ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Смирнов С Г

Средние Века

С.Г.Смирнов

История: Годовые кольца Всемирной истории Сергея Смирнова

Средние Века

По определению, Средние века - это то, что уместилось посредине между Античностью и Новым временем. Сам термин сложился только в 18 веке, а до того просвещеннейшие из европейцев были уверены, что "их" Новое время это единственно правильное. "Возрождение Античности", и тот факт, что Возрождение не расцвело сразу же на развалинах Римской империи, объясняли лишь глубоким всеобщим заблуждением, вроде вавилонского столпотворения. Выдающийся английский историк Гиббон, написав в конце 18 века очень солидную и интересную историю Византии (которая как раз укладывается в рамки Средних веков), не нашел для нее лучшего заглавия, чем "История упадка и разрушения Римской империи". Десять веков сплошного упадка и разрушения - как в это можно поверить? Но таковы были детские иллюзии молодой европейской исторической науки. Только в 19 столетии историки начали понимать, что Средние века не были затянувшимися унылыми поминками по Античности или тупым ожиданием пришествия Нового времени. Нет, это была особая, весьма динамичная цивилизация мирового масштаба, родившаяся в хаосе Великого переселения народов, а тысячелетием позже взорванная бурным развитием капитализма в европейских городах, и затем - экспансией нового образа жизни на весь земной шар.

Изучать эту цивилизацию нужно как единый феномен, прошедший в своем развитии несколько различных фаз и оставивший потомкам очень разные плоды, в которых мы еще не до конца разобрались. Такое изучение требует большого времени и огромных целенаправленных усилий историков-профессионалов. К концу нашего века эта армия одержала немало побед; многие ее достижения стали доступны и непрофессионалам. И хотя рано еще говорить о построении научной модели Средневековья в целом, но уже появляются общедоступные книги-путеводители по разным средневековым мирам. Так что можно и нам совершить цикл экскурсий в загадочные глубины Средних веков, чтобы понять, как изменялись в ходе развития средневекового социума сами объекты этого развития, а с ними - и динамика социальных сил. Например, чем отличалось "раннее" Средневековье от "высокого" или от "позднего" Средневековья? Выберем, для определенности, ряд "круглых" дат - 750, 1000, 1250 и 1500 годы - и рассмотрим портреты человечества в этих его разных возрастах.

Год 750.Мир велик, но не слишком: в любую эпоху великие державы можно пересчитать по пальцам. В 750 году их три: Арабский халифат, Византия и китайская империя Тан. Все они молоды, динамичны и знакомы друг с другом не понаслышке, а по опыту политического соперничества или сотрудничества. Три державы оформились в начале 7 века на общем политическом пепелище, в конце Великого переселения народов, сокрушившего последние государства античного образца: Восточную Римскую империю, царство Гуптов в Индии, Сасанидский Иран и державу Цзинь в Китае.

Тогда старые военно-административные машины разом рухнули, и вдруг родился новый мир. Как это было?

Жители древнего Константинополя оказались в 620-х годах в клещах двух грозных армий - персов и авар, без надежды на помощь извне. В этом отчаянном положении горожане нашли в себе силы объединиться, доверять ближнему, как самому себе, бить врага до последнего дыхания, всеми возможными и невозможными средствами - и они устояли, сумели защитить родной город, стали ядром нового народа обновленной державы - Византии.

В то же время маленькая секта мусульман, изгнанная из родной Мекки правителями-аристократами, обрела новую родину в соседней, раздираемой межэтническими распрями Медине. Здесь вчерашние беглецы почувствовали себя хозяевами новой жизни и проявили все свои таланты; вскоре они объединили под своей властью всю Аравию, а затем выплеснулись далеко за ее пределы. Так было и в Китае, где разноплеменные воины-пограничники не стали защищать свирепый имперский режим династии Суй от народного восстания; объединившись, они сами решили свою судьбу и судьбу страны - в итоге сложилась империя Тан, самая пестрая по национальному составу и самая богатая по своему культурному наследию во всей истории Китая.

К 750 году эпоха бурной экспансии великих держав завершилась. Более всех преуспел Халифат: под удобным знаменем новой религии, позволяющим свысока смотреть на этнические, культурные и хозяйственные различия среди сопредельных иноверцев, арабские удальцы завоевали огромные территории. Захвачены древний Иран и Месопотамия; Византия лишилась Сирии и Египта; берберы Северной Африки вместе с арабами отвоевали у вестготов Иберийский полуостров; совсем недавно покорились воинам ислама упорно сопротивлявшиеся народы Кавказа и Средней Азии ... Казалось - нет преград для мусульман, и хотя арабы немногочисленны, но во всех покоренных странах находятся люди, готовые принять ислам и встать под зеленое знамя пророка, сулящее добычу и славу. Только Константинополь дважды отразил натиск армий Халифата; Малая Азия стала полем битв между исламом и крестом, где каждому досталось немало и побед, и поражений. Но теперь тревожные вести идут со всех фронтов: в 732 году франки остановили натиск ислама при Пуатье, а затем оттеснили мусульман к Пиренеям. Хазары упорно сопротивлялись арабскому натиску в предгорьях Кавказа и степях Поволжья. Вторжение мусульман в Индию после начальных успехов заглохло; скоро натиск ислама остановится и в сердце Азии ... Что же случилось?

То, что не могло не случиться: в рамках исламской военной демократии, арабы "заразили" своей доблестью и товарищеской спайкой множество талантливых и честолюбивых людей самого разного происхождения. Но кратковременная иллюзия "исламского единства" не смогла устранить традиционных различий в экономическом укладе и социальной структуре новых подданных Халифата; вскоре эти люди перестали чувствовать себя друзьями арабов. Например пастухи-берберы: прельщенные плодородием земель заморской Андалузии, сорок лет назад они охотно помогли арабским вождям Тарику и Мусе покорить вестготов, ослабленных усобицами. А теперь берберы сами осели на иберийской земле, как хозяева. Они смешались с принявшими ислам вестготами и с теми арабами, что разделили их судьбу; но правитель Халифата, сидящий в далеком Дамаске, им не знаком и не нужен. И наместник халифа в Андалузии знает: только те приказы с востока исполнимы здесь, на западе, которые по нраву местным мусульманам. А уж если в самом Дамаске вспыхнут распри - тогда отделение Андалузии неизбежно. Так и случится в ближайшие месяцы 133 года Хиджры, ибо в Халифате вспыхнула гражданская война. Какова ее суть?

1
{"b":"40889","o":1}