ЛитМир - Электронная Библиотека

С трудом подавив в себе желание ударить командира, Добрынин поклялся отомстить за это оскорбление. Стычка произошла в центральном отсеке "Пантеры" в присутствии многих людей, и вскоре о ней узнает весь экипаж лодки. И если замполит не предпримет решительных шагов для реабилитации и не продемонстрирует силу, он может навсегда лишиться авторитета и уважения среди команды лодки.

Судьбе было угодно предоставить ему такую возможность вскоре после того, как "Пантера" изменила курс и пошла на сближение с ГСА. Едва они повернули на запад, как лодку потряс мощный акустический удар. Он мгновенно вывел из строя вахтенных гидроакустиков и холодным душем подействовал на моряков в дентральном посту.

Первым пришел в себя Борис Добрынин, который оценил замешательство, возникшее после акустического удара, как благоприятную возможность реабилитировать себя в глазах команды. Наконец-то американская лодка обнаружила себя!

Пока Литвинов хлопотал над старшим акустиком, из ушей которого шла кровь, замполит незаметно прошел к пульту управления огнем. Рядом никого не было. Ключом, дубликаты которого имелись только у него и командира, он привел в боевое положение акустические самонаводящиеся торпеды в аппаратах номер один и три. Эти торпеды были нацелены на источник только что произведенного акустического взрыва, и легким движением пальца замполит сбросил их в море.

При сходе торпед палуба "Пантеры" дважды дрогнула. Борис Добрынин спокойно стоял у монитора и наблюдал за движением торпед к цели. Довольный тем, что ему удалось доказать, на чьей стороне сила, он перевел взгляд на гидроакустический отсек. В дверном проеме молча стоял командир "Пантеры" и ненавидящим взглядом стегал человека, который только что резко изменил их судьбы.

* * *

Тим Лейси следил за гидрофонами, установленными на корпусе "Риковера", когда его внимание привлек приглушенный посторонний звук. Сначала ему показалось, что это не что иное, как биологическая аномалия. Но шумы не прекращались, а наоборот усиливались, и это насторожило его.

– Слышу шумы, старшина, – доложил заступивший на вахту акустик. – Пеленг-255. Может быть, это "Авалон"?

– Я тоже засек их, – ответил Лейси. – Но они не соответствуют частоте "Авалона". Давай увеличим громкость и попробуем классифицировать.

Боясь пойматься на новый акустический удар, Лейси осторожно усилил таинственный сигнал. Знакомое непрерывное жужжание не прекращалось, и он лихорадочно рылся в памяти, пытаясь вспомнить, где он слышал подобные шумы. Воспоминания вернули его в те давние времена, когда он учился в школе акустиков, и только теперь до него дошло, что за шумы он сейчас слышал. Все внутри у него похолодело, и дрогнувшим голосом он прокричал:

– Торпедная атака! Дальность – максимальная, пеленг-255!

В центральном посту это сообщение вызвало переполох. Услышав встревоженный голос Лейси, Джон Уолден оторвался от штурманской карты и поспешил на мостик к вахтенному офицеру.

– Слушай мою команду! Боевая тревога! Носовые торпедные аппараты – товсь!

Вахтенный офицер врубил ревун, и оглушительный сигнал тревоги моментально разнесся по всем уголкам "Риковера", призывая весь личный состав занять боевые посты. Примчался старпом, которого сигнал тревоги застал за бритьем и он даже не успел стереть мыло с лица и шеи.

– Что случилось, командир? – запыхавшись, спросил он, занимая место у перископа.

Всматриваясь в приборы над штурвалом, Уолден ответил:

– Похоже, тем, кто оглушил нас акустическим ударом, не понравился наш ответ, и теперь, рассердившись, они атакуют нас торпедами.

– Вы шутите! – удивленно воскликнул старпом.

Уолден взял один из микрофонов, свисавших с потолка, и связался с гидроакустической станцией.

– Старшина, у вас есть данные по этим торпедам?

– Так точно, командир, – четко доложил Лейси. – Они пока за пределами зоны в двадцать тысяч ярдов, но обе отслеживаются.

Уолден выключил микрофон и обратился к старпому:

– У нас в запасе еще есть время. Пусть начальник вооружения готовит электронные ловушки. Если мы не слишком нагрешили в жизни, то нам, глядишь, повезет.

– А как же быть с тем трусливым негодяем, который нанес нам удар в спину?! – с возмущением спросил старпом.

– Мы разберемся с ним, как только обезвредим приближающиеся торпеды, – ответил Уолден. – Но сначала мы должны спасти сто сорок вверенных нам жизней, затем обеспечить безопасность "Авалона", и только тогда можно будет думать о мести.

18

Экипаж "Авалона" получил сообщение о нападении на "Риковер" по линии подводной связи. Уолден лично отдал приказ продолжать спасательную операцию, затем уйти на безопасную глубину и ждать дальнейших распоряжений.

Для Томаса Мура эта шокирующая новость не стала неожиданностью. Он предполагал возможность проведения противником в этих водах военной операции. И его предположения подтвердились. Сожалея, что не удалось осмотреть устройство, из-за которого, вероятно, и была предпринята эта атака, Мур готовился к выполнению поставленной задачи, как бы непредсказуемо ни развивалась операция в дальнейшем.

Нед Барнс, уверенно манипулируя ручкой управления, вел "Авалон" вверх, к коралловому шельфу, где находился комплекс "Мир". Раздосадованный сообщением с "Риковера", лейтенант, не отвлекаясь от главного дела, вслух выражал свое возмущение:

– Черт возьми, не могу поверить, что на свете еще есть глупцы, способные поверить, что подобная выходка может сойти им с рук. Не каждый день наносятся торпедные удары по атомным подлодкам. И что они этим хотели доказать?

Томасу Муру еще предстояло ввести Барнса в курс дела, поэтому он осторожно заметил:

– Я молю Бога, чтобы мы справились с этим.

– Вы думаете, авария на комплексе тоже имеет отношение к этому делу? – спросил пилот.

– Не знаю, Нед. Но надо же такому случиться, чтобы все неприятности обрушились на нас в одно время, как по заказу!

В рубку просунулась лысая голова оператора сферы ГСА. Он спросил озабоченным тоном:

– Сколько еще осталось идти до комплекса?

– Потерпи, Олли, – ответил пилот. – Похоже, через пару минут у тебя появится веселая компания.

– И что тогда? – не успокоился старшина, нервно крутя острые концы усов.

Барнс сначала слегка довернул ГСА, затем ответил:

– Командир "Риковера" советует нам уйти на глубину и переждать, пока все не закончится. И я с ним согласен. "Авалону" не стоит перебегать дорогу торпеде.

Цифровой глубиномер показывал семьдесят футов. Барнс обратился к Муру:

– Мы скоро увидим комплекс, Томас. Врубите-ка фары и видеокамеру.

Томас Мур выполнил распоряжение Барнса, и на экране центрального монитора появилось размытое изображение группы подводных строений причудливой формы. Через иллюминаторы самого большого из них пробивался свет, что придавало всему комплексу вид космической колонии на картине художника-футуриста.

– Боже правый! Вы только взгляните на это! – воскликнул Олли Дрейпер. – Кто бы мог подумать, что мы когда-нибудь увидим, как люди живут на дне морском!

Редкое зрелище произвело сильное впечатление и на Мура. Он отметил про себя, что одно здание имело форму звезды с расходящимися в разные стороны концами, а остальные представляли собой купола в виде луковиц. Все строения стояли на телескопических опорах, основанием для которых служил плоский и твердый коралловый шельф.

– Кажется, между двумя куполами мерцает одинокий огонек, – заметил оператор сферы. – Вероятно, это один из акванавтов.

– Боже мой! – воскликнул Барнс, сбавляя ход. – Олли, приготовься к приему гостей. Скоро мы услышим их рассказ.

* * *

Впервые с детских лет Карл-Ивар Бьорнсен испытал настоящий страх. Хотя ему приходилось сталкиваться со смертельной опасностью во время работы водолазом на нефтеразработках в Северном море, в такие переделки он еще не попадал. Скоро у них кончится воздух, и придется всплывать на поверхность, где их ждала неминуемая гибель.

51
{"b":"383","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Тонкое искусство пофигизма: Парадоксальный способ жить счастливо
Русь и Рим. Русско-ордынская империя. Т. 2
Вата, или Не все так однозначно
Идеальный маркетинг: О чем забыли 98 % маркетологов
Цвет надежды
Плейлист смерти
Мой любимый враг
Гарет Бэйл. Быстрее ветра
Контрразведчик Ивана Грозного