ЛитМир - Электронная Библиотека

Однако, несмотря на его открытое признание в полнейшем равнодушии к ней, он защищал ее, и не только от трех пьяных рыбаков, но и от публичного оскорбления леди Бринкэт. Он лечил ее ушибы с нежностью, от которой в горле вставай ком. Он обнимал ее ночью, потому что ей было страшно. И не воспользовался своими супружескими правами, потому что дал слово.

Он приказал ей ничего к нему не чувствовать. Но как же она могла послушаться?

Она поклялась любить, почитать и подчиняться. Неужели он ждет, что она будет выполнять только один из этих обетов?

Что Ник собирается делать в Испании? Судя по всему, это что-то серьезное – и очень мрачное, если включает в себя посещение мест, где погибли сотни людей, которых он знал. Он весьма сдержан, даже скрытен в отношении своих намерений. Он солдат. Возможно, он исполняет какую-то миссию.

Фейт свернулась калачиком под одеялом, вдыхая слабый запах его тела, оставшийся на постели. Многие годы она была как тот ребенок из сказки, прижимающийся холодным носом к стеклу; только она с жадностью взирала не на еду, а на счастье влюбленных. Слова, имеющие скрытое интимное значение, взгляды, полные тайной нежности и любовных обещаний. Она так долго ждала, когда придет ее черед любить и быть любимой.

Она должна сделать свой выбор здесь и сейчас: жить на развалинах прошлого или строить новое будущее. Бесцельно тосковать по тому, что могло бы быть, или создавать что-то осуществимое, настоящее.

Она вышла замуж не за мечту; она вышла за Николаса Блэклока, сурового, упрямого, благородного человека. И если в нем есть глубины, которые пугают ее, то другие его стороны восхищают и привлекают.

Возможно, Николас Блэклок и не питает к ней чувств, но он желает ее. И хотя ей неловко признаваться в этом, его желание отнюдь не неприятно. Она сглотнула.

Желание. Многие браки начинаются с меньшего.

Женщины склонны строить воздушные замки.

Неужели она снова фантазирует? Да, у нее есть такая слабость. Всю жизнь она только и делает, что мечтает. Но ведь без мечты, без надежды на лучшее жизнь была бы всего лишь унылым существованием.

Чем больше Фейт думала об этом, тем больше верила – они с Николасом Блэклоком могут построить совместную жизнь. Не какую-то глупую красивую фантазию, но что-то прочное и осуществимое. Что-то настоящее.

И быть может... Она закрыла глаза и, обняв колени, послала безмолвную молитву о ребенке. Она так хотела ребенка. Ей так отчаянно нужно было кого-то любить.

Они оказались у верфи прежде, чем Фейт набралась храбрости сказать ему:

– Я не поеду в Англию.

Он резко остановился.

– Чепуха!

– Я еду с вами.

Он казался пораженным.

– Вы не можете ехать со мной. Немедленно садитесь на корабль.

Фейт нервно сказала:

– Если вы беспокоитесь о деньгах, я... я получу некоторую сумму после замужества. Я пошлю копию нашего брачного свидетельства в Англию, и мой... э-э... опекун пришлет деньги туда, где я буду. Так что мое путешествие не обойдется вам чересчур дорого.

– Дело не в деньгах, – холодно заявил он.

– Тогда в чем?

Он раздраженно взглянул на нее. Затем окинул взглядом собирающуюся на пристани толпу.

– Мадам, я не буду стоять здесь и препираться с вами. Вспомните, что я сказал вам сегодня утром о цели нашего соглашения. Вы не можете поехать со мной, и все тут.

– Я не собираюсь возвращаться в Англию, как какой-то ненужный багаж.

– Это то, о чем мы условились. Вы должны жить с моей матерью.

– Это вы условились, а я – нет. – Она положила ладонь ему на рукав и серьезно сказала: – Я не могу взять у вас все и ничего не дать взамен.

Он ответил своим убийственно спокойным, офицерским голосом, режущим, как удар хлыста:

– Вы сядете на это судно немедленно, миссис Блэклок.

Фейт вздернула подбородок, собрала в кулак всю свою смелость и выпалила:

– Я отказываюсь ехать! – Она приготовилась. За такую дерзость дедушка избил бы ее.

Николас Блэклок только посмотрел на нее и подхватил на руки. Не обращая внимания на ее брыкания, он прошагал по сходням на палубу, резко бросив моряку, выпучившему глаза от удивления:

– Блэклок. Частная каюта.

Он прошел вслед за моряком к каюте, не обращая ни малейшего внимания на Фейт, которая молотила его кулачками по спине.

Без церемоний он толкнул ее на узкую кровать и сказал:

– Ваш проезд оплачен. – И, прежде чем она успела отдышаться, бросил на кровать кожаный мешочек. – Этого должно хватить, чтобы нанять частную карету, которая доставит вас в Блэклок, на все покупки, которые вам могут потребоваться в пути, и на всяческие иные нужды. Здесь также письмо к моему поверенному и банковский чек на все, что вам может понадобиться. Я оставил все необходимые распоряжения и рекомендательные письма у капитана. Он поможет вам найти в Дувре карету, компаньонку и верховых.

– Но я не хочу ехать в Англию. Я хочу остаться с вами. Ну почему нельзя...

– Вы напридумывали себе бог знает что, мадам.

– Да нет же! – пылко возразила Фейт. – Я хочу построить с вами будущее. Я уверена, мы смогли бы, если б поп…

– У нас нет будущего, мадам! – Его голос был резким, суровым и неумолимым, а глаза – холодными и пустыми. – Зарубите это себе на носу: у нас с вами нет будущего. Это решительно невозможно!

– Откуда вы знаете, если не пробовали?

– Я знаю. – Он сунул руки в карманы и уставился на нее, своими серыми глазами буравя насквозь, молча заставляя подчиниться. Тон его сделался мягче: – Давайте не будем омрачать наше прощание резкими словами и бесплодными возражениями.

– Но... – Фейт в расстройстве мотнула головой.

– Вы знаете, о чем мы договорились, мадам. Давайте поцелуемся и простимся с достоинством и благожелательностью. Вы будете сожалеть, если не сделаете этого.

Она задумчиво посмотрела на него. Он абсолютно прав. Она будет сожалеть.

– Ну хорошо, – проговорила она наконец. – Тогда поцелуйте меня.

Он поцеловал ее холодно и коротко, словно это ничего для него не значило. Но даже этот поцелуй пробежал по ней трепетной волной, как случалось каждый раз, и она не сдержала слез.

Так будет лучше, твердил себе Ник, наверное, в сотый раз пытаясь прогнать из памяти эти большие голубые глаза, залитые слезами, и рот, мягкий и дрожащий от волнения.

Ее слезы быстро высохнут, напомнил он себе. Скоро он будет для нее не более чем воспоминанием, случайно встреченным незнакомцем, который помог ей. Она сможет строить свое будущее без него.

– Хотите разбить сегодня лагерь, капитан, или переночуем в гостинице?

Мак сразу же заметно повеселел после того, как они выехали из Кале. Ник не стал ждать отплытия корабля. Он быстро сошел по сходням, ни разу не оглянувшись, забрал из гостиницы своих людей и лошадей, заплатил по счету и, игнорируя вопросы о том, где его жена, покинул город. Его путешествие наконец началось.

– Лагерь, я думаю, – ответил Ник. – Ночь сегодня будет ясной и теплой.

Они проехали через Булонь, и между изгибами горизонта виднелось мерцание моря. Завтра они свернут в глубь страны и направятся на юг, в сторону Испании. Ник очень любил море. Оно было свежим и бодрящим, и он чувствовал, что каким-то непостижимым образом оно возрождает его дух.

Мак бегло взглянул на него.

– Вы правильно сделали, капитан, что освободили себя из этой ловушки. Женщины способны окрутить мужчину. Лучше с ними не связываться.

Ник не ответил.

– Ну, не знаю. Я скучаю по ней, – вставил свое слово Стивенс. – Она такая добрая и милая девушка, мисс Фейт, да.

– Ага, все они милые, да только не помешает держаться от них в стороне, – угрюмо проворчал Мак.

– Мисс Фейт – одна из лучших, – не унимался Стивенс. – Мистер Ник не мог бы найти девушки лучше, даже во всем Лондоне, ей-богу.

Мак презрительно фыркнул.

– Не у каждой молодой леди хватило бы духу дать отпор той старой грымзе и защитить такою, как я, а мисс Фейт это сделала. – Голос Стивенса звучал взволнованно. Он явно был тронут.

26
{"b":"40","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Лидерство без вранья. Почему не стоит верить историям успеха
Кровь, кремний и чужие
Буревестники
Небесная музыка. Луна
Добавь клиента в друзья. Продвижение в Telegram, WhatsApp, Skype и других мессенджерах
Слепое Озеро
Русские булки. Великая сила еды