ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Это что ещё за пушистики такие? – удивился Сиривуш вслед "созданию".

– Это мурры, – ответил Игуш, – мохнатый народец, живший когда-то в здешних горах, дальше к северу. Некоторые, правда, и сейчас там живут, кого Уморт не сумел переловить. Но на свободе остались немногие. Мурры – удивительные создания, – добавил он, – они чем-то сродни волшебникам, владеют магией от рождения. Своим прикосновением, например, они способны исцелить больного или хотя бы облегчить его страдания. У них особенный взгляд. Посмотрят на тебя, прищурившись – и тебе сразу весело становится. Ты заметил?

– Пожалуй, – кивнул Сиривуш. – Только чего-то я не пойму. Если они такие умные и магией владеют, почему они у Уморта в неволе живут?

– Не знаю, – пожал плечами Игуш, – странные существа. В сильные зимние холода мурры надолго засыпают. Вот так Уморт и поймал их: по зимним пещеркам мурров прошлись тролли с наручниками и всех, кого нашли, перетащили в замок. Мне думается… что мурры при желании могут всегда убежать. Но они, кажется, и не думают о таком: носятся себе по замку – весёлые, любезные – как пушистые разноцветные шарики. Даже Уморт, похоже, их любит – называет "мои мохнатики".

Старый Фуфуг страшно обрадовался гостям. Но когда Сиривуш вознамерился было о чём-то громогласно спросить, с улыбкой приложил палец к губам:

– Только не здесь. У некоторых стен бывают уши. – Он оглянулся.

Сиривуш оглянулся следом и… замер от удивления: в стене над камином торчало большое мохнатое ухо, которое на его глазах стыдливо покраснело и поспешно исчезло.

– Сами по замку не шастайте, меня дождитесь. Хотя… чего это я? Может, вы устали, пару денёчков поспите? У меня есть хорошие мягкие кровати из сухого кленового листа.

– Не-е-ет! – замотали головами молодые кобольды. – Дело не терпит! Мы не спали всего одну ночь – свеженькие, как ягодки!

Надо сказать, что кобольды действительно могли не спать даже целыми неделями. Зато потом, забравшись в кучу сухих листьев где-нибудь под мохнатой ёлкой, отсыпались месячишко-другой – всё зависело от того, насколько устал.

И вот потянулись коридоры Умортова замка. Они тянулись не только вправо и влево. Одни вздымались вверх, так что хочешь не хочешь, приходилось ловко карабкаться с опасностью загреметь обратно. Другие, не спросясь, круто прыгали вниз, так что спускаться по ним нужно было, крепко вцепившись в перила, до блеска отполированные руками и лапами обитателей замка.

Многие залы напоминали чисто подземную пещеру – тёмную, на дне которой – осторожно! – могло притаиться холодное озеро. Причём лодка не всегда ждала у берега. Порой её долго приходилось отлавливать крюком.

Другие залы, наоборот, сияли золотом и драгоценными камнями. Нередко какой-нибудь угол скромно украшала статуя из настоящего хрусталя, изображавшая – там эльфа, тут гнома, там кобольда, тут тролля – с такой удивительной точностью, что казалась живой.

Игуш с благоговейным страхом вглядывался в искусно сделанные фигурки. Среди жителей Цауберляндии существовало поверье, что статуэтки раньше и в самом деле были живыми эльфами, гномами и кобольдами.

Вот, например, этот эльф как будто мгновение назад расправил крылья и улыбнулся бездонному небу над головой. Гном так и остался стоять с занесённым над головой острым топором. А кобольд… Тут Игуш отпрянул: кобольд так напоминал кого-то хорошо знакомого…

Друг Сиривуш не обращал внимания на статуи, зато с глубоким интересом разглядывал висевшие на стенах шкуры убитых животных и оружие. Особое впечатление на него произвели чучела… – ну да, обыкновенные чучела – двух волков: мало того, что они занимали ползалы, они ещё так здорово рычали друг на друга, что рык этот можно было слышать ещё долго после того, как покинули залу.

Вытащив Сиривуша из прекрасной гостиной, от пола до потолка завешанной оружием для охоты на кузнечиков, кобольды чуть не угодили в бурный поток. То была подземная река, нёсшая свои быстрые воды куда-то по коридору налево.

Лодки поблизости было не видать. Но старый опытный Фуфуг протянул руку во тьму, сорвал со стены какую-то пирогу и удобно взгромоздился на неё. Оба кобольда едва успели втиснуться следом, как шумный поток подхватил пирогу и потащил за собой.

В тёмном туннеле ничего нельзя было разглядеть, а шум воды заглушал голоса. Обдаваемые тысячами брызг, притихшие кобольды терпеливо ждали встречи с кухней.

Наконец впереди забрезжил свет. Шум воды усилился, горная река вылилась в водопад, и пирогу ловко выплюнуло в красивое подземное озеро.

Друзья благополучно причалили к берегу, и Фуфуг, не мешкая, направился к скалистой стене, освещённой парой факелов.

Только вплотную подойдя к скале, друзья разглядели в ней дверь. Тем временем старый кобольд уверенно дёрнул за ручку, и дверь распахнулась. Взорам кобольдов представилась огромнейшая кухня, вся переполненная аппетитнейшими запахами.

В углу выделялся гигантский котёл, в котором толстый тролль что-то старательно помешивал. По кухне деловито бегали человечки в фартучках и колпачках. Точно такие же немедленно нахлобучили на новичков-кобольдов. Те не успели даже хорошенько осмотреться, как были приткнуты к столу возле самого котла.

Фуфуг куда-то исчез, а вместо него появился старый-престарый кобольд с белоснежными бородой, колпаком и передником.

– Катаешь из теста колбаску, – приступил он сразу к делу, швырнув в руки Сиривушу увесистый кусок теста, – толщиной в пол-обхвата – пол-обхвата! – червяка-водохлёба, режешь её на кусочки по три хруммтиметра и бросаешь в котёл. А тебе заданьице другое… – повёл он Игуша к другому столу, оставив Сиривуша наедине с ножом и тестом.

Друг наш растерянно огляделся. И сразу заметил мурров – в углу, у стола, покрытого белоснежной скатертью. Беззаботно мурлыча меж собой, они колдовали над каким-то котлом. Между лап у них искрилось, а из котла то и дело вылетали разноцветные шарики и, достигнув потолка, разрывались на множество искр. Один из мурров глянул на Сиривуша и хитро подмигнул.

…Колбаска получилась неровная. У Сиривуша не было навыков в стряпне. Ну да ничего. Решительными взмахами ножа он порубил её на куски по три хруммтиметра и потянулся к новому куску теста.

Обернувшись, друг наш остолбенел: трёххруммтиметровые сами ползли к краю стола, вытягивались и ловко ныряли в кипящий котёл.

Выйдя из столбняка, наш кобольд бросился было поспешно ловить удирающие кусочки, но один из трёххруммтиметровых оглянулся и злобно цапнул его за палец откуда-то вдруг взявшимися острыми зубками.

После этого Сиривуш решил, что, пожалуй, лучше не стоит связываться с зубастыми мучными тварями. Теперь он резал осторожно, всякий раз предусмотрительно отдёргивая нож от стола. Трёххруммики, строго косясь на него, важно ползли к котлу, выводок за выводком.

Среди поваров и поварят выделялся один, видимо, самый главный повар. Он был худощав, высок и властен, не похож ни на кобольда, ни на кого другого… разве что на эльфа? Но без крыльев. Вот уж Сиривуш никогда не слышал, чтобы хоть один эльф находился в услужении у Уморта!

Главный повар так и метался по всей кухне, щедро осыпая ценными указаниями каждого повара и поварёнка. Один несчастный кобольдик совсем запутался в лапше или в чём-то в этом роде. Решение главного повара было скоро и беспощадно:

– Под пол! На съедение змеям! – Топнул ногой и провинившийся тотчас же провалился под пол.

Другой поварёнок провинился тем, что вместо священных трёх с половиной щепоток соли бросил в суп целых четыре. Глаза главного повара сверкнули справедливым негодованием. Этого оказалось достаточно, чтобы негодник тут же окаменел и в назидание остальным рассыпался в песок.

Это однако совсем не значило, что у господина главного повара сегодня было плохое настроение. Наказав таким образом ещё парочку нерасторопных поварят, он с деловитой улыбкой продолжал носиться между столами и котлами. На глазах у восхищённой публики он виртуозно разделал жареного кузнечика, а потом принялся наставлять увенчанного сединами повара, как правильно приготовить копчёную гусеницу.

18
{"b":"400","o":1}