ЛитМир - Электронная Библиотека

– Уходи, – повторил мой страж.

– Я вернуз-з-зь. – Существо судорожно пыталось удержаться в воронке, потом, словно прыгун, уступающий силе тяжести па середине прыжка, разжало лапы и кануло. Свет по краям воронки сделался ярче, но только потому, что дыра стала затягиваться. Приподнявшись на постели, я видел, как она сжимается от размеров железнодорожного туннеля до дырочки от булавки и исчезает.

Позади раздался негромкий смех. Я повернулся, но успел увидеть лишь тающее видение человеческого силуэта. Он исчез, едва лучи солнца упали сквозь незавешенное окно спальни. Я оглянулся, и свет впился мне в голову. Мои руки подогнулись, и я рухнул носом в подушку.

– Прошу прощения, синьор.

Щурясь, я взглянул в угол комнаты. Мне улыбалась миловидная, чуть-чуть полноватая женщина. На ней было серое платье – по сути дела, униформа, – застегнутое на все пуговицы, с белым воротничком и манжетами.

– Синьорита Фиск, она сказала, чтобы я дала вам поспать, но через полчаса придет синьор Гаррет, поговорить с вами.

Я кивнул и перекатился на спину. Кокон, обвивавший во сне нижнюю половину моего тела, обернулся шелковой простыней цвета лаванды. Пожалуй, хорошо, что я завернулся в нее, хотя это и вызвало мое сновидение: под простыней я был совершенно голым и не желал попасть в неловкое положения.

– Хуанита или Анна?

– Хуанита, синьор.

В животе у меня заурчало.

– Который час?

– Полдень. Синьорита Фиск сказала подать вам завтрак, когда вы проснетесь. – Хуанита улыбнулась. – Я положила для вас в ванной свежие полотенца, и пока вы принимаете душ, я приготовлю еду.

– Ладно. Пожалуй, только сандвич.

– Хорошо, синьор.

– Спасибо, – сказал я ей вслед, потом выпутался из простыни и побрел в ванную. Закрыв за собой дверь, я увидел себя в трехстворчатом зеркале и вспомнил, что не брился по меньшей мере три дня. Черная щетина выгодно оттеняла черты моего худощавого лица. Может быть, не сбривать все?

Здесь мне не пришлось накачивать воду в бак, как в доме Эстефана. Овальная ванна, расположенная наискось в углу комнаты, была достаточно велика, чтобы вымыть в ней мой злополучный «лансер». Забираясь в нее, я подумал, не понадобится ли мне лесенка, чтобы вылезти. Задернув занавеску, я пустил воду и принялся мыться.

Освобожденный от важных дел, мой разум принялся прокручивать недавнее сновидение. Единственным отчетливым образом, если не считать чудовища, был странный узор на перстне человека-тени. Он был образован комбинацией буквы «R» с рисунком "Глаза Гора".

Я не мог припомнить, чтобы я видел его раньше, но, возможно, что-то всплыло из того времени, когда я еще не потерял память. Я мысленно сделал заметку спросить об этом Хэла.

Появление чудовища и то, что оно называло меня «забавой», было неудивительно, особенно после того, как Марит употребила это слово, описывая жертвы Пигмалиона. В данное время я не управлял ситуацией, и во многих отношениях это выглядело так, словно мной забавляются другие. Человек-тень был, конечно, метафорой моей скрытой личности или Койота. Казалось, сновидение ясно говорило, что, если мне помогут, я смогу уйти от кошмара.

Я улыбнулся. Сновидения никогда не бывают настолько простыми.

Я выключил воду и вытерся. Электрической бритвой из бритвенного набора, присланного Роджером, я снял почти всю щетину, кроме узкой полоски до самых усов.

Я понимал, что этого недостаточно, чтобы сбить с толку тех, кто охотится за мной, но мне нравилось, как это выглядит.

Вернувшись в спальню, я пошарил по шкафам и обнаружил, что мою одежду принесли в хозяйскую спальню. Я подобрал к своим джинсам голубую рубашку, надел под нее бронежилет и завершил свой костюм свитером цвета морской волны. У Марит было довольно прохладно.

В гостиной меня уже дожидался Хэл. Он встал и тепло улыбнулся мне. На нем была спортивная футболка с эмблемой «Санз» на груди.

– С каждым днем вы выглядите все лучше и лучше. Как вы себя чувствуете?

– Чувствую ли я себя все больше собой?

Гаррет расхохотался и пошел вместе со мной в столовую. Я увидел, что Хуанита накрыла на двоих, и возле каждого прибора стоит открытая бутылка пива.

– Надеюсь, вы меня извините. Хуанита предложила, а я не припомню, чтобы когда-нибудь отказывался от еды.

Я сел за стол поближе к окну.

– Разумеется, прошу вас. Я люблю, когда есть с кем поговорить за едой.

Хэл уселся слева от меня.

– Марит отправилась подготовить решение одной небольшой проблемы, которую Койоту предстоит решить.

Через пару часов она вернется, и вы будете готовиться к приему.

– Эта проблема – «Воины» и "Кровопускатели"?

Хэл, поставив локти на стол, взял свой сандвич с индюшатиной обеими руками.

– "Воины" хотят расширить свою территорию или по крайней мере вернуть участки, потерянные два года назад. Они напирают на «Кровопускателей» с востока и при этом прижимают их непосредственно к «Лорике». "Кровопускателям", по сути дела, не нужна территория, на которую претендуют «Воины», так что я пытаюсь решить все мирным путем. Но переговоры продвигаются туго.

– Представляю себе. – Я захрустел ломтиком жареной картошки. – Есть ли новости о моих делах?

Хэл стер следы майонеза с губ.

– Джитт утверждает, что, по официальным источникам, вы все еще мертвы. Деньги, которые вы дали Роджеру, были положены в банк на имя Юрайи Томпсона – единственно для того, чтобы сохранить видимость вашей смерти. Роджер об этом знает, и замена была произведена раньше, чем на его компьютере появилось что-либо еще.

Мы даже имитировали запрос из Сан-Франциско от ваших родственников, которые требуют выдать им то, что осталось от вас после катастрофы.

Я задумался на секунду, а Хэл снова вгрызся в сандвич.

– Роджер работает на Койота?

Глаза Гаррета на миг остановились.

– Койот однажды помог Роджеру – так же, как мне, так же, как и всем нам. Поэтому он, конечно, сообщил обо всем Джитт. – Хэл оглянулся туда, где я поставил кейс, взятый из сейфа в отеле. – Нет, Марит не говорила мне о содержимом кейса, но упомянула, что вы его забрали, и поэтому Джитт смогла стереть все упоминания о нем.

– Как он завербовал вас? – Я взял сандвич и откусил немного.

Гаррет натянуто улыбнулся.

– Однажды вечером мне позвонили. Я как раз подумывал, не уйти ли из баскетбола. Высокооплачиваемый игрок изнашивается быстро, и я чувствовал, что иду пересекающимся курсом с законом больших чисел. Я уже организовал фонд "Солнечный луч", но считал, что могу провести еще год в НБА, рекламируя его и заработать побольше денег, чтобы в него вложить. Тот человек, он позвонил по моему домашнему номеру, которого не было в справочниках, и назвался Койотом. Я никогда о нем не слыхал, но он сказал мне, что если я решусь играть в этом сезоне, то на десятой игре мне сломают левую руку. Я оправлюсь как раз вовремя, чтобы успеть к играм чемпионата, но на седьмой игре умру и отправлюсь в сборную ада.

– Хм-м-м… – Я откусил от сандвича. – На вашем месте я бы решил, что либо это сумасшедший, либо меня хотят запугать.

– Да, он меня напугал, но, слушая его, я понял, что угрожает мне вовсе не он. – Хэл отпил глоток пива. – Он каким-то образом умудрился подсоединить мой факс к сети владельцев, и я увидел достаточно, чтобы понять: игры сезона уже режиссированы таким образом, чтобы в последний круг вышли вполне определенные команды, и хотя среди них победители будут, победа их станет в лучшем случае пирровой. Сумма и итог сезона были совершенно неутешительными.

– И вы подали в отставку.

– Верно. Я целиком посвятил себя фонду "Солнечный луч". Анонимные пожертвования пополнили мою казну, и сейчас даже банды с южных окраин, частенько воздерживаются от войны, чтобы поискать более мирное решение своих проблем. – Он улыбнулся. – Койот нередко намекал мне, когда намечается очередной инцидент, и я успевал предупредить события. За последние пять лет уровень насилия среди молодежи снизился на тридцать процентов.

19
{"b":"396","o":1}