ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Все наши ложные «сегодня»
Неделя на Манхэттене
Каждому своё
Группа крови
Моя жизнь в его лапах. Удивительная история Теда – самой заботливой собаки в мире
Мустанкеры
Екатерина Арагонская. Истинная королева
Держать строй
Абхорсен

Первая пристально посмотрела в глаза Фут-Фэту:

– Фуффи, сегодня вечером звонил телефон? – Она ласково потрепала кота по спине – Если бы Фут-Фэт мог сказать нам, что случилось! Для него это было ужасным потрясением. Слава богу, хоть он цел.

Фут-Фэт поднял лапу и лизнул между подушечками, всё ещё запачканными человеческой кровью.

– Если бы Фуффи мог сказать нам, кто здесь был!

Фут-Фэт оставил в покое подушечки и показал розовый язычок. Затем он уставился на лоб Первой.

– Может, вы видели кого? – спросил лейтенант. – Какого-нибудь незнакомца?

Фут-Фэт напрягся, и его голубые глаза, светящиеся мыслью, впились в лицо Первой,

– Я не помню ничего такого. А ты, Джон? Второй покачал головой.

– Бедный Фуффи, – сказала Первая. – Видишь, как он смотрит на меня? Он, верно, голоден. Фуффи, хочешь немного перекусить?

Кот скорчил гримасу.

– Насчет пятен крови на подоконнике, – сказал детектив. – Может ли кот напасть на кого-нибудь и расцарапать до крови?

– О боже, конечно, нет! – воскликнула Первая. – Это всего лишь избалованный домашний кот. Мы нашли его под кроватью, он прятался и был перепуган до смерти,

– Вы уверены, что не произошло ничего необычного за последнее время? Может, кто-нибудь был у вас, кто видел ваше серебро и драгоценности? Может, монтер, мойщик окон?

– Жаль, не могу быть вам полезной, – сказала Первая. – Я и правда не припомню ничего подозрительного.

Фут-Фэт сдался!

Вырываясь на волю, он высвободился из рук Первой и направился к двери. Его голова была ещё тяжелой, а задние лапы не слушались. Он знал, кто это был, знал! Человек с серебряной тростью. Но бесполезно пытаться намекнуть им на это. Человеческий ум слишком закрыт для того, чтобы что-нибудь важное могло в него проникнуть. Первая была так занята своей болтовней, что её ум…

Бряцание ключей привлекло внимание Фут-Фэта. Он обернулся и увидел Второго, который крутил свою цепочку туда-сюда и не говорил ни слова. Второй всегда больше думал, чем говорил. Возможно, Фут-Фэт пытался общаться не с тем человеком. Второй был на самом деле Номером Первым в доме, а Первая была Номером Вторым.

Фут-Фэт замер, размышляя. Он сидел прямо, плотно обвившись хвостом. Цепочка с ключами моталась туда-сюда, и Фут-Фэт уставился на три морщинки на лбу Второго. Он посылал сигнал, концентрировался. Цепочка с ключами моталась туда-сюда, туда-сюда. Фут-Фэт продолжал концентрироваться.

– Подождите минутку, – наконец сказал Второй, прерывая молчание. – Я тут подумал кое о чём. Хелен, помнишь ту вечеринку, которую мы устраивали пару недель назад? Там был один гость, которого мы не знали, – человек с серебряной тростью.

– Ах да! Он смотрел клетку на пожарной лестнице. Почему я не подумала о нём? Лейтенант, он ужасно заинтересовался нашей коллекцией серебра.

Второй спросил:

– Это вам говорит о чём-нибудь, лейтенант?

– Конечно. – Лейтенант обменялся взглядом со своим партнером.

– У этого человека, – сказала Первая, – хорошо поставленный голос а изысканные манеры. И он немного хромает.

– Мы знаем его, – сказал сурово детектив. – Хромота – уловка. Нам известны все его штучки, и то, что вы рассказали, указывает прямо на него. Мы не знали только, что он снова орудует в этом районе.

Первая сказала:

– Не могу понять одного, что это за пятна на подоконнике?

Фут-Фэт выгнул тело, с наслаждением потянулся и вышел из комнаты в поисках тёмного тихого места. Теперь можно и поспать. Кот чувствовал себя успокоившимся и удовлетворённым. Он установил контакт с человеческим разумом. В конце концов появилась надежда. Однажды они всё-таки освоят его систему и научатся понимать посылаемую информацию. Но им придётся пройти долгий путь, прежде чем они осознают свои возможности. Однако надежда есть.

УИКЕНД БОЛЬШОЙ ПУМ

Кот, который знал 14 историй - any2fbimgloader1.jpeg

Существование духов не было новостью для Перси. В Англии, где он родился, они существовали всегда. Но британские духи были хорошо воспитаны. Неуклюжая пара, которая появилась в летней резиденции Перси в Мичигане, огорчила и оскорбила его.

Перси – холостяк средних лет, довольный своей жизнью, – обладал уравновешенностью и устоявшимися вкусами. Он выказывал своё пренебрежение лишь к маленьким детям, лающим собакам и шумным взрослым. Его собственные манеры были безупречными, репутация – без единого пятнышка. Фактически Перси сочли бы педантом, будь он человеком. Но поскольку он был котом, то все восхищались его примерным поведением.

Он был осанистым полосатым котом, с чёрно-белой шубкой, узор на которой напоминал крыло бабочки. Что-то в его сильной, свирепой морде говорило как о его честности и благородстве, так и о доброжелательности тигра-людоеда.

Перси проводил летние уикенды в деревенском шале в северных лесах, на берегу труднодоступного озера Биг-Пайн. Здесь он коротал часы в обществе Корнелиуса и Маргарет или смотрел, не мигая, на тихую гладь воды.

Корнелиус, поверенный средних лет, имел спокойные привычки и вкусы, совсем как у Перси. Крупный и осанистый, он производил впечатление честного человека. По воскресеньям Корнелиус вырезал что-нибудь пилой-ножовкой, потом выходил на прогулку с женой шли отправлялся на рыбалку. Маргарет вязала очередной свитер или с удовольствием трудилась на кухне. Когда они устраивали вечеринки, то приглашали гостей спокойных и сдержанных, своих лет, чтобы не слишком утомляться. Всё было довольно прилично и скучно – так, как нравилось Перси, – но так было до Уикенда Большой Лужи.

Билла Дидлтона и его жену пригласили провести субботу и воскресенье в шале. Бар заполнили дорогими напитками – гордость Корнелиуса, а холодильник – фирменными блюдами Маргарет: креветки, заливное из телятины и пудинг из голубики. Самым большим счастьем для Маргарет было вкусно накормить гостей. Для Корнелиуса тоже величайшим удовольствием было надеть поварской фартук и жарить куски мяса, заказанные в Техасе.

– Интересно, что представляет собой жена Билла? – пробормотала Маргарет, склонившись над вязанием, когда они ждали прибытия Дидлтонов. – Надеюсь, она сможет оценить хороший стол.

– Часть головоломки отсутствует, – сказал Корнелиус, нахмурившись. Он трудился над составлением из выпиленных дощечек изображения Моны Лизы.

– Она около твоей левой ноги, дорогой. Как ты думаешь, Перси признает Билла? Он ведь довольно шумный человек.

При звуке своего имени Перси поднял голову. Он посмотрел на клубок шерсти, но остался к нему равнодушен. Он никогда не мешал Маргарет вязать, а Корнелиусу составлять головоломки.

Мужчина просиял, посмотрев на кота.

– Перси, джентльмен, с которым ты вот-вот встретишься, – мой клиент, и мы должны на тридцать шесть часов как-то примириться с его занудством и напыщенностью.

Перси зажмурился, равнодушно соглашаясь, но когда Дидлтоны прибыли с криками и визгами, он удалился на балкон, где мог наблюдать за ними с безопасного расстояния.

Женщина, низенькая и нервная, говорила визгливым пронзительным голосом, и Перси согласно своей классификации сразу отнес её к маленьким лающим собакам. Однако он как зачарованный смотрел на её драгоценности, сияющие в лучах солнца, пронизывающего шале. Мужчина, мускулистый, высокомерный и подвижный, напомнил Перси собак боксеров, с которыми ему приходилось встречаться. У чёрно-белого кота были совершенно определенные взгляды на эту породу. Войдя в шале, Билл Дидлтон заметил на полу гостиной полосу света. Он подпрыгнул и на руках прошелся по ней. Необычность такого поведения невольно заставила Перси поёжиться.

– Так-так! – сказал Корнелиус по возможности радушным тоном. – После демонстрации своей удали, думаю, ты не прочь пропустить стаканчик? А что любит миссис Дидлтон, можно узнать?

– Зовите меня Диди, – сказала женщина.

– Прекрасно. Ну а теперь позволю себе предложить вам восемнадцатилетний скотч.

3
{"b":"406","o":1}