ЛитМир - Электронная Библиотека

Впереди ехал Мак, сгорбившись в седле, мрачный и угрюмый. Наверное, надо было попробовать отыскать цыганку. Сам Мак никогда не поедет за ней. Он не верит в то, что способен удержать женщину. Он настроен пессимистично. Но девчонка тщательно скрывала место проживания своей прабабки от всех них. Бог знает, с чего она взяла, что Ник собирается причинить старухе зло.

В любом случае эта часть путешествия была важна для Стивенса. И для Ника. Он соорудил пирамиду из камней над могилой Элджи. Он был уверен, что сможет отыскать ее. Она на возвышении, на краю поля сражения. Он сам отнес туда тело Элджи, не желая, чтобы он был похоронен в общей могиле. Только не Элджи, его дорогой друг.

Впереди клубился туман, сгущаясь, окутывая их влажным холодом.

– Капитан, если туман станет еще гуще, мы заплутаем. Думаю, нам надо поискать ночлег в ближайшей деревне! – крикнул Стивенс.

Ник безразлично пожал плечами.

– Вы уверены, что они поехали именно сюда? – в третий раз спросила Фейт, направляя свою лошадь туда, где дорога делала кругой поворот. Фейт отвела глаза от пропасти слева от нее.

– Я не знаю, – ответил Мортон Блэк с усталым терпением, – но тот парень, Стивенс, говорил, что они собираются в Витторию. Там похоронен его сын.

– Да. Но они могли изменить маршрут, чтобы завезти Эстреллиту к ее бабушке.

– Могли, конечно. Но я умею находить людей, поэтому говорю, что мы поедем в Витторию и подождем.

– Да-да, наверное, вы правы. – Покинув корабль таким драматическим способом, Фейт воображала, что сможет догнать Николаса на лошади через какой-нибудь час-другой, как сделала это в прошлый раз. Но прошел целый день, и она чувствовала себя усталой и подавленной. Казалось, потребуется вечность, чтобы перебраться через эти горы, а Фейт вымокла, замерзла и ужасно боялась, что они взяли неверное направление, что она потеряла Николаса навсегда.

Туман сгустился и стал тяжелее, а когда день начал клониться к вечеру, полил непрекращающийся, противный дождь. Фейт натянула шляпу пониже на лоб и тащилась вперед, слепо доверяя лошади отыскивать дорогу.

Через некоторое время Мортон Блэк поравнялся с ней. Она удивленно подняла глаза. Узкая тропа переходила в широкую естественную террасу, с которой открывался вид на обширную долину. Фейт немного воспрянула духом. В долине должна быть деревня, а значит, убежище.

Мортон Блэк наклонился и прошептал ей на ухо:

– Тише, я слышу голоса впереди.

Фейт ничего не видела и не слышала.

– Николас! – воскликнула она, но прежде чем успела пришпорить лошадь, Мортон Блэк схватил ее поводья и повел обеих лошадей с дороги за кусты.

– Не глупите! В этих горах полно бандитов. Я проверю. Ждите здесь, за этими кустами, не выезжайте на дорогу. Держите пистолет наготове, но под плащом, чтобы не промок. – Не дожидаясь ее ответа, он слез с лошади, что делал поразительно ловко для человека с деревянной ногой, подал ей поводья и пошел вперед.

Фейт ждала и ждала, нервно сжимая пистолет. На этот раз ей, возможно, действительно придется стрелять в человека.

После, казалось, бесконечного ожидания она услышала крик. Фейт крепче стиснула пистолет и собралась с духом.

Закричали снова, и на этот раз она разобрала слова:

– Фейт? Фейт? Где ты? – Это был Николас, ее Николас. С радостно колотящимся сердцем она выехала на дорогу и через несколько секунд Николас уже стащил ее с лошади, заключил в объятия и крепко поцеловал.

– Я страшно зол на тебя! – прорычал он и снова поцеловал. – Посмотри на себя – ты же насквозь промокла! И замерзла, черт побери! – Он расстегнул плащ и привлек ее к своему большому теплому телу. – Наверное, мне бы следовало поколотить тебя на непослушание, миссис Блэклок, – сказал он, снова крепко целуя ее. – Но сначала я найду для тебя какое-нибудь укрытие.

Фейт не отвечала. Она смеялась и вытирала слезы и дождь с глаз. Им еще предстоит все выяснить между собой, но не сейчас.

Фейт сидела в седле впереди него, завернутая в его плащ и прижатая к сердцу. Мортон Блэк ехал следом, ведя лошадь Фейт. Они нашли остальных и не мешкая пустились в путь – группа промокших, грязных путешественников. Даже Беовульф выглядел замерзшим, мокрым и несчастным. Некогда яркие красные ленточки намокли, загрязнились и порвались.

И вдруг Беовульф, бегущий впереди, понюхал землю и залаял.

– Тише, Вульф! Мы уже почти приехали. Давай вперед, глупый зверь! – прикрикнул на него Мак, но пес продолжал лаять, неистово махая хвостом. Не обращая внимания на крики хозяина, он пробежал небольшое расстояние вдоль узкой, почти невидимой тропы направо, затем вернулся, лая и подпрыгивая от возбуждения. – Пошли, Вульф! – Мак направился дальше по дороге, но собака встала перед его лошадью, зарычала и залаяла. Неудивительно, что лошадь отказалась идти дальше.

– Что случилось с чертовым псом? – чертыхнулся Николас. – Убери его с дороги, Мак! Я хочу поскорее отвезти жену в укрытие!

Мак озадаченно покачал головой:

– Никогда не видел, чтобы он так вел себя, капитан. Он не хочет, чтобы мы ехали по дороге. Он хочет, чтобы мы поехали по этой тропинке. – Он с сомнением взглянул на Николаса. – Может, главная дорога опасна – обвал или еще что. Может, зверь чует это.

Николас снова чертыхнулся.

– Ну хорошо, давай попробуем поехать по этой тропе, но предупреждаю, Мак, если она ведет в никуда, я придушу этого чертова пса! – Он еще крепче прижал к себе Фейт. Она знала, что он никогда не обидит собаку. Это все пустые угрозы, просто он беспокоится о жене.

Они ехали за Беовульфом еще минут десять или около того, пока тропинка не уперлась в ветхий каменный коттедж, пристроенный к пещере в скате горы. Слабый свет пробивался сквозь деревянные ставни.

Николаса это ничуть не обрадовало. Он резко оборвал извинения Мака, рявкнув:

– Ну давай, слезай и узнай, не смогут ли они приютить нас здесь на ночь. В крайнем случае в этой пещере хватит места и для нас, и для животных!

Мак спешился и постучал в дверь коттеджа.

Одна из ставень распахнулась, и маленькое хорошенькое личико подозрительно выглянуло наружу. Подозрение обернулось потрясением, затем радостью, затем снова подозрением.

– Вулфи? Тавиш? – Это была Эстреллита, и выражение ее лица было отнюдь не радушным. – Немедленно прекрати шуметь, Вулфи! – Пес тут же замолчал и энергично завилял хвостом.

Эстреллита подозрительно огляделась.

– А где капитан Ник?

– Я здесь, – отозвался Ник. – Впусти нас, Эстреллита. Моя жена насквозь промокла и замерзла.

Эстреллита покачала головой:

– Затем вы поехали за мной? Уезжай, капитан Ник. Ты не причинишь зла бабушке!

– Мы не ехали за тобой. Это собака привела нас сюда, – прорычал Мак. – Больше мне делать нечего, только гоняться за беглянками!

– Черт побери, – выругался Ник, – да не сделаю я ничего плохого твоей бабке, глупая ты девчонка! Сколько раз я должен тебе это повторять? А теперь впусти нас. Фейт промокла до нитки!

– А ты не ори на меня! – закричала Эстреллита. – Фейт может остаться, а вы, остальные, убирайтесь!

Вся эта сцена грозила перерасти в фарс: Эстреллита кричала из окна, Ник и Мак тоже кричали, а пес снова принялся лаять, но посреди этого бедлама дверь приоткрылась, и крошечная древняя старушка в серой одежде, шаркая ногами, вышла наружу.

Последовало внезапное, потрясенное молчание. Даже собака перестала лаять.

Она была маленькой и хрупкой, лицо все сплошь в морщинах.

– Добро пожаловать в мой дом, – сказала она по-испански. – Вас ждали. – Она отступила назад, явно приглашая их войти.

Они спешились. Стивенс взял поводья всех лошадей, и они с Мортоном Блэком повели их в пещеру, сказав, что позаботятся о животных, пока остальные разберутся, что к чему.

Эстреллита подбежала к двери и стала спорить со старой леди на каком-то непонятном языке. Она увидела Фейт и торопливо сказала:

– Извини, но я не хочу, чтобы твой муж был здесь. Входи – ты вся мокрая! Ты можешь войти, но мужчины – нет!

58
{"b":"40","o":1}