ЛитМир - Электронная Библиотека

Она продолжала заниматься своим делом, словно его здесь и не было. Он схватил ее за руку и развернул лицом к себе.

– Я спрашиваю тебя еще раз, Эстреллита. Ты выйдешь за меня замуж?

Она отвернулась и ничего не сказала.

– Тебе незачем оставаться. И судя потому, что ты все сжигаешь, у тебя все равно ничего не останется. Поэтому поехали со мной, девочка, мы поженимся. – Он притянул ее к себе и, не обращая внимания на измазанное золой лицо, наклонился, чтобы поцеловать.

Она вырвалась, осыпав его пинками и тумаками, и в ярости прошипела:

– Ты! Не заговаривай со мной! Ты проявляешь неуважение! В любом случае это я выбираю. Я, Эстреллита! Не мужчина!

Мак стиснул кулаки.

– Неуважение, да? – Он фыркнул. – Когда мужчина просит грязную маленькую ведьму выйти за него замуж? Да многие бы не стали утруждать себя такими любезностями!

Вместо ответа она с надменным безразличием тряхнула волосами и зашагала прочь.

Он посмотрел ей вслед, выругался и пнул камень с края скалы, с угрюмым выражением слушая, как он с грохотом покатился вниз. Когда злость немного улеглась, Мак вернулся к остальным.

– Она не говорит, что будет делать. Не знаю, останется она или поедет с нами.

Ник сочувствующе посмотрел на него.

– Ну, должно быть, это тебе решать. Теперь ты волен выбирать. – Он взял Фейт под руку. – Прошло шесть дней с тех пор, как все произошло. Конечно, еще пока рано говорить...

– А я верю, – прервала его Фейт. – Она действительно излечила тебя. Доктора не знали, что осколок шрапнели давит на твой мозг. Но теперь, когда он вышел...

– И как, черт восьми, она это сделана, я никак не могу сообразить.

– Разве это имеет значение? – спросила Фейт. – Главное, ты здоров, и мы можем... – Лицо ее сморщилось, но она овладела собой и продолжила: – Мы можем строить свою жизнь. Свое будущее. – Глаза ее наполнились слезами, иона спрятала лицо на груди мужа и обняла его. В последнее время она стала такой плаксивой! Учитывая обстоятельства, это неудивительно, но в самом деле, почему у нее сейчас глаза все время на мокром месте, ведь муж выздоровел, и будущее выглядит таким безоблачным?

Она с изумлением дотронулась до своего живота. Неужели абуэла права и в этом?

– Как вы поедете, капитан? – спросил Стивенс.

Николас погладил волосы Фейт.

– Мы поплывем из Бильбао.

– На корабле? – в один голос воскликнули Мак и Стивенс. – Вы?

Николас состроил гримасу.

– Я смогу это выдержать, потому что хочу вернуться как можно быстрее. – Он печально покачал головой. – Блэк говорит, мама знает о моей болезни. Она будет ждать со дня надень известия о моей смерти. Чертов трепач этот доктор!

Последовало короткое молчание, затем Мак сказал:

– Стало быть, я теперь вам не понадоблюсь.

Ник покачал головой:

– Никогда не думал, что буду так рад уволить человека.

– Ага, капитан, а я никогда не думал, что буду так радоваться увольнению! – Он хлопнул Ника по спине.

– Конечно, – сказал Ник, – если ты решишь приехать в Англию, тебя всегда будет ждать работа. Надеюсь, ты знаешь об этом.

Фейт пыталась вникнуть в суть разговора.

– Что ты имел в виду, когда сказал, что уволил Мака с работы? С какой работы?

Последовало неловкое молчание. Мак поспешно проговорил:

– А, ну это просто организация путешествия и все такое, миссис.

– Тогда почему ты не понадобишься на обратном пути? Я полагаю, ты будешь очень необходим, если Николас свалится с морской болезнью.

– А, да... но Стивенс может позаботиться об этом, – сказал Николас.

– У Стивенса свои обязанности, – возразила Фейт.

Снова молчание.

– Думаю, теперь уже можно сказать ей, капитан, – пробормотал Стивенс. – Теперь-то этого не случится.

Фейт перевела взгляд с одного угрюмого лица на другое и медленно сказала:

– Теперь, когда Николас не умрет?

Мак внезапно решил, что костер из вещей абуэлы срочно требуется пошевелить. Николас проговорил нарочито бодро:

– Стивенс, я думаю, у тебя много работы, мы планируем выехать через несколько дней. Мак, что бы ты ни выбрал, я одобрю твое решение. – Он отпустил Фейт и пошел в пещеру проверить лошадиную сбрую.

Фейт остановила Стивенса, когда он проходил мимо нее.

– Скажите мне, Стивенс.

Стивенс заколебался, затем медленно проговорил:

– Помните того зайца, мисс? Не выносит страданий живого существа наш Мак. – Он со значением посмотрел на нее и прошел мимо.

Фейт почувствовала, как сжался желудок, когда невысказанное значение этих слов проникло в ее сознание. Николас приехал в Испанию, чтобы умереть, и Мак должен был позаботиться, чтобы он не страдал.

О Боже! Какой кошмар предстояло пережить этим трем мужчинам! Одному – умереть, второму – убить, а третьему – смотреть на все это. Слава Всевышнему за абуэлу Эстреллиты. Слава Всевышнему за то, что они вообще встретили Эстреллиту. Слава Всевышнему за то, что капитан корабля поверил, что она может выстрелить. Так много всего, за что надо быть благодарной. Она прочитала несколько быстрых благодарственных молитв. А потом приняла решение не переживать из-за того, чего они все избежали. У нее есть настоящее, о котором нужно думать, и их с Николасом будущее, к которому нужно стремиться.

– Я не хочу, чтобы ты осталась тут одна, девочка. Поехали со мной. Тебе не обязательно выходить за меня, я даже не прикоснусь к тебе, если это то, чего ты хочешь.

Эстреллита гневно зыркнула на него и прошла, не сказав ни слова.

Он пошел следом.

– Я не давлю на тебя, девочка, но я сойду с ума, думая, что ты одна и нет ни родных, ни мужчины, чтобы защитить тебя.

Эстреллита обратилась к воздуху:

– С чего бы мне хотеть ехать со здоровым, тупоголовым, волосатым кустом, который даже не знает, что такое уважение!

Мак вскинул руки в отчаянии и ярости.

– Ну что ж, если ты так это видишь! – проорал он ей вслед и ринулся прочь.

Когда в тот вечер остальные сели обедать, взгляд Эстреллиты выдал, что она заметила его отсутствие, и то, сколько раз она скользила к двери, сказало Фейт, что цыганка беспокоится, хотя и ничего не говорит.

Мака не было следующие два дня, и с каждым днем Эстреллита выглядела вес более встревоженной. Но всякий раз, когда Фейт пыталась поговорить с ней, цыганка просто пожимала плечами и делала вид, что ей все равно.

– Но почему ты даже не разговариваешь с ним? – вступилась она за Мака.

Эстреллита с изумлением посмотрела на нее.

– Из уважения, конечно. Женщины и мужчины не должны разговаривать между собой, пока не пройдет девять дней. – Она говорила так, будто это очевидно и понятно любому дураку.

– Конечно, – мягко сказала Фейт. – Но у нас нет такого обычая, Эстреллита. Мак думает, что ты злишься на него, что он тебе не нравится.

Эстреллита пожала плечами, как будто ей было все равно:

– Я злюсь. Он не проявляет уважения. Если он не может подождать всего лишь каких-то девять дней, значит, не любит меня.

Фейт решила найти Мака и рассказать ему. Она не думала, что сможет уладить разногласия между двумя такими вспыльчивыми людьми, но надеялась, что Мак поймет, что отказ Эстреллиты разговаривать с ним – часть ее траурного ритуала.

Но Мак как сквозь землю провалился.

На утро десятого дня Эстреллита появилась из коттеджа совсем другой. Она вымылась с головы до ног и выглядела свежей, юной и сладко пахнущей. Ее волосы, вымытые и расчесанные, блестящими локонами ложились вокруг лица и стекали по спине. Она была одета в новую черно-красную расклешенную юбку и свежую белую блузку с вышивкой.

– Эстреллита, какая ты красивая! – воскликнула Фейт.

Эстреллита погладила свою новую одежду и сказала почти застенчиво:

– Все до последней нитки должно быть новым. – Ее глаза обежали пространство вокруг, словно искали кого-то.

– Его еще нет, – сказала ей Фейт. – Но я уверена, что он вернется. Он не уедет, не попрощавшись.

Эстреллиту охватило сомнение. Его не было видно со дня их последней ссоры. И даже ночью он не вернулся.

63
{"b":"40","o":1}