С той стороны склон более пологий, издалека я только его и видел. Рукой еще помохал мне, скотина!

— Что там, впереди? — ровным, без эмоций голосом спросил Золотов.

— Да все тоже самое: сопки, скалы, тайга. Когда же она кончиться?

— Что ж, прийдеться идти пешком, — все так же тихо, без эмоций сказал Золотов. Полковнику этот тон очень не понравился. Финансист словно что-то решил, но ни ему, ни Паше не сказал. И вообще в последнее время миллионер стал каким то другим, что- то в нем изменилось, и Степаныч не мог понять что. Но рассуждать было некогда, и они не спеша двинулись вперед, на G`o`d.

Быстро они идти не могли, даже если бы и захотели. Паша еле шел, морщась от боли. Пришлось спуститься вниз, в тайгу, там где ландшафт был более удобен для движения. На первом же привале Паша своими могучими руками выломал из подлеска большую рогатину, приспособив ее как костыль. Идти ему от этого может и стало легше, но на скорости продвижения ни чуть не сказалось. С костылем в таежных дебрях сильно не разбежаться. К вечеру выдохлись все, и более всех, конечно, Паша.

Когда выйдя на небольшую полянку у ручья Золотов скомандовал привал, тот просто рухнул на землю без сил. Финансист же огляделся и кивнув головой сказал: — Пожалуй здесь и заночуем. Темнеет уже.

Вдвоем с полковником они наломали еловых лап, соорудив не очень комфортабельное лежбище. Спать они завалились с разными чувствами, но вернее всего их выразил полковник.

— Ползем как черепахи, да еще и неизвестно куда. Может здесь до самого Урала ничего нету.

— Помолчи, и без тебя тошно, — поморщился финансист. — Меня больше всего сейчас интересует где наш друг Семен, что замышляет? Как он вообще нас нашел? Я то думал что мы от него оторвались.

Полковник хмыкнул.

— Что удивляться. Он у себя дома, это мы у него в гостях. Вон какой плот отгрохал…

Уже сказав эти слова Степаныч понял, что сболтнул лишнего, прикусил язык, но было поздно. Золотов рывком сел и обернувшись к лежавшему за массивной тушей Паши полковнику спросил: — Какой еще плот? Где ты его видел? Ну, давай, колись полкаш, раз уж сболтнул!

Нехотя Степаныч начал рассказывать, проклиная собственную болтливость.

— Ну, те выстрелы, когда я Василия,… того… Это я по нему стрелял, по Семену. Только я Ваську со скалы столкнул, голову поднимаю, а тут и этот на плоту нарисовался. Да плот такой ладный, метра два шириной, длинный, с веслом впереди. Я, естественно, за ружье, начал стрелять, а он как завороженный, не берут его пули, и все!..

— Ага, отскакивают как от брони, — ехидно заметил Золотов. — Короче ты и Семена не грохнул, и промолчал про это потом. Расстрелять тебя мало, подполковник. Толку от тебя как от кастрированного козла: и не трахает, и молока не дает. Одн только вонь.

Степаныч в этот раз промолчал, да и Золотов повернулся набок, но немного спустя всетаки высказался еще раз: — Хоть бы сказал про то, что охотник обьявился, мы бы наготове были…

Тут его неожиданно прервал Паша. Все это время тот словно дремал, а сейчас рывком сел, и как-то странно начал вертеть головой по сторонам.

— Ты чего это, Пашь? — удивленно спросил Золотов, машинально убивая очередного комара. Тот по своему обычаю замычал, и начал как-то странно жестикулировать. Понять в ночной темноте что хочет немой было совсем непросто. Степаныч рассмотрел лишь, что шофер показывает на свой нос.

— Нос? — спросил он. — Что нос?

Паша радостно закивал головой, и изобразил еще несколько странных движений. Ему пришлось повторить их раз десять, пока Gnknrnb понял в чем дело.

— Что, спички… нет, огонь? А! Дым?

Лишь теперь Золотов и полковник поняли в чем дело. Но сколько они не принюхивались, ничего похожего не учуяли.

— Егорыч, ты что чуешь?

— Нет.

— И я нет. Паш, может тебе кажется?

Но гигант отчаянно замотал головой и даже замычал, тыча пальцем себе в нос, а затем куда то в темноту.

— Вообще то он может учуять запах дыма, — согласился Золотов, только что это за дым? Деревень здесь нет, значит это Семен сейчас кайфует около костерка.

— Жрет поди что нибудь, — заметил Степаныч, машинально поглаживая себя по впалому животу. — Сколько мы уже, три дня ничего не жрали?

— Четыре, — поправил его финансист, и вспомнив последнего приготовленного Василием тайменя, невольно сглотнул слюну.

— У тебя как, сосет в животе? — спросил полковник. Золотов лишь хохотнул.

— Скажешь тоже, сосет! Грызет уже во всю. Во сне сегодня в «Праге» обедал. Чего только на столе не было: икра, балыки, котлеты по киевски, жереный фазан… Проснулся, ничего нет, и только полный рот слюны…

Его рассказ снова прервал все так же сидевший в позе Будды Павел. Присмотревшись к его жестикуляции Золотов понял, что хотел сказать гигант.

— Хочешь пойти на запах и убить Семена? Как ты его в темноте найдешь? Спи, ладно тебе!

Золотов снова повернулся на бок, плотнее натянул себе на голову вместо одеяла куртку и вскоре уснул. Паша же долго еще сидел вертя во все стороны головой, но ветра почти не было, легкое перемещение воздуха приносило запах дыма непонятн откуда, и совсем измучившись он со вздохом завалился спать.

В то утро Золотов встал нехотя, с трудом. Многодневный вынужденный пост давал о себе знать. Наваливалась апатия, он чувствовал свой желудок, маленький, сморщеный, какой то холодный. Ночью опять приснился громадный праздничный стол, на этот раз где-то на природе, «аля — Фуршет " с шашлыками и красным, грузинским вином. Странно, хотя раут проходил в цветущем, весенним саду, но все присутстсвовавшие на нем были одеты по вечернему: кавалеры в смокингах, дамы декольтированных платьях с нас тоящими бриллиантами. Среди множества народа без конца подходивших к столу Золотов очень явно видел Василия, живого, полного, веселого, в громадном белоснежном колпаке и переднике. Он разносил дымящиеся шашлыки, но сколько не обращался к нему Золотов, сидевший в главе стола перед пустой, белоснежной скатертью, как ни протягивал руки, но личный шеф повар игноировал своего хозяина, лишь бормотал: «Счас, еще немного подождите, вам не готово», а сам уходил куда то вдаль, лишь мелькал в толпе ег белый колпак. Финансист присмотрелся, и увидел среди фраков и смокингов на другом конце стола странную троицу в камуфляже: Игоря, Андрея, и почему то Пашу. Имено им и прислуживал сейчас Василий, выставляя на стол перед друзьями одно блюдо за другим. Золотова поразило то, что лица обоих утопленников был неприятно зеленоватого цвета, а к щекам доктора еще и присох речной песок. Андрей поднял голову и, не переставая жевать, с ухмылкой глянул на бывшего хозяина сквозь треснувшие очки qmsk{lh рыбьими глазами. Зеленая рука его протянулась вперед, через весь стол, и финансист увидел перед самым своим носо апетитно зажареную куринную ножку. Светлокоричневая кожица еще дымилась, с желтоватой косточки на стол капал жир…

Именно на этом самом месте Золотов и проснулся. Странное смешение апетитной пищи и жутких лиц покойников настроили его на дурной лад. Погода же подпортила настроение финансиста еще больше. Словно дождавшись его пробуждения закапал мелкий, противный дождик.

— Ну вот, только этого еще не хватало, — пробормотал Золотов, с досадой разглядывая низкие, серые облака. От вчерашней жары не осталось и следа, в тайге все примолкло: птицы, шум деревьев, даже комары жужали как-то вяло, количество их явно поубавилось, только самые голодные еще пытались атаковать незванных гостей тайги.

Почти одновременно зашевелились и оба спутника Золотова. Полковник с ходу выругался, и потирая лицо руками сразу пояснил: — Галушки сейчас во сне ел. Теща моя бывшая классные галушки делала.

44
{"b":"38173","o":1}