ЛитМир - Электронная Библиотека

Фут-Фэт понял, что разговор больше не касается его превосходных качеств, спрыгнул с камина и выскочил из комнаты, раздражённо размахивая хвостом. Он нашёл оливу и закатил её за заслонку. Чьи-то ноги чуть не наступили на него. В отчаянии он метнулся наверх, в комнату для гостей, где обнаружил гору мехов соболей и норки и лёг на них.

После этой вечеринки Фут-Фэту потребовалось несколько дней отдыха, чтобы прийти в себя, поэтому неделя была сплошным погружением в сон. Но вот снова наступило воскресенье с неизменным ливером на завтрак, воскресными газетами, разбросанными по полу, и людьми, слоняющимися по дому в обычной скуке.

– Фуффи, не скатывай газеты, – сказала Первая. – Джон, типографская краска стирает его мех. Дай ему «Уолл-Стрит Джорнал», он чище.

– Может, ему хочется в свою клетку, посидеть на солнышке.

– Ах да, ты напомнил мне кое о чём, дорогой. Кто был тот импозантный мужчина с серебряной тростью? Я не запомнила его имя.

– Не знаю, – ответил Второй. – Я думал, это ты его пригласила.

– Вероятно, он пришёл с кем-то из гостей. В любом случае он заинтересовался нашей клеткой. У него дома пушистая кошка черепаховой расцветки. Я говорила тебе, что у Хендерсонов два бирманских котенка? Нас пригласили в следующее воскресенье на коктейль, вот и посмотрим на них.

Прошла ещё одна неделя, за это время Фут-Фэт обнаружил новый наблюдательный пункт. Он открыл для себя, что может запрыгнуть на высокий антикварный шкафчик в холле возле библиотеки. Во всём остальном неделя была как неделя, и Фут-Фэт остался ею, в общем-то, доволен.

Первая и Второй собирались идти смотреть бирманских котят в воскресенье вечером, поэтому Фут-Фэту обед подали рано, после чего он мирно заснул на софе в библиотеке.

Когда зазвонил телефон, разбудивший его, было уже темно, он был совсем один. Кот поднял голову и заурчал на аппарат, – звонки прекратились, и он снова заснул, положив голову на лапы.

Вскоре телефон зазвонил опять. Фут-Фэт вскочил и стал шипеть на него, взметнув спину и поставив хвост вопросительным знаком. Затем, чтобы снять раздражение, он запрыгнул на стол и вцепился когтями в Вебстерский словарь, – он истратил немало сил, разжевывая кожаную закладку для книг. Потом ему захотелось пить, и он направился в сторону дамского туалета.

Электричество всюду было потушено, лунный свет не проникал в окна, и всё же он уверенно ступал по коврам в тёмных комнатах, обходя ножки столов и останавливаясь, чтобы исследовать микроскопические частички на полу в холле. Ничто не могло укрыться от внимания кота.

Фут-Фэт уже лакал воду, восторженно размахивая кончиком хвоста, когда некий звук заставил его поднять голову и прислушаться. Его хвост замер. Воробьи на заднем дворе? Дождь на пожарной лестнице? И снова тишина.

Он насторожился. Происходило что-то такое, что нельзя было считать обычным. Хвост кота распушился, как у белки, усы расправились, выискивая сигнал тревоги. Он бесшумно ступил в холл, вглядываясь в темноту.

Кто-то был на пожарной лестнице. Что-то скреблось в окно библиотеки.

Замерев, он увидел, как окно отворилось и тёмная фигура скользнула в комнату. Одним молниеносным прыжком Фут-Фэт вскочил на высокий шкафчик.

Получив возможность сверху беспрепятственно наблюдать за происходящим, он почувствовал себя в безопасности. Но достаточно ли ему этого – чувствовать себя в безопасности? Его предки много веков назад были сторожевыми котами в восточных храмах. Они прятались в тени, жались к высоким стенам, готовые прыгнуть на любого чужака и разодрать ему лицо так, как теперь Фут-Фэт кромсал воскресные газеты. Первобытный инстинкт на миг проснулся в нём, но тут же был подавлен тормозами цивилизации.

Кто-то от окна осторожно направлялся в холл, и Фут-Фэт узнал запах. Это был человек с серебряной тростью. На этот раз, однако, от его присутствия отдавало чем-то зловещим. Слабый голубой свет лился из набалдашника трости, которую он вытянул вперёд, отыскивая дорогу к лестнице. Когда мужчина проходил мимо шкафчика, шерсть поднялась на спине Фут-Фэта жёстким гребнем. Инстинкт говорил «Прыгни на него!» Однако неясный страх удержал кота от рискованного шага.

С кошачьим проворством мужчина продвигался вперед, не подозревая о двух сияющих алмазах, которые наблюдали за ним в темноте, и Фут-Фэт скоро услышал шум в столовой. Кот почуял недоброе. Сидя в безопасности на шкафчике, он весь дрожал.

Мужчина вернулся в библиотеку, неся с собой тяжелый тюк. Оставив тюк у окна, он прокрался на третий этаж, и из спальни донёсся приглушенный шум. Фут-Фэт судорожно облизнул свой нос.

Мужчина появился снова, следуя за дорожкой голубого света. Когда он приблизился к шкафчику, Фут-Фэт пошевелил лапами, защищаясь от чего-то невидимого. Он опять почувствовал сильное желание атаковать и в то же время непреодолимый ужас. «Поймай его!» – говорил коту голос предков. «Сиди на месте!» – предупреждал страх, пульсирующий в голове. «Поймай его!.. Сейчас сейчас. СЕЙЧАС!»

И Фут-Фэт прыгнул на голову человека, вцепившись острыми, как лезвие, когтями в мягкую кожу.

Дикий крик, который издал взломщик, подействовал на Фут-Фэта как электрошок. Он промчался через комнату вверх по лестнице, в спальню, и юркнул под кровать.

Кот долго дрожал, во рту у него пересохло, уши вывернулись наизнанку от ужаса. В том, что происходило, было что-то странное и плохое, хотя значение этого ускользало от него. Стараясь справиться со своим смущением, кот съёжился в темноте. Кровь запеклась на его когтях. Он фыркнул от омерзения, но в конце концов принялся вылизывать их до чистоты.

Он делал это медленно и с отвращением, затем поджал лапы под теплое тело и стал ждать.

Он почувствовал приближение Первой и Второго прежде, чем хлопнула дверца такси. Ему следовало бы броситься им навстречу, но предыдущие события слишком напугали его. Он всё ещё дрожал. Фут-Фэт услышал, как открывается дверь, как поднимаются по лестнице, вот щёлкнул выключатель в комнате, где он ждал в полнейшем замешательстве под кроватью.

Первая ахнула, потом пронзительно вскрикнула.

– Джон! Кто-то был здесь! Нас ограбили! В голосе Второго сквозило недоверие:

– Почему ты так думаешь?

– Моя шкатулка с драгоценностями! Смотри! Она совершенно пуста!

Второй распахнул дверцы шкафа.

– Твои меха на месте, Хелен. А деньги? У тебя были дома какие-нибудь деньги?

– Я никогда не оставляю здесь деньги. Но серебро! Что с серебром? Джон, спустись вниз и посмотри. Мне страшно… Нет! Подожди минутку! – Голос Первой стал громче, в нем был ужас – Где Фут-Фэт?! Куда делся кот?!

– Не знаю, – с тревогой сказал Второй. – Я не видел его, когда мы пришли.

Они принялись обыскивать дом и всё время звали его, не зная со своими ограниченными возможностями, что Фут-Фэт тут, рядом, под кроватью. Он же размышлял о том, что произошло, и время от времени вылизывал когти.

Наконец они догадались заглянуть под кровать и увидели два мерцающих глаза. Они осторожно вытащили кота. Первая схватила его, крепко прижала к себе и потерлась своим лицом, мокрыми соленым, о его мех, а Второй стоял рядом, поглаживая его тяжёлой рукой. Обласканный и успокоенный, Фут-Фэт перестал дрожать. Он хотел замурлыкать, но шок заблокировал гортань.

Первая продолжала держать Фут-Фэта на руках, и он вовсе не собирался покидать их, даже после того, как двое незнакомых мужчин вошли в дом. Они стали задавать вопросы и обследовать комнаты.

– Всё застраховано, – сказала Первая, – но серебро бесценно. Оно старинное и очень редкое. Есть какая-нибудь надежда вернуть его, лейтенант? – Она нервно теребила уши Фут-Фэта.

– Трудно сказать, – ответил детектив, – но вы можете нам помочь. Вы ничего необычного не замечали в последнее время? Какие-нибудь странные телефонные звонки?

– Да, – сказала Первая. – Несколько раз кто-то звонил, а когда я поднимала трубку, ответа не было.

– Это обычный приём. Они ждут, пока вы уйдёте из дома.

2
{"b":"406","o":1}