ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Идэйн подобрала с пола свое шерстяное платье, которое бросил Константин, и подошла к бойнице. Она прижалась к ней лицом, но разглядеть что-либо было трудно. Дождь все еще лил как из ведра. Правда, это был уже не ливень, как ночью и ранним утром, однако достаточно сильный, и поднимавшейся по дороге к башне маленькой группе людей досталось от него: мужчины нахохлились и кутались в промокшие плащи. Однако всадник, ехавший в авангарде, сбросил свой, и нетрудно было догадаться, почему. Рослый рыцарь-тамплиер ехал на гнедом боевом коне, уздечка и сбруя которого были отделаны чистым серебром. Без верхней накидки всем был виден его белый плащ тамплиера с большими красными крестами на груди и спине.

Идэйн с трудом перевела дыхание.

Она почему-то не ожидала этого. Дело было не в том, что тамплиер был столь неприятен на вид – напротив, его красота была совершенна.

Рыцарь ехал, сняв шлем и держа его под мышкой, хлеставший дождь промочил его до нитки, мокрые волосы цвета спелой пшеницы прилипли ко лбу. Он был похож на архангела Михаила – лоб чистый и благородный, выражение синих глаз – суровое. От такого ждать пощады не приходилось.

За тамплиером следовал слуга с вьючной лошадью, а за ним – довольно пестрый эскорт рыцаря – пятеро солдат и высокая фигура в плаще, запачканном глиной, и сапогах для верховой езды, поношенных и грязных.

Идэйн не могла отвести глаз от этой фигуры. Она помнила, как этот человек снял шпоры с этих самых сапог и закопал их, а также латы. И она с рыданием прижалась лицом к холодному камню.

На нем не было шлема, который был потерян во время кораблекрушения. Капюшон красивого плаща был слегка откинут назад, и неяркий свет, пробивавшийся сквозь тучи, освещал его вьющиеся темно-рыжие волосы. А лицо…

Идэйн прикусила губу, чтобы не расплакаться снова.

О, что за замечательное это было лицо! Крупный юношеский рот, кривящийся в скептической усмешке; широкие плечи, обтянутые мокрым плащом. Он выглядел нелепым, когда пытался выбирать дорогу среди камней в своих порванных и теперь уже бесполезных сапогах. Идэйн недоумевала, почему он оказался здесь. Всем было известно, что Магнус фитц Джулиан не был простым солдатом.

Потом Идэйн вспомнила, что в результате кораблекрушения у него теперь нет лат, а возможно, и денег. Не было ничего, чтобы купить хлеба или какой-нибудь другой еды. Он оказался один в чужой, незнакомой стране. Идэйн гадала, удалось ли ему сохранить свой меч. Но как бы там ни было, она не сомневалась, что он ищет ее.

Константин и его люди высыпали из башни и теперь толпились у входа в нее, чтобы приветствовать гостей. Магнус не услышал бы ее, даже если бы Идэйн окликнула его.

Идэйн прижалась щекой к камню, думая, что теперь они не расстанутся снова, что бы ни случилось.

Никогда, сказала себе Идэйн. Она этого не допустит.

9

Уильям Лев, король Шотландии, вышел из медного чана, в котором принимал ванну, и оказался на попечении двух молоденьких служанок. До того, как девушки завернули короля в льняные полотенца, люди, находившиеся вместе с ним в ванной комнате – верховный судья и наместник короля фитц Гэмлин, стюарт фитц Алан, рыцари личной королевской гвардии, облаченные в доспехи, и дюжина горцев, сидящих на корточках, – получили возможность созерцать прекрасно сложенное обнаженное тело монарха, на что, по-видимому, Уильям и рассчитывал. Было разумно время от времени напоминать подданным, что королю и надлежит выглядеть истинно по-королевски.

Рост Льва был более шести футов, а тело его было щедро помечено шрамами – следами многочисленных битв, и выглядел он отважным воином, достойным наследником своего покойного брата Малколь ма. Отстранив девушек, король принялся скрестись и чесаться в самых интимных местах, и от него не укрылось, что собравшиеся следят за каждым его движением. Потом он со вкусом потянулся, и движение это было неторопливым и мощным.

Уильям был выше всех мужчин, находившихся в комнате. Сидевшие на корточках горцы запрокинули головы, чтобы видеть его. Как и покойный король, его брат, Уильям Лев желал быть могущественным монархом и в особенности получить назад приграничную шотландскую территорию, оказавшуюся во власти английского короля Генриха Плантагенета, который захватил ее. Вот почему Лев проявил такой интерес к сообщению, касавшемуся английского короля Генриха, а именно, что Генрих послал в Шотландию рыцаря-тамплиера за девушкой-послушницей из одного из норманнских монастырей.

Лев позволил девушкам растирать себя полотенцами, пока все его, крупное тело не раскраснелось, а кожа не начала гореть, а потом смуглый сокольничий (ростом всего лишь в половину королевского) надел на него тонкую белую льняную рубаху и кожаную юбочку и набросил плащ с капюшоном из овечьей шкуры, вышитый красной и синей шерстью.

Когда купание короля было окончено, горцы, сгрудившись вокруг чана, вылили из него воду в проделанный для этой цели сток в каменном полу. Потом они вынесли из комнаты пустой чан, а девушки, помогавшие королю во время купания, последовали за ними.

Король повел собравшихся придворных в другое, более просторное помещение.

– Что касается чудес, – сказал он, садясь на край кровати и позволяя сокольничему зашнуровать свои башмаки без каблуков из оленьей кожи, – если, эта ясновидящая-святая обладает хотя бы половиной той силы, которую ей приписывают, то, призываю Господа в свидетели, это значит, что она равна мощью целой армии любого короля! Как она это делает? Смотрит в свое золотое зеркало или бросает магические палочки и тотчас же узнает о грозящей опасности? Например, сколько воинов, рыцарей и коней ждут в лесу или в поле? И как наилучшим образом устроить им засаду и как успешнее истребить их? – И Уильям восторженно похлопал себя по коленке. – Страсти господни! Да она могла бы даже назвать время, когда падет осажденный замок! С ней любой король может захватить любую страну!

Наместник фитц Гэмлин и стюарт фитц Алан обменялись понимающими взглядами.

– Удивительный волшебный дар, если говорить правду, ваше величество, – сказал верховный судья и наместник, тщательно подбирая слова, – и весьма ценный для всех монархов. Но я слышал только, что девушка производит впечатление одержимой какой-то силой. А те, кого я встречал и с кем беседовал, желали вдаваться в подробности, что это за сила и как она действует. Уильям бросил на него острый взгляд.

– Ну, положим, нам удалось убедить аббатису монастыря Сен-Сюльпис рассказать поточнее об этом «даре», и она рассказала о нем достаточно подробно. – Видя выражение лиц вы думаете. Я только послал туда епископа Эбердинского проведать добрых сестер монастыря Сен-Сюльпис и убедиться, что они не впали в серьезную ошибку, говоря об этой девушке. Вы знаете, – заметил король, – затворническая жизнь в стенах монастыря чревата всевозможными заблуждениями. Епископы и аббатисы всегда стремятся ревностно блюсти чистоту веры. Они постоянно настороже. И в любом мужском монастыре или женской обители существует множество форм епитимьи, налагаемой за провинности. Задача в том, чтобы выяснить серьезность…э-э…проступка.

Фитц Гэмлин опустил глаза и смотрел на свои ноги. Он ничуть не сомневался, что эбердинский епископ, известный в свое время как крестоносец с железной дланью, сумел запугать монахинь монастыря Сен-Сюльпис вечной погибелью и геенной огненной и тем самым вынудил их говорить.

– И что же поведала аббатиса? – спросил фитц Гэмлин.

Уильям Лев принял от челядинца чашу с вином.

– Да все, чего от нее пожелал епископ, за исключением того, что она не назвала эту девицу ведьмой. – И он разразился похожим на лай смехом. – Неужто и это правда?

Фитц Гэмлин сказал, что он так не думает. Он представил себе монахинь монастыря Сен-Сюльпис в тот момент, когда епископ изложил им желание короля. Да в ту минуту они согласились бы с чем угодно.

– Итак, – заметил фитц Алан, – епископ выслушал отчет аббатисы и нашел доказательства того, что их бывшая питомица – святая, способная совершать немыслимые чудеса, а не злобная дочь Сатаны?

23
{"b":"408","o":1}