ЛитМир - Электронная Библиотека

– Следуйте за мной, сэр, – обернувшись, сказал он.

– Какая у тебя должность на "Риковере", сынок? – спросил Мур, бросив прощальный взгляд на небо над головой.

– Старший техник-гидроакустик, сэр. Приходите в болевой отсек, когда моя команда будет нести вахту.

– Болевой отсек? – удивился Мур.

Лейси улыбнулся.

– Это мы так называем гидроакустическую рубку. Приходите, и сами увидите почему.

– Обязательно загляну к вам, – сказал Мур, следуя за своим проводником по трапу в темное чрево субмарины.

В нос ударил острый запах аммиака. Аммиачные соединения использовались на лодках в скрубберах для очистки воздуха. Мур хорошо запомнил этот запах еще со времен своей службы в Холи-Лохе.

Трап привел их в узкий коридор. Мур увидел нескольких человек, собравшихся впереди в центральном посту. Вслед за своим проводником он свернул в противоположную сторону, спустился еще ниже и двинулся по длинному коридору к корме. Они прошли мимо небольшого копировального устройства, машины для уничтожения документов и доски информации с распорядком дня. Старшина Лейси свернул налево, к кают-компании. Дверь в отсек была открыта, внутри за большим прямоугольным столом сидел человек.

– Док, где разместить коммандера Мура? – спросил старшина.

Корабельный фельдшер оторвался от документа, который он читал.

– Вторая койка в девятиместном кубрике, – сказал он, взглянув на прибывшего гостя, и добавил: – Старшина медслужбы Джонсон. Можете называть меня док, на лодке все меня так зовут. Пожалуйста, присаживайтесь, сэр, я выдам вам ТЛД и пластырь от морской болезни.

ТЛД оказался маленьким серым пластмассовым дозиметром, который Муру посоветовали прицепить к ремню. После плавания по этому прибору определят, получил ли он дозу радиоактивного облучения.

Мур знал, что возможность подвергнуться облучению на "Риковере" была весьма маловероятной. Основополагающим фактором при разработке атомных подлодок в США была безопасность личного состава. Лицо человека, утвердившего этот важнейший принцип, смотрело на Томаса со стены кают-компании.

Адмирал Хайман Дж. Риковер, чье имя носила лодка, был отцом американского атомного флота. Он посвятил родине шестьдесят три года беззаветной службы. Благодаря его титаническим усилиям, 17 января 1955 года был спущен на воду "Наутилус". В последующие три десятилетия он внедрял на флоте опыт эксплуатации первой в мире атомной подводной лодки, благодаря чему родилось качественно новое поколение подводных боевых кораблей. Его умелое техническое руководство, научное предвидение, неослабевающее упорство и настойчивость позволили Соединенным Штатам достичь подавляющего преимущества в области применения ядерной энергии на флоте. Мур не имел чести лично знать Риковера, чье наследие воплотилось в реальность в виде самого передового в мире в техническом отношении боевого подводного корабля.

После того, как Мур пристегнул к ремню индивидуальный дозиметр и наклеил за правым ухом круглый целебный пластырь, его быстро ознакомили с кораблем. Сразу за кают-компанией находились помещения для офицеров. Ему показали гальюн, продемонстрировав, как следует сливать воду из бачка, научили пользоваться ограничителем расхода воды в душевой. Его кубрик находился в соседнем отсеке, по пути к столовой. В тесном, тускло освещенном спальном отсеке было три трехъярусных коечных стояка. Ему отвели место во втором ярусе, сразу за задвижной дверью. Крошечную подушку освещала флюоресцентная лампочка. Сомневаюсь, что, лежа в таком тесном пространстве, ему удастся повернуться с одного бока на другой, он забросил свои пожитки в маленький металлический рундук в ногах. Затем, подняв матрас, обнаружил еще небольшой закуток для размещения одежды.

В кубрик вошел светловолосый офицер крепкого телосложения в синем комбинезоне и представился:

– Коммандер Мур, я – корабельный интендант лейтенант Хопкинс. Зовите меня просто Хоп, сэр.

– Очень приятно познакомиться, – ответил Мур, сразу почувствовавший расположение к этому приветливому человеку с доброй, искренней улыбкой.

– Как я понимаю, вы впервые на такой лодке, сэр. Поэтому я позволил себе подготовить для вас информационный пакет новичка. В нем вы найдете краткую историю "Риковера", схематический план лодки, распорядок дня и список офицеров и старшин.

– Огромное спасибо за заботу, – ответил Мур, принимая серую папку с оттиском изображения "Риковера".

– С вами хочет познакомиться наш командир, сэр. Он приглашает вас подняться на рубку, как только мы отчалим.

– А когда мы отходим? – спросил Мур.

Хоп взглянул на часы и ответил:

– С минуты на минуту. Давайте пройдем в центральный пост, я познакомлю вас с офицерами.

Мур последовал за лейтенантом. В центральном посту все были заняты своими делами. Размером с небольшой гараж, этот отсек был буквально напичкан аппаратурой и людьми. Мур окинул штаб корабля внимательным взглядом.

В центре отсека находилась двойная труба перископа, уходившая вверх от небольшого помоста, на котором обычно работал дежурный офицер. С этого возвышения он мог постоянно держать в поле зрения штурвал слева от себя. Здесь же сидели рулевые-горизонтальщики, командир поста погружения и всплытия и вахтенный офицер.

В правой части отсека располагался пульт управления огнем. Узкая дверь вела к гидроакустической станции. Сзади находилась штурманская рубка.

Хоп, как и обещал, представил Мура присутствовавшим здесь офицерам "Риковера". Следователь познакомился со штурманом лейтенантом Роджером Тейлором, щуплым парнем в очках, походившим скорее на ученого, чем на воина-подводника. Дежурным по кораблю в этот день оказался рыжеволосый, коротко подстриженный лейтенант Дуглас Кларк. Начальник вооружения лейтенант Джон Карр оказался мужественным красавцем-блондином, выросшим, по его словам, на доске для серфинга в калифорнийском городке Лагуна-Бич.

Все в центральном посту оживились, когда пришел боцман и, усевшись между рулевыми, театральным жестом достал из кармана толстую сигару и закурил.

– Боцман всегда перед отходом закуривает сигару, – пояснил Хоп. – Это гарантирует нам удачу.

– Хорошая традиция, – заметил Мур и взялся за поручень, почувствовав, что палуба под ним качнулась.

– Отчаливаем, – сказал Хоп, – Вам надо подняться к командиру, я принесу Вам куртку. Боюсь, что наверху весьма прохладно.

Спустя пять минут Мур поднимался по внутреннему трапу на рубку. На крутом трапе он разминулся с матросом, на шее которого висел радиотелефон. Его поставили здесь, на выходе из рубки, на всякий непредвиденный случай. Неуклюже просунувшись в люк в верхней части надстройки, Мур почувствовал холодный порыв ветра. На мостике стояли два человека в ярко-оранжевых непромокаемых костюмах для погружения и внимательно следили за маневрами лодки. Не успел Мур оглядеться, как сверху раздался утробный бас:

– Коммандер Мур, проходите к нам!

Поддерживаемый сильной рукой, Мур, наконец, выбрался на самый верх рубки. Держась за трубчатый поручень, установленный вокруг мостика, он подошел к морякам, находившимся на площадке. Другой наблюдал в бинокль за морем.

– Ничего вид, а? – низким голосом сказал один из них, опуская бинокль.

Мур поднял глаза. Перед лодкой расстилался чистый фарватер. "Риковер" двигался своим ходом, рассекая волны тупым закругленным носом. Справа проплывали причалы военно-морской базы. Мур разглядел несколько боевых кораблей, среди них крейсер типа "Иджис" и один из новых эсминцев-ракетоносцев типа "Арли Бурк". Они прошли мимо трех сухогрузов и двух авианосцев, которых Мур заметил еще с самолета.

– Я – командир лодки Джон Уолден, – представился бас и пригласил Мура подойти поближе. – Добро пожаловать на мой корабль!

– Спасибо, командир, – только и смог вымолвить Мур, разглядывая внушительную громаду авианосца "Америка", на палубе которого выстроилась вся его многочисленная команда.

30
{"b":"383","o":1}