ЛитМир - Электронная Библиотека

– А вот идёт няня, – сказал Пол. – Она приходит почти каждый день.

Хотя на заборе повсюду висели таблички «Прохода нет», женщина протиснулась между прутьями забора и спустилась в каньон. Там она начала осматривать котов. Один хромал, и она что-то вытащила из его лапы пинцетом. Она закапывала глазные капли и что-то делала ватными тампонами. Если кот выглядел апатичным, она проталкивала таблетку в его горло. Наконец она приблизилась к Принцессе и дала ей что-то. Я подумала, это лакомый кусочек, достойный королевы, нечто вроде жареного фазана. Но чем бы то ни было, белая кошечка с готовностью проглотила это.

– Медсестре платил город?

– Нет, она была добровольным опекуном – очень профессиональная и без эмоций. И очень таинственная. Пол говорил, о ней была газетная статья, но она немногое приоткрыла. Женщина жила на ферме в пригороде. Если она находила мёртвого кота в каньоне, то забирала его и хоронила. Некоторые считали её эксцентричной миллионершей. Вы знаете, как распространяются слухи. Другие говорили, что она госпитальная медсестра, обвинённая в убийстве из сострадания. Третьи клялись, что она жена врача, застрелившая своего мужа за неверность, и теперь отбывает условный срок. Правды мы так и не узнали.

После того как закончилось лечение Пёстрых, сестра пересекла поле брани и сделала то же самое с Серыми. Потом она выбралась из дыры и прошла вдоль забора с жестяной консервной банкой в протянутой руке.

– Пенни на лекарство? Пенни для котиков? – Голос её был удивительно хорошо поставлен.

Однажды я спросила её о маленькой белой кошечке. Почему она так отличается от других? Такая замкнутая, такая отчуждённая? Медсестра удивилась.

– Беленькая? – переспросила она. – Но она же слепая.

Я была ошеломлена.

– Как она попала сюда? – спросила я.

– Какой-то сукин сын бросил её, – ответила медсестра.

Было что-то в этой слепой бедняжке, от чего сжималось моё сердце. Я умоляла хозяина позволить мне принести её домой, но он был твёрд как камень. В офисе мой мольберт стоял у северного окна, выходящего на каньон, и, когда я отрывалась от работы, чтобы дать отдохнуть глазам, я автоматически смотрела на шарик белого меха, контрастирующий с серым бетоном и зеленью.

Однажды я стала свидетельницей интересного происшествия. Молодой кот из Серых смело пересёк поле средь бела дня. Я поняла, что он молодой, потому что он был худой и мускулистый, – симпатичный кот с бойкими ушами и несколько нахальный.

Он направился к Принцессе, сидевшей на освещённой солнцем плите, и подошёл к ней очень близко. Конечно, она не могла его видеть, но я знаю: она наверняка почувствовала его присутствие. Он посидел так с минутку, а потом метнулся назад, словно его ударили.

После этого я часто наблюдала визиты очаровательного Принца и однажды увидела, как они с Принцессой соприкоснулись носами. Это было так романтично и грустно, что мне захотелось плакать.

Думаю, я пребывала в сентиментальном настроении, потому что наша дружба с Полом достигла ненормальной стадии.

– А что люди делали на свиданиях в дни вашей молодости?

– О, мы с Полом иногда обедали в уютном ресторане. За доллар можно было отведать пять блюд! Мы ходили в джаз-клуб или в кино. Кинотеатры пользовались тогда большой популярностью, но фильмы были немые и чёрно-белые, а актеры выглядели так, будто их напудрили мукой. Иногда Пол приходил ко мне домой, и я готовила курицу по-королевски. Потом мы слушали симфонический концерт – прямую трансляцию! Радио в те дня было совсем другое.

– У вас с Полом были другие отношения?

– Не те, что вы, молодые люди, под этим подразумеваете! Мы наслаждались старомодным ухаживанием. Это девки были циничными я позволяли себе всё что угодно, но я была безнадежно романтичной. Ой, я теряю нить моего повествования…

– Серый кот и слепая кошечка соприкоснулись носами.

– Да, такая вот ласка! Было начало октября, и дни становились всё холоднее. Опадали листья, и у меня возникло тревожное ощущение, что это конец чего-то. Пол уехал в Чикаго по делам на несколько дней, уехал на автомобиле, вместо того чтобы поехать на поезде. Я смотрела, как он удаляется, и почувствовала себя очень одинокой.

Очаровательный Принц перестал приходить к Принцессе. Работая за своей доской, я постоянно выглядывала в окно и знала, что уже несколько дней не было встреч между ними. Она сидела на бетонной плите, безнадежно ожидая его, и я чувствовала, что она очень скучает.

И вот однажды… Принцесса исчезла! Её не оказалось на обычном месте, да и нигде в поле зрения. Мой взгляд постоянно возвращался к этому бетонному пейзажу в поисках привычного пушистого комочка. Где же моя беленькая! После работы я ходила вдоль каньона, надеясь увидеть её, но тщетно. Что могло произойти?

На следующее утро я поглядывала на каньон из моего окна, пока медсестра не вышла из трамвая с двумя большими сумками. Тогда я полетела вниз, лавируя между машинами и делая знаки, чтобы она подождала меня.

– Вы помните маленькую белую кошечку? – закричала я, задыхаясь, – Где она? Я не могу её найти!

– Ах, та кошечка, – сказала грустно медсестра. – Она умерла. Я похоронила её вчера.

Слезы застлали мне глаза,

– О нет! – воскликнула я. – Что с ней произошло?

– Она съела какой-то ядовитый сорняк, – сказала медсестра. – Некоторые из них очень ядовиты, и коты знают, что их нельзя трогать.

– Но она не могла их видеть, – рыдала я. – Она не могла отличить их!

– Она всё знала, – сказала медсестра. – Они всё знают. Это могучий инстинкт.

Я вернулась в офис и рыдала, пока директор не отправил меня домой. Позже вечером я всё ещё горевала, слоняясь по квартире, как вдруг зазвонил телефон. Это был Пол! Он вернулся домой, всё обошлось без происшествий. Поездка оказалась удачной. Но он очень скучал по мне. Прежде чем я поделилась своими грустными новостями, он рассказал удивительную историю.

Он уже выехал из Чикаго и был в пути, когда мотор его машины перегрелся. Они всегда перегревались, знаете ли. Пол остановился, чтобы налить воды в радиатор, и стал сдвигать крышку радиатора, вот тут-то он и услышал жалобный вой. Он открыл капот – оттуда молниеносно выскочил кот и бросился в кусты. Пол искал его, но не смог найти. Он был уверен, что это очаровательный Принц из каньона. Вероятно, он забрался в машину погреться, когда та была припаркована возле офиса Пола.

– Но вы же не можете знать наверняка, так ведь? На свете много серых котов.

– Подождите, пока не дослушаете историю до конца, моя дорогая… На следующий день мы с Полом встретились у зрительного забора днем. Медсестра делала свой обход. Некоторые коты выбрались из котлована, чтобы выпросить кусочки из корзины. А внизу серый кот шёл по полю.

– Вот он! – закричала я.

У него был жалкий вид. Костлявый и грязный, с разорванным ухом и запёкшейся на спине кровью, он передвигался с трудом, останавливаясь через каждые несколько шагов и поднимая больную лапу. Он направлялся на сторону Пёстрых.

– Сколько же он прошёл! – воскликнула я. – Мили и мили! Как ему удалось? Он явно умирает с голоду. Сразу видно, с ним случилось что-то ужасное. Заметила ли его сестра? Может ли она сделать что-нибудь для него?

– Не обжёг ли он лапы, когда был в машине, – в задумчивости проговорил Пол. – Посмотри на него! Куда он идёт?

Конечно, он искал свою Принцессу. Раненый кот с трудом ковылял к плите, где они обычно встречались. Не найдя подружку, он развернулся и с трудом стал подниматься на улицу. Я направилась к нему.

– Не трогай его, – остановил меня Пол. – Он идёт к проулку за рестораном. Он найдёт еду и умоется. Язык кота – лучшее лекарство для него.

Когда раненый кот, хромая, миновал нас, я сказала:

– Никогда больше не пойду к забору. Я слишком сентиментальна. Попрошу преподавателя перенести мою доску к другому окну…

В эту минуту раздался визг тормозов на дороге, послышались крики пешеходов. Мы обернулись. Кто-то бежал к забору, крича:

14
{"b":"406","o":1}