ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тысяча бумажных птиц
Ходячие мертвецы Роберта Киркмана. Найти и уничтожить
Сердце дракона
Я тебя улыбаю. Приключения известного комика
Тео – театральный капитан
Стюардесса Кристина. В поисках Ковчега истины
Сердце того, что было утеряно
Бумажная принцесса
Паиньки тоже бунтуют
Содержание  
A
A

Посчитав, что всё исчерпывающе объяснил, Тропотор потянулся к стопке жирненьких плюхов.

– А что значит «небезопасно»? – осторожно спросила Диана.

– Ну-у, – развёл Тропотор плюхами, – говорят, что в последние годы дракон стал временами просыпаться. При этом… – плюх перекочевал гному в рот, – он выпускает из ноздрей горячий пар и… – плюх отправился дальше, – плюётся иногда огнём.

Слушатели на время затихли.

– А нам не грозит, что…? – осведомился Том.

– Очень может быть. В любую минуту стены пещеры могут треснуть или даже обрушиться.

В наступавшей тишине был слышен лишь хруст пережёвываемых фуфронов.

– Однако более короткого пути в Долину Озёр вы не найдёте, – утешил своих спутников гном, отправляя в рот последний фуфрон.

Чтобы как-то оживить замершую беседу, Диана решила рассказать историю о своём дедушке.

– Мой дедушка, старый умный эльф, – начала она свой рассказ, – был заядлым путешественником. Он излетал всю Цауберляндию и побывал даже за её пределами. Когда мы были маленькими, нам было страшно интересно слушать его рассказы о местах, где он побывал. Он сажал нас к себе на колени, и рассказ продолжался до глубокой ночи…

Так вот. Когда-то волею обстоятельств он долго жил среди гномов. Однажды, бродя по горным пещерам, он нашёл среди камней редкой красоты ожерелье. Дедушка не страдал жадностью и хотел отдать его гномам. Ведь пещеры-то принадлежали им. Но гномы великодушно отказались. И ожерелье осталось у дедушки. Однако эта вещица оказалась настолько великолепной работы, что много дней подряд к нему в дом стекались толпы народу, чтобы посмотреть на ожерелье невиданной красоты.

Ну вот, а некоторое время спустя дедушка, гуляя по лесу, повстречал маленького тролльчёнка. Тот жалобно ревел и пускал слюни. Оказывается, его родителей съела лиса (хотя лисам строго-настрого запрещается есть троллей!), и теперь он остался один. Представляете, как дедушка был опечален, выслушав историю бедного малыша! Ну, конечно, он взял его к себе домой, и тот стал жить у дедушки.

А через несколько дней после этого происшествия у дедушки пропало ожерелье. А вместе с ним – и тролльчёнок. Дедушке, конечно, и в голову не пришло, что тролльчёнок мог украсть ожерелье и с ним сбежать. Наоборот, он махнул рукой на ожерелье и беспокоился лишь о том, не случилось ли чего с малышом. Он совсем истерзался душой за пропавшего и даже чуть не заболел от беспокойства.

А на следующий день – что вы думаете? – появляется тролльчёнок! И не просто появляется, а с ожерельем на шее! И сознаётся, что он – совсем и не тролльчёнок, а обернувшийся тролльчёнком злой волшебник Уморт! Что вы на это скажете?

Знаю, знаю, что вы хотите сказать, – протестующе замахала руками Диана на приоткрывшийся было рот Тропотора. – И я с вами совершенно не согласна, вот так! "Доверяй, но проверяй" – девиз гномов. Но у нас, эльфов, царит другое правило: "Доверяй всем и каждому"! И не говорите мне такого больше никогда! Мне не нравится, когда со мной спорят.

Немного успокоившись, эльфина продолжала:

– Что оставалось делать моему дедушке? Ну, пришёл тролльчёнок и сознался, что украл ожерелье. Да ещё наплёл, что он – злодей Уморт. Мой дедушка был благородной души эльф. Для порядку он отшлёпал шалопая и отобрал у него ожерелье. После чего тот сейчас же удрал.

– …И всё? – в наступившей тишине мечтательно спросила Катарина. – А оно действительное такое красивое, это ожерелье, Диана?

– Я его никогда не видела, – честно призналась эльфина. – В одном из своих путешествий дедушка подарил его одному старику-отшельнику, который спас его от разбойников-троллей. Но эту историю, – зевнула Диана, – я расскажу вам как-нибудь потом…

Девушка устало потянулась. По её предположениям, солнышко уже давно мирно посапывало где-нибудь за горой. Путники сунули факелы букетом промеж камней и, укрывшись тёплыми плащами, улеглись вокруг.

Пещера находилась не так уж далеко от наружного мира, и временами до ушей засыпающих человечков доносились писк мышей или ночное уханье совы, а лица овевал холодный ночной ветерок.

Тому спалось неспокойно. Ему приснилось, что свод пещеры покрылся трещинами и начал медленно рушиться. При этом в руки ему с потолка упал большой кусок золота, а откуда-то из недр горы послышался страшный грохот, и стало вдруг очень жарко. А Том, вместо того чтобы будить товарищей и бежать из пещеры, принялся лихорадочно обдумывать, что можно было бы купить на такой кусок золота. А грохот всё приближался и так мешал сосредоточиться, что Том с досады открыл глаза.

2. Летучие разбойники

По всей пещере стояли громкий шелест и писк. В свете факелов мелькнули огромные крылья и чьё-то безобразное лицо.

Том приподнялся, протирая глаза. Тотчас же руки его были сзади схвачены и заломлены за спину.

– На помощь! – закричал Том, отбиваясь ногами от огромных летучих мышей, плотно облепивших все углы и стены.

Лапы, что связали его руки за спиной, не замедлили проделать то же и с ногами, а потом заботливо заткнули ему рот молодым жёлудем.

Потом кто-то подхватил его за шиворот и метким броском закинул в угол пещеры.

Том упал на что-то мягкое, но ворчливое. Это оказался Тропотор, уже крепко связанный по рукам и ногам, как и вся остальная компания.

– М-м?! – промычал Том вопросительно, обращаясь к гному.

– М-м-м-м-м! – сердито отвечал Тропотор. Во рту у того торчал такой же сочный жёлудь.

Том, как мог, сдвинулся в сторону.

– М-м-м? – снова спросил он у Тропотора.

– М-м… – пожал плечами гном.

Разговор был прерван жуткого вида крылатой бестией с лицом мертвеца.

– Ну вот, – пропищала она неожиданно высоким голоском, потирая ручки с длинными костлявыми пальцами, – вся компания в сборе. Их, правда, больше чем два. Но хорошо, что не меньше. Кто из них тут мальчишка с девчонкой, пускай Уморт разбирается сам.

Ещё одна летучая мышь подлетела к первой и что-то горячо зашептала ей на ухо.

– Не суйся с советами к Чертокрылому, – жёстко отвечала первая. – Уморт не велел трогать ни единой вещички у пленников. И также не проверять, что у них в рюкзаках. Понятно? – Бестия грозно обвела взглядом притихшие кучи мышей. – Все условия должны быть соблюдены. А после того, как мы отнесём пленных к Уморту, грудь вашего вожака украсит камень Гипова носа. Уже заказана золотая цепь? – обратился он к шептуну.

Выслушав ответ, Чертокрылый довольно сложил лапы на груди.

– Только не забудьте, что я люблю тонкую работу. Цепь должна быть не хуже, чем у Уморта.

И, помолчав, добавил:

– С этим камнем я стану непобедимым. "Летучей смертью" будут называть Чертокрылого. Уморт совершил просчёт, попросив меня поймать этих двух сопляков. За такую пустячную услугу он потеряет драгоценнейший из всех камней. Скоро, скоро придёт наше время – время летучих разбойников! Радуетесь? – обернулся он к стае.

По пещере разнёсся восторженный писк сотен голосов.

– Рано радоваться, – оборвал Чертокрылый. – Пленники ещё не в замке. Через час рассвет. За день всем выспаться, а следующей ночью – в путь.

Удачу нужно было отпраздновать. Время до рассвета мыши провели в бурном веселье. Если можно назвать бурным весельем тот сумрачный танец, который они исполнили под сводами пещеры с сосредоточенно-серьёзными лицами.

На самом же деле им было страшно весело, просто летучие мыши не умели улыбаться. Пленники же наши жтого не знали. И потому траурный танец над их телами привёл их в ещё более унылое настроение.

К счастью, продолжался он недолго. С наступлением рассвета мыши как по команде подвесились к потолку вниз головой и тотчас уснули.

В пещере наступила сонная тишина. Пленники отчаянно заёрзали. Неужели вырваться из плена никак не получится? И завтра им придётся познакомиться с Умортом, о котором все тут столько говорят?

Но тут внимание их привлёк отдалённый рокот, внезапно донёсшийся из недр горы. Друзья переглянулись.

24
{"b":"400","o":1}