ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Мистер Читтервик объявил, что жаждет кофе. Официантка величественно кивнула, словно чашка этого черно-траурного напитка была единственным объектом, соответствующим атмосфере их встречи, и неспешно удалилась за получением его, не обращая внимания на призывные жесты, клики и кривые улыбки других жаждущих посетителей, сидевших за ее столиками.

Мистер Читтервик воспользовался случаем хорошенько запомнить ее внешность. Хотя он уже видел ее и даже перемолвился несколькими словами в полицейском участке, волнение, которое он тогда испытывал, было настолько сильным, что он уже через минуту после встречи не мог бы сказать, какие у нее волосы - золотистые, каштановые или зеленые, цвета молодого горошка, и представление, которое он составил о ней после опроса в полиции и на муниципальном суде, было самое приблизительное. Теперь же он тщательно рассмотрел официантку и отметил, что она не очень молода, по крайней мере, ей года тридцать два или три, лицо у нее некрасивое, волосы бесцветные, в кудряшках, тонкогубый рот и водянистые голубые глаза.

Кофе был доставлен удивительно быстро, и официантка, помедлив, спросила с должной серьезностью и не обращая внимания на пощелкивания пальцев вокруг:

- Пришли еще раз взглянуть на это место, мистер Читтервик?

- В сущности,- ответил мистер Читтервик,- я пришел повидаться с вами. Нет ли здесь укромного местечка, где мы могли бы переговорить?

- Да, мы должны поговорить,- одобрила его предложение официантка.- У нас здесь полно таких местечек, но вы сначала хотите выпить кофе, мистер Читтервик?

- Это как вам будет удобно,- подстроился к ней мистер Читтервик.

Официантка с отвращением оглянулась на стремящихся завладеть ее вниманием призывными щелчками пальцев.

- Наверное, придется сначала кого-нибудь обслужить,- вздохнула она,- вы только их послушайте! Ни минуты покоя не дают девушке, такие вот люди. Ладно, ладно.- обратилась она к седовласому сельскому священнику, щелкавшему пальцами с особенной выразительностью.- Я ведь тут, правда? Ну, чего вам?

И она с достоинством удалилась под градом заказов. Мистер Читтервик ощутил чувство превосходства, словно королевский фаворит в толпе менее значительных придворных. Некоторые избранные из "щелкунов" были удовлетворены, и, выпив кофе, мистер Читтервик вышел за официанткой из Зала. Они миновали несколько коридоров и оказались в очень большой комнате, которая, по словам официантки, предназначалась для частных обедов, но сегодня она свободна и здесь их никто не побеспокоит. Официантка рухнула на стул и взмахом руки любезно предложила мистеру Читтервику последовать ее примеру, заметив, что им нет нужды торопиться, так как одна из девушек обещала на некоторое время ее подменить и приглядывать за ее столиками. Важный вид, с которым она это сообщила, свидетельствовал о росте уважения к ней среди официантской общины после того, как она стала участницей трагедии.

- Спасибо, спасибо,- пробормотал мистер Читтервик, опускаясь на указанный стул.- Извините, вот только посмотрю. О да. Вот о чем я хотел вас спросить: вы не помните, мисс Синклер, та несчастная дама, которую отравили, или человек, сидевший с ней за столиком, не заказывали еще чего-нибудь, кроме двух чашек кофе?

- Еще что-нибудь? Нет, не заказывали. Ой, мистер Читтервик, какой ужас, а? Подумать только, человек сидит рядом, а потом, как ни в чем не бывало, сыплет в вашу чашку яд. Знаете, я несколько ночей глаза не могла сомкнуть после всего этого, все думала. И как я буду давать показания. Да уж! В муниципальном суде неприятно было, правда? Но...

- Вы совершенно уверены,- упорствовал мистер Читтервик,- что никто из них не заказывал ничего, вроде, например, ликера?

- Ничего. Я бы сразу об этом узнала. Господи боже мой, если бы я могла только представить, что вот они сидят там, а...

- Но может быть, их обслужил кто-нибудь из других официанток?

- Если бы кто-нибудь из девушек им чего подал, я бы в момент узнала, когда стало известно, что случилось. Нет, мистер Читтервик, можете мне поверить, они не заказывали ничего, кроме кофе, а он взял да и бросил туда яд. Господи, спаси и сохрани, если я когда-нибудь думала, что буду замешана в...

И она довольно долго излагала, чего она никогда не думала и не предполагала.

Мистер Читтервик дождался первой паузы и задал следующий вопрос.

- Значит, они ничего не заказывали, но, может быть, вспомните, вы убирали что-нибудь со столика, кроме чашки, из которой пил мужчина? Он ничего вас не просил еще убрать?

- Нет, там была только чашка, и все. Он мне кивнул, вот так, и...

- А когда он ушел, вы тоже ничего не убирали: может, там был пустой пузырек из-под лекарства или еще что-нибудь в этом роде? Даже - листок бумаги?

- А почему вы считаете, что я что-то убрала?- спросила, явно заподозрив плохое, официантка.- Я рассказала в полиции все, что делала, и не один раз, и не понимаю, почему вы считаете, будто я что-то утаила.

- У меня и в мыслях такого нет,- поспешно заверил ее мистер Читтервик.Да, господи помилуй, совсем наоборот. Я совершенно уверен, вы рассказали обо всем, что запомнили, точно так же, как я. Я хочу лишь узнать, может, был еще какой-нибудь пустяк: например, вы проходили мимо столика и с него упал листок, а вы его подняли, или на полу валялся клочок бумаги, когда вы проходили мимо, но вы об этом забыли тогда сказать и теперь вот вспомнили. Уверяю, со мной было то же самое, после опроса в полиции я вспомнил о каких-то мелочах, это ведь вполне естественно.

- А почему вы хотите об этом узнать?- спросила официантка, все еще несколько подозрительно.

Мистер Читтервик напустил на себя конфиденциальный вид:

- Понимаете, дело вот в чем. Появились сомнения относительно того, что яд, которым отравилась мисс Синклер, был в чашке.

- Но врач же сказал, что от чашки пахло ядом. Я слышала, как он это говорил во время вскрытия.

- Да, конечно, но в том-то все и дело. Возникло подозрение, что чашка возможно является ловушкой, которую убийца придумал, желая замести свои следы и уверить всех, что мисс Синклер совершила самоубийство. Это еще связано с воздействием... э... синильной кислоты на человека, понимаете.

- Ну и хитер же он,- восхитилась официантка, теперь уже совершенно успокоенная,- честное слово, я вполне могла бы поверить в самоубийство, да, могла бы! А если они не узнают, какой это был яд, то ему удастся чего доброго удрать?

- Да, вроде этого,- подтвердил мистер Читтервик.

- Да, доложу я вам, я хотя и не кровожадная, но считаю, что повесить его еще мало, пусть он и майор. Отравить бедную старую тетю, а? Но что толку разговоры разговаривать? Нет, к столику я не подходила после того, как убрала его чашку, он тогда тоже собирался уходить, и это так же верно, как то, что я сейчас сижу здесь с вами. Нет, мистер Читтервик, извините, что ничем вам помочь не могу, но что было на столе, так оно там и оставалось до вашего прихода с полицией.

- И, насколько вам известно, никто не подходил к этому столику после его ухода?

- А меня полиция уже спрашивала, и я сказала, что побожиться не могу, не желаю приносить клятву на Библии, о чем как следует не знаю, но скажу вам, как им говорила: никто не подходил, когда я туда смотрела, уж это точно.

- Понимаю,- сказал совершенно разочарованный мистер Читтервик. Ни на один из самых главных вопросов, которые он пометил в своем резюме, он не получил ответов, сколько-нибудь проясняющих суть дела.

Наступило молчание, и он прикидывал, о чем бы еще спросить.

- А чудно, что вы заговорили о ликюре, между прочим,- негромко сказала официантка.

- А?- встрепенулся мистер Читтервик.

- Я говорю, чудно, что вы вспомнили о ликюре, потому что... ну и я кое о чем вспомнила.

- Да? О чем же?

- Ну, понимаете,- осторожно протянула официантка,- даже не знаю, стоит ли рассказывать.

Ответ мистера Читтервика развеял все ее сомнения насчет того, что рассказать надо, и все это очень интересно.

44
{"b":"40665","o":1}