ЛитМир - Электронная Библиотека

Ник ждал, когда она объяснит.

– Видите ли, это было пари.

– Пари?

– Да. Он поспорил с одним из своих приятелей, что сможет убежать со мной. – Она добавила натянуто: – В сущности, подошла бы любая девушка благородного происхождения. Но я оказалась самой глупой девушкой в Лондоне. Я подумала, что нашла свою настоящую любовь, как мама.

Последовало долгое неловкое молчание. Погубить такую милую девушку ради пари!

Наивное, застенчивое создание, воспитанное на глупых романтических сказках. Где уж ей было тягаться с хитрым и ловким льстецом. Ее должны были оградить от подобного негодяя.

– А что, ваши родители не видели, не пытались остановить вас?

– Мои родители умерли, когда мне было семь лет.

Ник пробормотал короткую сочувственную фразу, но не собирался отвлекаться.

– И никто не попытался остановить этого самозванца, сделавшего вас своей жертвой?

Она покачала головой:

– Дело в том, что Феликс присвоил себе имя реально существующей венгерской семьи. Семья Римавски хорошо известна, очень богата и аристократична, поэтому он считался хорошей партией. Дядя Ос...

Она осеклась, не закончив предложения, но Ник мог сложить два и два. Нестрогий опекун – ее дядя, к тому же наверняка престарелый. Только очень защищенную девушку, воспитанную пожилым человеком, можно было так легко обвести вокруг пальца.

И это объясняло, почему опекун предпочел закрыть на все глаза. Все, что угодно, ради возможности заполучить состояние.

Фейт продолжала:

– Он вовсе не был Феликсом Владимиром Римавски. Его настоящее имя – Юрии Попов.

– Я б ему накостылял как следует! – сердито пробормотал Стивенс.

Мак с шумом подбросил палку в костер. Она вспыхнула, повалил дым.

Ник, закашлявшись, бросил на Мака раздраженный взгляд, но потом снова повернулся к Фейт, которая сидела, жалко ссутулившись.

– Это все равно не объясняет, почему вы оказались совершенно одна, без денег и без защиты. Вы хотите сказать, что этот... – он снова осторожно разжал кулаки, – этот скрипач выбросил вас на улицу без единого пенни в кармане?

– О нет. – Ее голос ничего не выражал. – Он хотел, чтобы я оставалась его любовницей.

Ник выругался.

– Фели... – Она оборвала себя. – Юрий не понимал, почему жена и дети должны быть помехой его удовольствиям. В конце концов, они же в Болгарии.

– У этого парня что, совсем ни стыда ни совести? – воскликнул Стивенс.

– Нет. Он ни в малейшей степени не был обескуражен тем, что я разоблачила его обман. Он знал, что моя репутация погибла. Что я никогда не смогу вернуться к прежней жизни. Он считал, что у меня нет другого выхода, кроме как оставаться с ним, пока я ему не надоем. Потому что, видите ли, очень много людей знали, что мы сбежали. – Она добавила ломким голосом: – Сейчас я не могу поверить, что была способна на такую глупость, но когда мы сбежали, я написала всем и рассказала об этом. Я думала, что это самое романтическое переживание в моей жизни. – Она сухо рассмеялась. – Я даже думала, что мама с папой одобрили бы, если б знали.

Мак топал как слон и гремел посудой.

– Ради Бога, Мак, прекрати так шуметь! – раздраженно бросил Ник.

– Надо помыть тарелки.

– Тогда отнеси их к морю и там помой!

– Ага, так я и сделаю!

Снова загремела, загрохотала металлическая посуда, а потом Мак зашагал прочь, явно выражая свое неудовольствие.

Ник не обратил на него никакого внимания. Он хотел услышать историю до конца.

– Итак, что же вы сделали?

– Я не могла оставаться там ни минуты. Как только он ушел на концерт, – а он в самом деле очень талантлив, – я собрала кое-что из вещей и убежала. Дилижансом я не поехала – все места в нем были уже заняты и...

– Вы хотите сказать, что покинули Париж ночью и отправились в обратный путь совершенно одна, вверив себя судьбе?

Фейт пристально посмотрела на него.

– У меня не было выбора.

– Разве у вас не было горничной?

– Нет.

– Что? Но...

– Послушайте! – вспылила она. – Я была расстроена и хотела оставить Париж как можно скорее. Я не подумала как следует, у меня не было большого опыта в планировании путешествия. Я сделала то, что считала лучшим в тот момент, я знаю, что это было глупо и опасно. Вы довольны?

– Ни в малейшей степени. – Ник гневно воззрился на нее.

– Так что же случилось, мисс? – спросил Стивенс успокаивающим тоном.

– Я нашла... точнее, кое-кто в пансионе устроил это для меня – частную карету, берущую пассажиров. Она была очень старой и довольно грязной, но мне было все равно. – Она помолчала мгновение, затем добавила: – Да, я знаю! Мне не следовало так поступать!

– Почему? Что случилось? – напомнил Стивенс.

– После того как они высадили всех остальных пассажиров, я услышала их разговор – они не догадывались, что я говорю по-французски. Они…они планировали ограбить меня... и не только. Мне удалось сбежать от них, но багаж пришлось бросить. Поэтому вы так и нашли меня, – сказала она в заключение.

Но Ник чувствовал, что она рассказала не все. Она не покидала Париж в этих отвратительных больших ботинках Она не покидала Париж полуголодной. Она опустила несколько важных подробностей. Не зря же он столько лет был офицером действующей армии. С помощью умелых расспросов можно узнать неожиданные детали.

– Как вы убежали? – Прямыми вопросами тоже можно добиться желаемого.

– Я выпрыгнула из кареты.

– Выпрыгнули на ходу? – Ник постарался взять себя в руки и продолжил уже мягче: – Можете не говорить – было темно, верно?

– Луна светила ярко, хотя, к счастью, зашла за облака на все то время, пока я пряталась в винограднике. Как только они перестали искать меня и уехали, луна снова вышла, и я смогла выбраться на дорогу.

Ник прикрыл глаза. Боже милостивый, она выпрыгнула на ходу из кареты на неизвестной дороге в темноте. У него непроизвольно вырвалось:

– Маленькая дурочка! Вы же могли серьезно покалечиться!

Она раздраженно парировала.

– Могла покалечиться, но не покалечилась. Однако если б я осталась, то мне бы уж точно не поздоровилось.

Он на мгновение вспомнил, как она стояла рядом с ним и размахивала горящей палкой, пытаясь выглядеть грозной. Он опустил голову в руки и застонал.

Фейт не заметила. Она вспоминала те жуткие минуты, когда выскочила на ходу из кареты и спряталась между рядами виноградника, молясь, чтобы луна оставалась за облаками. Прошло довольно много времени, прежде чем возница и конвоир сдались и перестали ее искать. А потом она оказалась совершенно одна, в темноте, где-то в северной Франции, без денег, одетая лишь в тонкое шелковое платье, кашемировую шаль, изящные лайковые туфельки и маленькую элегантную шляпку. Она поежилась.

– А где это было, мисс? – прервал ее мысли Стивенс.

– Где-то за Монтреем.

– За Монтреем! – Мистер Блэклок резко вскинул голову. – Как, черт подери, вы попали из Монтрея сюда?

Она стиснула зубы. Нечего кричать на нее! Но ответила вежливо, в противовес его грубости:

– Я шла пешком.

Стивенс потрясенно присвистнул. Мистер Блэклок свирепо пробормотал:

– Так вот почему ваши ноги в таком ужасном состоянии!

Смущенная Фейт спрятала свои ужасные ноги под юбку, чтобы они больше не оскорбляли его зрения. Как, скажите на милость, он мог показаться ей добрым? Он грубый и надменный, и ее так и подмывает встать и уйти. Она сказала с достоинством:

– Я обменяла свои лайковые туфли и кашемировую шаль у жены фермера на эти ботинки и накидку. – И немного хлеба и сыра, но этого она ему не скажет, а то он еще набросится на нее за преступную потребность в пище. – Это был хороший обмен. Мои туфли не выдержали бы большого расстояния, я чувствовала каждый камешек сквозь тонкую подошву. Фермерша предлагала мне свои деревянные башмаки, но я никогда не ходила в таких, поэтому выпросила воскресные ботинки ее сына. И моя кашемировая шаль была очень красивой, но недостаточно теплой, чтобы согреть ночью.

9
{"b":"40","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
С чистого листа
Ведьма по ошибке
Жизнеутверждающая книга о том, как делать только то, что хочется, и богатеть
Последний Фронтир. Том 1. Путь Воина
Мне снова 15…
Бодибилдинг и другие секреты успеха
Девятнадцать стражей (сборник)
Посольство