ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Мы поедем этим путем, – сказал тамплиер, указывая на нее. – Это дорога в Эдинбург, идет она через лес Кромах. Но сначала мы остановимся, чтобы накормить и напоить лошадей.

Он окликнул своих спутников, и они подъехали помочь слуге расседлать вьючную лошадь и боевого коня рыцаря. Через несколько минут даже пони был стреножен, и всех лошадей пустили пастись, а всадники и сопровождавший их пеший эскорт расселись на небольших камнях, располагавшихся кругом возле родника, чтобы подкрепиться копченой рыбой и хлебом, полученным в башне Константина Санаха.

Идэйн села так близко к людям из эскорта рыцаря, насколько хватило смелости. Она наблюдала за ними, пока они ели, а потом после еды растянулись на сухой траве, чтобы отдохнуть и понежиться на солнышке. Магнусу, с его сильными большими руками, было поручено открыть бочонок пива. Он и еще один человек из эскорта выглядели, как и положено в их состоянии: бедные рыцари, лишившиеся всего, даже своих коней, и нанявшиеся пешими солдатами.

– Вождь Санах не сомневался, что заработает на вас состояние, мадемуазель, – говорил тем временем красавец тамплиер. – Вот почему торг шел так медленно и туго.

Он протянул ей несколько завернутых в листья копченых селедок, которые один из мужчин разогрел над костром.

– Можно ли верить истории, которую рассказал Константин? Что один бродяга-рыцарь, принадлежавший раньше к свите графа Честера, похитил вас из монастыря, что вы потерпели кораблекрушение и Константин нашел вас в лесу?

Нашел?!

Матерь Божия! Разве он нашел ее? Вождь клана Санах Дху следовал за ними от самого побережьям, видел все. Он сам похвалялся перед ней, что со своими соплеменниками прятался в лесу и наблюдал за тем, что происходило возле ручья. Они выжидали, пока она не уснула в объятиях Магнуса.

А потом, когда Идэйн проснулась и пошла к ручью за своей одеждой, шотландцы набросились на нее, потащили в лес, где спрятали своих лошадей, посадили на одну из них, и так она и ехала, лежа на животе поперек седла, как оленья туша, до самой башни форта!

– Что бы ни говорил коварный вождь Санах, – ответила Идэйн, – но на самом деле всё было иначе. Он не находил меня.

Не было причины рассказывать тамплиеру всю историю. Возможно, он и оказался ее спасителем, но он не был с ней откровенен. Он не сказал ей, куда они едут, если не считать того, что сообщил, что они направляются в Эдинбург. В башне-форте Константина Санаха она слышала, будто сам шотландский король Уильям Лев заплатил за нее выкуп. Поэтому Идэйн и не собиралась ничего рассказывать, пока ей не станут известны планы ее спасителей. Поколебавшись, она бросила взгляд на наемников и увидела Магнуса, который как раз обносил всех пивом. Если бы только она могла поговорить с ним! Конечно, он бы не позволил событиям разворачиваться таким образом. Она хотела бы уехать с этим красивым задумчивым молодым рыцарем, занимавшимся с ней любовью, а не с этим суровым тамплиером, который, как она предполагала, собирался доставить ее шотландскому королю в некотором роде как пленницу. Но Магнус делал ей знаки, и она поняла их: он предупреждал ее, что им не следует давать тамплиеру ни малейшего повода думать, будто они знают друг друга.

После того как трапеза была окончена, Магнус помог бедному рыцарю Юдо, прислуживавшему тамплиеру и бывшему при нем кем-то вроде оруженосца. Они вместе загасили костер и собрали животных, щипавших траву.

– Славное для лошадей местечко, – заметил рыцарь Юдо, когда они подвели стремянному боевого коня тамплиера, и провел рукой по мощному крупу жеребца – небось от сарацинской кобылы?

Магнус кивнул, глядя, как стремянной уводил жеребца, чтобы оседлать его. Огромный конь тамплиера был прекрасным образцом лошади, предназначенной для боевых действий. Он был тяжеловесным и сильным, но быстрым и выносливым, и, если бы понадобилось, мог бы обогнать любого коня – недаром в его жилах текла кровь арабских скакунов. И это внушило Магнусу идею.

Колонна теперь образовала ломаную линию и уже вступила во влажный сумрак Кромахского леса. Болтовня прекратилась. Магнус не сводил глаз с девушки. Он никогда не уставал любоваться ею, и теперь мысли его занимало только одно: как отнять ее у тамплиера, как им скрыться?

Ноябрьский ветер свистел в ветвях деревьев. Лесной мрак вызывал в памяти рассказы о лесных духах, троллях, великанах и обо всех тех ужасах, которые могли с ними здесь случиться. Не говоря уже об опасностях, которые представляли волки, медведи и грабители.

Магнус повернул голову и посмотрел вверх. С высоких ветвей на них падали коричневые осенние листья. Здесь, в шотландских горах, деревья были очень древними. Многие из них до сих пор почитались как священные – дуб, рябина и высокие буки, и на склонах, расположенных еще выше, гигантские сосны, которые сейчас тихонько шептались. Юдо отдал приказ натянуть тетивы луков всем, у кого они были, и держать их наготове, а остальным вытащить из ножен мечи и копья.

Магнус обнажил свой меч и продолжал смотреть на девушку и тамплиера де ля Герша, ехавших рядом. Он уже заметил, как белокурый рыцарь поглядывает на нее. Де ля Герш не казался дамским угодником. Манеры тамплиера были слишком высокомерными, но Идэйн явно привлекала его.

Наблюдая за ними, Магнус не обращал внимания на дорогу и споткнулся о корень. Сапоги его разваливались, и он знал, что скоро их придется выбросить, но будь он проклят, если имел хоть малейшее представление, во что теперь обуться.

Косые лучи солнца проникали сквозь ветви деревьев – солнечные зайчики мелькали на земле, слепя глаза, и от этого самые обычные вещи казались диковинными. В какой-то момент Магнусу показалось, что он увидел несколько необыкновенных белых оленей, гуськом пробиравшихся по лесу, но, как только он мигнул, они исчезли.

– Я хочу выбраться из леса до ночи! – крикнул спутникам тамплиер. – Здесь очень легко сбиться с дороги и заблудиться.

Никто не возразил ему. Сопровождавшие рыцаря люди вовсе не хотели провести ночь в лесу, не зная; кто или что, возможно, находится недалеко от их походного костра. Когда они остановились напоить лошадей из неглубокого извилистого ручейка, мужчины тотчас же принялись за свои дела. Но даже де ля Герш, которому понадобилось облегчиться, не стал заходить слишком далеко в лес.

Магнус побрел к девушке. У него было мало времени, чтобы поговорить с ней, поскольку тамплиер мог вернуться в любую минуту. Идэйн сидела на земле, потирая непривычные к верховой езде усталые ноги.

Магнус взял свой меч и срезал небольшую иву, чтобы смастерить из нее посох. Но при виде девушки, с которой он занимался любовью у ручья в тот первый после кораблекрушения день, одетой в знакомый синий плащ, с золотыми волосами, рассыпавшимися по плечам, с изумрудными глазами, выразившими при его приближении страх, радость, тревогу, сердце у него так бешено забилось, что он едва мог говорить. А когда заговорил, то у него вырвались совсем не те слова, что он собирался ей сказать.

– Тебе нравится беседовать с этим прекрасным рыцарем-тамплиером, который выкупил тебя на свободу? – спросил он яростным шепотом! – Ты хотя бы знаешь, куда он тебя везет или тебе это все равно?

Идэйн, казалось, не расслышала или не поняла его – взгляд ее тревожно оглядывал его с головы до ног.

– О Пресвятая Дева Мария, что с тобой приключилось? – шепотом ответила она. – Ты ранен? Погляди на свою одежду!

Она была готова вскочить и броситься ему на шею, но он жестом удержал ее.

– Послушай… – начал Магнус.

Он хотел рассказать ей о своих планах побега, но краем глаза заметил приближающегося к ним деля Герша.

Идэйн тоже его увидела.

– Помоги мне, – прошептала она.

– Да, – так же тихо ответил Магнус.

Глядя в эти прекрасные глаза, он хотел только одного – схватить ее в объятия и зацеловать до беспамятства. Ему хотелось лежать с ней в лесном шалаше и ласкать и любить ее долгие, бесконечные золотистые дни – много дней подряд. В месте, где никто не смог бы их найти или помешать их безмерному наслаждению.

25
{"b":"408","o":1}