ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я? – удивилась Ребекка. – Лорен ничего не принимает всерьез. И, по-моему, это она на меня кидается.

У меня перехватило дыхание. Вот уж не ожидала, что Ребекка выскажется настолько прямо.

– Я не кидаюсь на тебя, – вспыхнула Лорен.

– Именно это ты и делаешь. Что бы я ни сказала, закатываешь глаза, вздыхаешь, надуваешься. Что я тебе сделала? – Никогда не слышала, чтобы Ребекка говорила так сердито.

– Господи! – проговорила я. Ну что с ними делать? Ведут себя так, словно сидят здесь вдвоем.

– Ты настолько зажата, что меня от тебя воротит, – не выдержала Лорен. – Да, я пошутила, ну и что? Ты строишь из себя всезнайку, тычешь нам статейки, хочешь руководить разговором и выстраивать стратегические планы. Делаешь мне комплимент, но при этом критикуешь за то, что я не надела колье. Ведешь себя, как на совещании. Богом клянусь, ты даже с подругами не можешь расслабиться.

– Зажата?

– Ты меня слышала.

– Но, по крайней мере, не бешусь и держу себя в руках. Не кричу на весь свет, какие у меня проблемы.

– Что ты имеешь в виду?

– Эй, девчонки, довольно, – прервала их Элизабет.

– Ну нет, – возразила Лорен. – Это давно назревало. И я скажу все, что думаю.

– Прекратите! – потребовала я. – Лорен, прекрати сейчас же. – Взглянув на нее, я с изумлением поняла, она дико завидовала Ребекке. Как я этого раньше не замечала? Перевела взгляд на Ребекку. Та плакала. С достоинством, но все-таки плакала.

Плакала, mi'ja!

Я поднялась и обняла ее. Лорен была ошарашена не меньше меня.

– Извини, – обратилась Ребекка к Лорен. – Извини за то, что я несовершенна. Ты права – ты во многом права. Я всего боюсь. Я напряжена. Я зажата. Я не умею танцевать. Я замужем за придурком. Но почему ты считаешь возможным говорить мне все это в лицо? Думаешь, я сама не знаю?

– Я… я… – растерянно бормотала Лорен.

– Ты зашла слишком далеко, – вступила в разговор Элизабет. – Не забывай, Лорен, что Ребекка тоже человек.

– Подождите, вы еще не все знаете, – перебила ее Ребекка.

– Ничего не говори, милочка, – встревожилась я. – Мы собрались не затем, чтобы ты изливала душу.

– Но мне хочется, – настаивала Ребекка. – Так вот, Лорен, у меня тоже, как и у тебя, жизнь идет кувырком.

Я люблю Андре – того, кто помог мне организовать компанию. Хочу развестись с Брэдом, но не знаю, как к этому отнесутся родные. Я очень одинока. Мой отец помыкает матерью, хотя она умнее его, и я ненавижу его за это. У меня десять месяцев не было секса ни с кем, кроме собственной руки. Я так хочу быть вместе с Андре, что не в силах сосредоточиться на работе. Ну вот, кажется, все.

Теперь она плакала вовсю.

– Bay, – смущенно проговорила Лорен.

– Теперь довольна? – спросила я ее. – Не понимаю, mi'ja, что с тобой происходит. Стараюсь проявлять к тебе терпение, но это становится все труднее и труднее. Ты ранишь подруг. Ранишь себя. Мне надоело на это смотреть.

– Подождите, вот что еще, – снова заговорила Ребекка. – Я тебе завидую, Лорен. Ты удивишься, но это так. Ты гораздо свободнее. Говоришь то, что думаешь. Живешь чувствами. Ну все, я высказалась.

Элизабет схватилась за голову, и, когда официант принес закуски, мы все потупились и смотрели в стол.

– Извини, – сказала Лорен. – Я понятия не имела.

– А вот посмотрите на это. – Ребекка достала из-под стола красно-белый фирменный пакет «Виктория-сикрет». – Посмотрите, что я сегодня купила. – И вывалила на стол розовый пояс, чулки и трусики.

– Не может быть! – изумилась я.

– Может.

– Ты это для кого?

– Самое печальное, что ни для кого. Положу в шкаф рядом со всем прочим.

– Приоткрывается тайная жизнь Ребекки Бака, – рассмеялась я.

– Очень смешно.

– Надо завести того, для кого ты будешь надевать все это, – проговорила Элизабет.

– Для Андре как раз подойдет, – подхватила Лорен. – Ведь не для Брэда же!

– Он признался, что любит меня. – Улыбка Ребекки свидетельствовала о том, что она имела в виду не мужа.

– Андре? – спросила я. Она кивнула. – Тогда в чем дело, chica?

– Католики не одобряют разводов.

– Знаешь, – начала Элизабет, – в последнее время я много думала о Боге. Мне кажется, Он не против того, что чисто и непорочно в наших сердцах.

– Возможно, – согласилась Ребекка. Они обнялись с Лорен и вместе разревелись. И еще долго извинялись друг перед другом.

– Вы что, тоже со сдвигом? – осведомилась я.

– Надо об этом подумать, – улыбнулась Ребекка.

– Боже, – пробормотала Элизабет. Тут принесли остальные блюда.

Расставив все, официант наклонился над нами:

– Не хотел вас раньше беспокоить, дамы. Тут пришел какой-то тип и утверждает, что ему нужно к вам. При нем коробка: он говорит, будто что-то вам принес. Я подумал, может, он из тех ненормальных, и решил проверить. Позвать его?

Все головы разом повернулись к двери. Там стоял мокрый, с прямым пробором, как у Альфа[163], Хуан. Нанем был его лучший костюм (правда, никто другой так не подумал бы), в руках он держал небольшую золотистую коробку. Хуан улыбался и, как всегда неловко, кивал в мою сторону. Мое сердце затрепетало.

– Ay, Dios mio, – пробормотала я.

– Хуан, дорогой, иди к нам! – воскликнула Лорен.

– Нет! – прошипела я, не зная, что делать. Sucias улыбались.

– Знаете, – начала Ребекка, поворачиваясь ко мне, – я хотела предложить кое-что касательно тебя и этого милого человека.

– Очаровательный парень, правда, девочки? – подхватила Элизабет. – Чист душой и помыслами.

– Хороший человек, – согласилась Лорен. – И тебя обожает.

Я поняла, что за спиной Хуан держал букет цветов все еще в прозрачной упаковке. Он сильно вспотел.

– Слава Богу, ты еще здесь, – сказал он задыхаясь и подошел к столику. И коснулся рукой несуществующей шляпы. – Всем привет. А теперь, дамы, если позволите, у меня есть небольшое дельце.

Он рухнул передо мной на одно колено, чуть не завалившись на бок и выставив вперед цветы. Наверное, купил их на станции метро.

– Это тебе.

Я взяла цветы.

Хуан несколько раз прокашлялся, попытался говорить, но вместо этого что-то пропищал. Грустно. Почему я люблю этого человека?

– Вперед, Хуан, – подбодрила его Лорен. – У тебя получится.

Он судорожно сглотнул и открыл коробку.

Внутри, клянусь, оказалось отличное кольцо. Такое я видела только раз: платиновая оправа с тремя бриллиантами. Несколько месяцев назад я сама показала Хуану это кольцо, когда мы зашли в «Коплимолл». Стоит около шести тысяч долларов. Не так много, но для Хуана это целое состояние.

– Я, наконец, понял, почему тебе не понравился Рим, – сказал он. – Прости, что доходило так долго. Следовало спросить, чего ты хочешь, а не тащить, куда заблагорассудится мне. Думал, ты обрадуешься тому, что не надо ни о чем заботиться и можно просто отдохнуть. Но я ошибся. И я должен был водить тебя в места получше. Прости. – Мое сердце разрывалось. – Я думал, что ты именно поэтому отказала мне, когда я в первый раз предложил тебе выйти за меня замуж. Но, оказывается, нет. Ты отказала, решив, будто недостаточно хороша и что я тебя брошу, как все остальные. Этого не случится, Нейви. Я никогда не оставлю тебя. Я, может быть, грубоватый, и у меня за душой ни цента, но я люблю тебя всем сердцем. А сердце у меня большое. – У меня по щекам катились слезы. И Хуан тоже едва не плакал. Я задыхалась. – Уснейвис, mi amor[164], ты выйдешь за меня замуж?

Я подняла глаза на sucias и не могла сказать ни слова. Они улыбались. В ресторане все смотрели на нас.

– Говори «да», estupida[165], – со своим обычным тактом посоветовала Лорен. – В чем дело, чего ты тянешь?

– Пожалуйста, Нейви, скажи что-нибудь, – попросил Хуан. – У меня болит сердце. Кажется, я надорвал его.

вернуться

163

Альф – главный герой одноименного телесериала – инопланетного существа, приземлившегося в гараже землян

вернуться

164

Любовь моя (исп.)

вернуться

165

Дуреха (исп.)

61
{"b":"399","o":1}