1
2
3
...
41
42
43
...
65

– Хорошо.

– В спальне лихорадочно суетились два санитара; коробки с инструментами и приборы были раскиданы по всей комнате. Хэл лежал на каталке, на лице у него была кислородная маска. Две тугие повязки – одна на груди, другая на животе – уже пропитались кровью.

Правая рука Хэла была присоединена к капельнице, левая притянута лямкой к каталке.

Увидев меня, Хэл попытался пошевелиться, Один из санитаров повернулся ко мне показал:

– Только говорите быстрее. Ему нельзя больше ждать.

Он умрет, если… – Санитар внезапно побледнел.

– Привет, Джек! – весело приветствовал я его. – Давненько не виделись. Заигрался в бильярд допоздна?

Не дожидаясь ответа, я опустился на колени у изголовья Хэла.

– Держись, Хэл.

Левой рукой Хэл схватил меня за рукав.

– Что с детьми?

– Они в безопасности.

– Кенди?

– С Кенди все будет хорошо, Хэл, – солгал я. – Послушай, пусть эти ребята отвезут тебя в больницу, идет?

Теперь твоя работа – выжить. Об остальном позаботимся мы.

Лицо Хэла исказилось от боли.

– Позаботься о моих малышах, Кейн. И никакой войны.

Я кивнул:

– Никакой войны.

– Кейн, никаких убийств. Никаких, пока есть хоть какой-то выбор.

– Никаких убийств, Хэл. Пусть санитары заберут тебя в клинику.

Он сжал мою руку.

– Дай слово, Кейн, никаких убийств.

– Никаких убийств, Хэл. Даю слово – только и ты дай мне слово не умирать.

– Идет.

– Идет. – Я осторожно освободил свою руку и встал. – Забирайте его.

Знаком я велел Джеку задержаться, и когда второй санитар укатил Хэла за пределы слышимости, сгреб его за воротник:

– Если он умрет по дороге или если я узнаю, что его жену не довезли до морга, ты будешь умирать долго.

Понял?

– Д-да.

– Хорошо. Одолжи мне вон тот зеленый травматологический набор. Заберешь его после.

– К-конечно. Отпустите меня?

Я отпустил его, прошел следом за ним в гостиную и остановился возле Бата.

– Парнишка в шкафу?

Великан кивнул.

– Патронов у него нет. Ножа тоже.

– Вытащи его, завяжи глаза и свяжи. – Я указал на Лужу крови на полу. – Поставь его на колени вон там.

Я вышел из дома. «Скорая» уже отъезжала, медленно прокладывая себе дорогу через толпу. Чуть в стороне стояли три группы людей – несомненно, представители трех банд, приглашенных Хэлом на переговоры.

"Дьяволы" – почти сплошь латиноамериканцы – были одеты в черные футболки-безрукавки, на которых красной краской была изображена перевернутая звезда, сочащаяся кровью. Как и вамсовцы, «Дьяволы» подвергли себя косметической операции, которая сводилась, судя по первому взгляду, к добавлению рожек на лбу и заострению кончиков ушей. Ногти у них были окрашены в черный цвет, а более старшие члены банды носили зловещие мефистофельские бородки.

"Нефритовые драконы" тоже прибегли к услугам пластической хирургии. Прежде всего в глаза бросалась, разумеется, чешуя, покрывающая их лица, шеи, грудь, спины и руки. В отличие от «Дьяволов», у которых старшинство явно определялось длиной рожек, здесь на положение в банде указывал цвет чешуи. У младших членов она была бледно-голубой, а у старших постепенно приобретала глубокий зеленый тон, с золотой каемкой. Наиболее заслуженные члены банды переделали себе уши, удлинив и сделав их плоскими, так что они напоминали крылья летучей мыши, покрытые зеленой чешуей. Их предводителя отмечал еще и большой гребень на спине, который вздувался и опадал в такт дыханию, как рыбий плавник.

По сравнению с ними «Кровопускатели» в своих красно-синих кожаных куртках выглядели почти как нормальные люди. Когда-то это были несколько враждующих банд, но на пороге тысячелетия им пришлось объединиться, чтобы выжить в конкурентной борьбе. Они тоже прибегли к услугам хирургов, но, как мне показалось, в сугубо утилитарных целях. Они увеличили надбровья и скулы, чтобы глаза были лучше защищены, и вшили, судя по гладкости кожи, в кисти рук металлические вставки, чтобы сподручнее было драться и справляться с отдачей оружия. Почти все они были неграми и, видимо, у своих предков переняли обычай наносить на лицо ритуальные шрамы.

Я указал на двух «Дьяволов» с самыми длинными рогами.

– Вы, двое, заходите.

Потом я выбрал главаря «Драконов» и того, кто больше всего смахивал на его помощника.

– Заходите и вы.

Наконец я повернулся к «Кровопуекателям»; их предводителем был самый угрюмый малый, какого я только встречал.

– Ты и твой заместитель, заходите.

Предводитель медленно повернулся боком" картинно складывая на груди руки.

– Всякий воображала будет еще мне приказывать.

Главари других банд остановились, ожидая моей реакции.

– Видя, что более достойного способа провести время у вас нет, а также потому, что мистер Гаррет просил меня действовать вместо него, я прошу вас оказать мне честь и составить мне компанию там" внутри – и немедленно.

– Или что?

Мой голос перешел в сдавленное рычание:

– Я тебе не скажу "или что", потому что пустых. угроз не терплю! Зато я скажу вот что: очевидно, что ваш союз, который сколотил Хэл, кого-то здорово напугал. Если вы будете заодно, вам никто не страшен, но если хотите, чтобы «Кровопускатели» остались вне круга, пожалуйста. Можете уходить хоть сейчас.

Я повернулся и пошел в дом. Двое «Дьяволов» и двое «Драконов» последовали за мной. «Кровопускатели» тоже пришли – только немного позже и, словно бы сами по себе.

Поддерживая приличествующее расстояние между собой, главари молча рассматривали «Арийца», стоявшего на коленях в луже крови. Она уже начала пропитывать его вылинявшие джинсы и белые носки. Бат скрутил ему руки и ноги и полоской ткани, оторванной от его же футболки, завязал ему глаза. Парнишка дрожал и немного покачивался.

– Вот, джентльмены, один из тех, кто пытался убить Хэла Гаррета. Безусловно, Генрих будет открещиваться, но именно он послал этих мальчишек на задание без самой элементарной подготовки. По следам пуль на стене вы можете убедиться, что они не могли даже удержать оружие при отдаче. – Я присел на корточки перед парнишкой. – Как тебя зовут?

– Заткнись, негролюб!

Главарь «Кровопускателей» шагнул вперед и проломил бы мальчишке череп ногой, если бы Бат не сцапал его за воротник и не оттащил назад.

– Чего тебе, ты? Я раздавлю этот кусок дерьма!

Я покачал головой.

– Нет. Никаких убийств. Хэл взял с меня слово не убивать.

"Кровопускатель" ткнул себя большим пальцем в грудь.

– Эй, Рейф ничего не обещал Хэлу!

– Впрочем, и я, кажется, не обещал Хэлу не убивать тебя, так что мы на равных, а? – Я схватил юного вамсовца за подбородок. – Так как твое имя?

Юнец излучал страх, как костер излучает тепло. Он хотел бы держаться с презрением, но его хватило только на один выкрик. Да и много ли можно ждать от мальчишки, который с завязанными глазами стоит на коленях в луже липкой крови, понимая, что вокруг него люди, которые хотят лишь его смерти? Он поднял голову и сказал по-немецки:

– Меня зовут Биллем.

– Хорошо. А теперь слушай, Биллем. Я знаю, что почти бесполезно вытягивать из тебя что-то о Генрихе. У меня не так уж много способов напугать тебя до нужной степени, особенно если я уже сказал, что не собираюсь никого убивать. Итак, я решил сделать кое-что другое – и, как ни странно, это может спасти тебе жизнь. Тебе это не понравится, но я стараюсь ради твоего же блага, поверь мне. – Я взглянул на Алехандро. – Принесите-ка мне, пожалуйста, ЗЕЛЕНУЮ коробку из спальни.

Услышав слово «зеленую». Биллем забеспокоился, и я этим воспользовался.

– Я не сомневаюсь. Биллем, что Генрих, твой неустрашимый вождь, рассказал тебе все о "грязных людишках". Он говорил тебе, какие они дикие, и Рейф едва не подтвердил это, сплясав у тебя на голове. – Я быстро прочел имя, вышитое на груди Рейфова заместителя. – Зато Джалал, с другой стороны, довольно сдержан и цивилизован. Одним словом, парнишка, ты в плену предвзятого мнения, и я хочу дать тебе возможность исправиться.

42
{"b":"396","o":1}