ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Том улыбается и говорит:

– Ну ладно, пока, здесь какая-то девушка пялится на меня через стекло.

Нужно забрать распечатанный текст из принтера, поэтому пользуюсь возможностью лучше рассмотреть отдел. Здесь работает около ста человек, и я уже представляю, как мы все вместе сидим в баре в «счастливые часы» и жалуемся, что «показатели снижаются», или... Интересно, чем еще могут быть недовольны эти люди? Я успела заметить группу немного шумных парней, сидящих через несколько столов от меня. Они постоянно ходят друг к другу за бумагой, файлами и разными другими мелочами и перешептываются, указывая на меня. Я заинтригована.

Когда я приношу документы Тому, он лишь бегло просматривает их и, одобрительно кивая, говорит:

– Ты неплохо справляешься.

– Спасибо, – отвечаю я, и меня захлестывает волна гордости за хорошо выполненную работу. Я словно котенок, впервые успешно выбравшийся из коробки.

– Ну что, готова к экскурсии?

Боже мой, разве может быть иначе? Я снова пройду по зданию с первого этажа до последнего, внимательно рассматривая сильные ноги, спины и руки работающих здесь мужчин.

– Сейчас, только возьму блокнот. – Я не хочу пропустить ни одной детали, которые потом можно будет использовать для статьи.

Том руководствуется профессиональным интересом, но у меня есть и свои задачи, поэтому запомнить все не так-то просто. Сначала мы обходим наш этаж.

– Здесь размещается департамент инвестиций. Большинство помещений занимает наш отдел слияний и поглощений. Почти все наши сотрудники (около ста пятидесяти человек) занимаются сложными расчетами и вычислениями: какие компании можно объединить, где возникли финансовые проблемы, кто способен приобрести другую компанию. Это аналитики, они работают над разными проектами, которые возглавляют управляющие директора и вице-президенты.

Я старательно записываю все услышанное, а особым кодом отмечаю, кто мне понравился, кто оценивающе посмотрел в мою сторону, кто пользуется туалетной водой, едва уловимый запах которой бросил меня в жар.

Том продолжает:

– Здесь кабинеты менеджеров высшего звена. Мы называем этот отдел – ОМ. Только имей в виду, к медицине он не имеет никакого отношения. Их десять человек, и каждый занят разработкой своего проекта в различных секторах рынка. Нам сюда, – указывает Том на помещение в середине коридора. – Это отдел безопасности нашего департамента, который следит, чтобы мы не обращались в одни и те же компании с разными предложениями. В противном случае может создаться впечатление, что мы не контролируем ситуацию.

Я всегда ужасно скучаю, когда мужчины на вечеринках или в барах начинают обсуждать разные финансовые вопросы. Но Том, рассказывая все это (даже в своем ужасном галстуке), производит впечатление солидного влиятельного человека.

– И чем же конкретно вы занимаетесь? – спрашиваю я и с удивлением замечаю, что мне действительно становится интересно.

– Это может быть все, что угодно. Возьмем, к примеру, универмаг «Барниз». Они успешно развиваются и хотят расширить торговлю в дисконтном и стоковом формате. А у «Даффиз» дела идут плохо. В этом случае мы можем поручить нашим аналитикам разработать перспективный план слияния торговых сетей «Барниз» и «Даффиз».

Слияние этих двух магазинов? Да, это было бы впечатляюще! Но совершенно очевидно, что «Барниз» никогда не согласится иметь что-то общее с полуподвальным универмагом, торгующим дешевыми товарами. Просто невозможно себе представить, как, допустим, объединение журналов «Вог» и «Фэмили серкл». Зал для переговоров в этом случае быстро превратится в поле боя, усыпанное вырванными клочьями волос, светлых и идеально распрямленных и порванными бусами из огромного искусственного жемчуга от Шанель с одной враждующей стороны и обрывками одежды из смеси лайкры и полиэстра с другой.

Я сообщаю об этом Тому, а он в ответ улыбается и говорит:

– Потрясающий аргумент.

Представляю, что в этот момент здесь проходят важные переговоры, применяется тактика шантажа и решаются различные финансовые вопросы, и в моем воображении весь этаж наполняется жизнью.

Том открывает дверь, ведущую на лестницу, и показывает мне тот загадочный путь, которым Джон провел меня утром.

– Мы находимся на двадцать пятом этаже. Один лифт движется между первым и двадцать пятым этажами, а другой без остановок поднимается до двадцать шестого, а затем идет вверх до тридцать девятого. Поэтому, чтобы максимально быстро попасть к нам из вестибюля, мы пользуемся вторым лифтом. И так же спускаемся вниз.

Мы поднимаемся на один пролет вверх. Улыбаюсь двум болтающим на лестнице девушкам (из нашего отдела), они замолкают при виде Тома, и я делаю вывод, что он действительно важная персона.

– Первое, что нужно знать в этом здании: в лифтах на табло нет стрелок, указывающих, вверх или вниз ты едешь. Вместо этого горящий красный свет означает «вверх», белый – «вниз».

– Но почему? Стрелки разве не проще? – интересуюсь я.

– Как есть, так и есть. Ты можешь, конечно, обратиться по этому вопросу в службу эксплуатации здания, но, думаю, и так быстро освоишься.

В лифте с Томом здоровается пожилой мужчина.

– Добрый день, Джим! – кивает ему Том. – Познакомься с моей новой ассистенткой. Это Лейн, – представляет он меня, и Джим протягивает мне буйно поросшую волосами руку.

– Рада познакомиться, – говорю я, пожимая ее.

– Мне тоже очень приятно, – улыбается Джим. Прежде чем мы оказываемся на тридцатом этаже, где проходят все встречи и переговоры, лифт еще раз останавливается и входят молодой человек в очках, двое парней в джинсах и футболках, а еще один худой мужчина и два блондина. Вот это да!

– Том, какой... – хочу спросить о направлении движения лифта, но Том меня перебивает:

– Красный – вверх. Я улыбаюсь.

– Спасибо, – делаю пометки в блокноте, а Том морщит лоб, недоумевая, что можно постоянно записывать. И если он решит, что я помечаю для себя правила пользования лифтом, то скорее всего пожалеет о решении принять меня на работу. А я именно это и записываю, поскольку моя голова просто забита мыслями о мужчинах и не в состоянии вместить ничего другого. Как школьница, опасающаяся, что ее экзаменационную работу спишут одноклассники, прикрываю блокнот рукой и отрицательно качаю головой, когда Том пытается туда заглянуть. Ему это кажется крайне забавным.

Тридцатый этаж оправдывает свое название, всю его площадь занимают помещения для переговоров. Около каждого зала расположены столы с приготовленными для совещаний едой и напитками: различными закусками, банками с содовой и водой в бутылках. На дверях залов, где сейчас идут переговоры, висят таблички с названиями фирм, чья судьба решается: «"Веризон" и "Тайм Уорнер'Ч, «"Мэси'с" и "Маршалле"», «"Старбакс" и "Тилюкс"».

Том понижает голос, давая понять, что на этом этаже нельзя шуметь.

– Вот здесь все и происходит. Когда мы будем принимать участие в переговорах, твоя задача – вести протокол. Это не так ужасно, как может показаться, по крайней мере бесплатный ленч гарантирован.

Я до сих пор ничего не ела, поэтому, увидев аппетитное печенье, уже собираюсь протянуть руку, но вовремя останавливаюсь. Оказывается, не так уж и сложно контролировать себя, когда вокруг так много мужчин, которые сидят неподалеку или проходят мимо. И в их присутствии мне совсем не хочется набивать рот как поросенок. (Вот и очередная идея для статьи «Диета с мужской помощью».) Как же их здесь много, а вот этот – явно очень важная персона. Где-то я его раньше видела.

Слышу отрывок разговора: «С теми ресурсами, которые были у нас три года назад...» Собеседники удаляются в одну из комнат, и больше ничего нельзя разобрать.

Мы обходим весь этаж и снова возвращаемся к стеклянной двери у выхода к лифтам. Том предлагает:

– А теперь, Лейн, маленькое испытание. Нужно спуститься на первый этаж. Посмотрим, найдешь ли ты нужный лифт.

19
{"b":"407","o":1}