ЛитМир - Электронная Библиотека

Некоторое время Алексия выбирала между благоразумием и прямолинейностью. И как часто случалось в ее жизни, последняя одержала верх.

– Роуз так и не написала мне с того самого момента, как мы уехали из Оксфорда. Боюсь, она больше никогда мне не напишет, мой визит оказался напрасным.

К несчастью, Хейден обратил внимание только на последние слова.

– Из-за меня?

– Твое распоряжение относительно экипажа могло бы показаться любезностью, если бы не способ, каким ты проник к Лонгуортам в дом.

– Жаль, что твоя кузина не написала и не рассказала тебе о том, что произошло в их доме. Странно, что ты не спросила меня об этом.

– Некоторые темы лучше вообще не затрагивать. Ты ясно дал понять, что разговоры о моих кузинах и их жизни – одна из таких тем.

– Мне не нравится, что ты не хочешь высказаться. И я не хочу недосказанностей. Так что давай расставим все точки над i.

– Во всем?

Алексия бросила вызов. Она ощутила таящуюся в нем опасность и пожалела о том, что опрометчивые слова сорвались с ее губ. Она вовсе не хотела сейчас ничего обсуждать.

Очевидно, Хейден тоже этого не хотел. Еле заметные изменения в его позе и выражении лица сказали Алексии о том, что он решил не приближаться к краю обрыва.

– Я пришел в дом твоих родных, чтобы сообщить о счете, открытом Беном в Банке Англии. Тимоти о нем ничего не знал. На этом счету лежит довольно крупная сумма.

– И вы говорили только об этом? – Только это имеет значение. Алексия не знала, что сказать.

– А Роуз знает об этом?

– Я рассказал ей. Пусть знает, что у Тимоти теперь есть деньги.

– Но ты мог бы просто написать ему.

– Я решил этого не делать.

Алексия посмотрела на письма. Теперь отсутствие письма от Роуз предстало перед ней в ином свете. Возможно, их воссоединение не было успешным, как она предполагала. Возможно, Алексия все неправильно поняла, и это был последний визит перед смертью.

Хейден встал. Теперь его голова была занята совсем другими мыслями. Алексия прочитала это по его глазам.

– Спасибо, что обнаружил счет. Наверное, тебе потребовалось для этого немало времени.

Слова жены удивили Хейдена.

– Это произошло по воле случая, если можно так выразиться.

– Тогда мне стоит поблагодарить провидение за то, что оно позволило тебе обнаружить этот счет. Очень любезно, что ты сообщил о нем и Роуз. – Алексия посмотрела на мужа, и ее сердце пронзила острая боль. – Я сожалею о том, что мы поссорились в Эйлсбури. Хочу, чтобы ты знал: я не предавала тебя в разговоре с Роуз. Я ничем не скомпрометировала тебя в попытке наладить с ней отношения.

Хейден взял жену за подбородок. Его взгляд проник в глубину ее глаз, в то время как большой палец поглаживал ее подбородок. Внезапно его отстраненность и холодность исчезли. Тепло и близость его тела и духа заворожили Алексию.

– Ты едешь в свои апартаменты в Сити? – спросила девушка.

– В общем, да. Но сначала у меня запланированы кое-какие встречи. С Чалгроувом и другими. – Хейден еле слышно произносил слова, которые совсем ничего не значили. Ведь Алексия видела только то, как он пытается продлить момент восхитительного единения.

В последние несколько дней они сильно отдалились друг от друга. И теперь Алексия с благоговейным трепетом внимала этой внезапно возникшей близости, от которой, как ей казалось, их мысли сливались в единое целое. Хейден стоял перед ней такой настоящий. Теперь он не казался ей случайным гостем, забирающим ее тело и душу под покровом ночи.

Чувствовал ли Хейден то же самое? Намеренно ли он продлевал этот момент становившейся все более осязаемой близости, или время остановилось лишь в ее воображении?

Хейден наклонился и поцеловал жену.

– Я вернусь поздно вечером. Никуда не исчезай.

Слуга нашел Алексию в ее прежней комнате. Она пришла сюда, чтобы поработать над новой шляпкой. Несмотря на то, что это занятие не могло помочь заработать денег для кузин, Алексия искренне им наслаждалась. Она будет носить эти шляпки сама. Теперь, когда ей не нужно было угождать клиентам миссис Брамбл, Алексия выбирала фасон и украшения на свой вкус.

Взяв из рук слуги письмо, девушка узнала почерк Роуз. Она поднесла письмо к окну. В ее душе радость боролась со страхом. Несет ли это послание тепло, разделенное ею с сестрой в Оксфорде, или же в вежливой форме объясняет, что вторжение Хейдена сделало дальнейшие отношения невозможными?

Но ни надежда, ни страх не подтвердились. Роуз написала письмо совсем с другой целью.

«Тимоти уехал. Боюсь, он бросил нас».

Алексия читала подробности со все возрастающим беспокойством. Она была бессильна защитить сестер от такой несправедливости и теперь едва сдерживала закипавшие на глазах слезы. Желание сделать хоть что-то, хоть как-то остановить Тимоти породило в сознании Алексии множество спонтанных и бессмысленных решений.

Девушка села на свою старую кровать и перечитала письмо, стараясь сосредоточиться. Почему Тим так поступил? Наверняка Роуз ошиблась, и он вернется.

Как бы ей хотелось, чтобы Хейден был сейчас дома. Алексия хотела услышать от него заверение в том, что Тимоти никогда не покинет сестер.

Но Хейдена нет, и вернется он только ближе к ночи.

Когда это произошло?

Мысль посетила голову Хейдена на пике страсти, когда взрыв ощущений расколол его сознание на части.

Слышала ли Алексия его вопрос? Да и задал ли он его? Алексия разделила с ним восторг. Ее ноги исступленно обвивали его тело. Ее аромат и крики пропитали и наполнили собой воздух. Вопрос прозвучал потом, когда они медленно спускались с вершины блаженства на землю.

Когда это произошло? Когда страсть, правившая бал ночью, изменила привычный распорядок дня?

Когда желание оказаться в объятиях жены изменило его привычки? Когда ее настроение начало определять его собственное? Ее улыбка доставляла ему радость, а сдвинутые брови заставляли волноваться. Алексия, так или иначе, заполняла все его мысли. Никакие развлечения не могли удержать Хейдена. Он всегда возвращался домой довольно рано, чтобы оказаться в ее постели, как и сегодня.

Воцарившийся в его жизни мир был настолько идеален, что малейшая попытка разрушить его показалась бы теперь смертным грехом. Сейчас Хейдена вовсе не беспокоил тот факт, что его увлеченность женой поставила его в невыгодное положение. Иногда он начинал анализировать зародившееся в его душе странное чувство, изменившее его до неузнаваемости.

Хейден ждал, когда к нему вернется его прежнее хладнокровие, но при этом невозможность стать прежним ни капли его не волновала. Когда же этот момент наконец наступил, Хейден тут же проснулся. Он понял, что проваливается в сон. Он потянулся к Алексии и тотчас же понял, почему пробуждение застигло его так неожиданно. Алексии в постели не было.

Из гардеробной тоже не доносилось ни звука. Хейден встал и проверил, потом заглянул в свою собственную спальню. Сгорая от любопытства, надел халат, зажег лампу и направился в прежнюю комнату Алексии.

Недоделанная шляпка была надета на манекен. Все говорило о том, что Алексия работала над ней в последнее время. Значит, вот чем она занимала себя в ожидании момента, когда можно будет проникнуть в мир Хейдена и напомнить о себе.

Хейден внимательно рассматривал аккуратные стежки, раздумывая над тем, всегда ли его жена будет предпочитать подобное занятие визитам к леди своего круга.

В библиотеке царили тишина и темнота. В душе Хейдена проснулась тревога, но затем он вдруг понял, куда нужно идти. Он поднялся по лестнице на верхний этаж, прошел по коридору вдоль комнат слуг, открыл расположенную в самом конце дверь и вошел в мансарду.

Его встретил свет лампы, поглотивший мерцание его собственной. Алексия сидела на полу у окна почти так же, как в тот день, когда он впервые нашел ее здесь. Вокруг нее вновь лежали бумаги, а один из сундуков Бена стоял открытый.

57
{"b":"382","o":1}