A
A
1
2
3
...
126
127
128
...
164

Она вытерла слезы.

– Магистр Рал, пожалуйста, встаньте. – Она всхлипнула. – Райна заболела.

Глава 53

Уоррен утянул женщину назад в темноту, и Верна как можно тише закрыла дверь. Рука Уоррена зажимала женщине рот, а волшебная сеть держала в тисках ее Хань. Верна не могла управлять даром женщины так, как Уоррен. Дар волшебника гораздо сильнее, чем дар колдуньи – даже дар Верны.

Верна зажгла на ладони огонь. Глаза женщины расширились, а потом наполнились слезами.

– Да, Жанет, это я, Верна. Если ты обещаешь не кричать, я попрошу Уоррена тебя освободить.

Жанет кивнула. Верна приготовила дакру – на случай, если она обманет, – и сделала знак Уоррену.

Едва освободившись, Жанет бросилась Верне на шею. По щекам ее текли слезы радости. Уоррен тоже зажег на ладони огонь и поднял руку повыше. Огонь осветил каменные стены, из которых сочилась вода, оставляя на полу пятна извести.

– О, Верна, – прошептала Жанет, – ты даже не представляешь, какое счастье видеть твое лицо!

Верна обняла ее, по-прежнему держа дакру в руке, потом отстранилась и, улыбнувшись, погладила Жанет по волосам.

Жанет поцеловала свой безымянный палец – древний жест, молящий Создателя о защите. Верна не сомневалась, что Жанет предана Свету, но все же была рада увидеть этому подтверждение.

Сестра Тьмы, давшая клятву верности хранителю подземного мира, никогда не поцелует свой безымянный палец, иначе ее хозяин разгневается.

Верна убрала дакру в рукав, а Жанет повернулась к Уоррену. Они обменялись улыбками.

И Верна, и Уоррен были поражены тем, как одета Жанет. Она была босой, и под мешковатым полупрозрачным балахоном на ней ничего не было.

Верна пощупала балахон.

– Зачем, во имя Создателя, ты это на себя нацепила?

Жанет опустила глаза.

– Джегань велит всем своим рабыням носить такую одежду. Со временем перестаешь ее замечать.

– Понятно. – Верна видела, что Уоррен старательно отводит взгляд от сестры Жанет, которая стояла перед ним, по сути, голой.

– Верна, что ты здесь делаешь? – спросила Жанет тихим голосом.

Верна усмехнулась и ущипнула ее за щеку.

– Я пришла, чтобы вытащить тебя отсюда, глупышка. Я пришла, чтобы спасти тебя. Мы подруги – и ты думала, что я тебя брошу?

Жанет растерянно моргнула.

– Аббатиса послала тебя за мной?

Верна подняла руку и показала ей кольцо у себя на пальце.

– Я аббатиса.

Жанет замерла в изумлении. Потом упала на колени и принялась целовать платье Верны.

Верна взяла ее за руку и заставила встать.

– Перестань. На это нет времени.

– Но… Но как? Что случилось?

– Верна, сети долго не продержатся, – шепотом напомнил Уоррен.

– Жанет, слушай меня. У нас мало времени. Нам опасно долго задерживаться.

– Вот именно, – сказала Жанет. – Аббатиса, вы должны…

– Верна. Мы подруги. И я по-прежнему Верна.

– Верна, как, во имя Создателя, тебе удалось проникнуть в цитадель Джеганя? Ты должна уходить. Немедленно. Если тебя обнаружат…

Верна нахмурилась и коснулась кольца, продетого через нижнюю губу Жанет.

– Что это?

Жанет побледнела.

– Это значит, что я рабыня Джеганя. – Она начала дрожать. – Верна, спасайся. Уходи. Ты должна уйти!

– Я с ней согласен, – прошептал Уоррен сквозь стиснутые зубы. – Давай сматываться!

Верна поправила плащ на плечах.

– Я знаю. Теперь, когда мы тебя нашли, можно и уходить.

– Милостивый Создатель, вы даже не представляете, как я хотела бы идти с вами, но вы не в силах вообразить, что Джегань тогда со мной сделает. О Создатель, вы просто не в силах вообразить!

Ее глаза опять наполнились слезами.

– Жанет, послушай меня, – сказала Верна. – Я твоя подруга. Ты знаешь, что я не стала бы тебе лгать. – Она подождала, пока Жанет кивнет. – Есть способ не пустить сноходца в твой разум.

Жанет вцепилась ей в платье.

– Верна, не мучай меня ложной надеждой! Ты и представить не можешь, как я хочу тебе верить, но я знаю…

– Это правда. Слушай меня, Жанет. Теперь я – аббатиса. Неужели ты думаешь, что Джегань не зацапал бы меня, если бы мог? Но он не может.

Жанет дрожала, слезы текли по ее щекам.

Уоррен положил руку ей на плечо.

– Верна говорит правду, сестра Жанет. Джегань не может проникнуть в наш разум. Пойдем с нами, и ты будешь в безопасности.

– Как? – прошептала Жанет.

Верна наклонилась к ней.

– Ты помнишь Ричарда?

– Конечно. Неприятности и чудеса в одном человеке.

Верна улыбнулась.

– У него есть дар, но не такой, как у всех. Он был рожден с обеими сторонами магии. Более того, он – Рал. Три тысячи лет назад предок Ричарда создал магию, которая не позволяла сноходцам того времени проникнуть в разум его подданных. Эта магия передается по наследству его потомкам, имеющим дар.

Жанет перестала рыдать.

– Как? Как это работает?

Верна улыбнулась.

– Настолько просто, что трудно поверить. Так часто бывает с могучей магией. Нужно лишь от всего сердца принести ему клятву верности, и его магия сразу будет защищать тебя от сноходца. Пока Ричард жив и находится в этом мире, Джегань никогда не войдет в твой разум.

– Я поклянусь в верности Ричарду и буду свободна?

Верна кивнула:

– Именно так.

– Что я должна делать?

Верна подняла руку, чтобы предупредить возражения Уоррена. Она опустилась на колени, и Жанет сделала то же самое.

– Ричард – боевой чародей и ведет нас в нашей борьбе против Джеганя. Мы верим в него, верим в его сердце. Говори слова вместе со мной и верь в Ричарда – и ты будешь свободна.

Жанет кивнула и молитвенно сложила руки. Слезы катились по ее щекам. Верна зашептала присягу, делая паузы, чтобы Жанет могла повторять после нее:

– Магистр Рал ведет нас, магистр Рал наставляет нас, магистр Рал защищает нас. В сиянии славы твоей – наша сила. В милосердии твоем наше спасение. Вся наша жизнь – служение тебе. Вся наша жизнь принадлежит тебе.

Когда Жанет прошептала эти слова, Верна поцеловала ее в щеку.

– Ты свободна. А теперь пора уходить.

Жанет схватила ее за рукав.

– А как же другие?

Верна заколебалась.

– Жанет, я очень хочу спасти остальных наших сестер, но не могу. Мы попытаемся вызволить их позже. Если мы попробуем сделать это сейчас, Джегань нас схватит. Я пришла за тобой, потому что ты моя подруга и я тебя люблю. Мы пятеро поклялись всегда защищать друг друга. Феба уже у нас. Осталась только ты. Об остальных сестрах я не забуду, но сейчас мы не в состоянии спасти всех.

Жанет поникла и уставилась в пол.

– Джегань убил Кристабель, я видела это своими глазами. Ее крики приходят ко мне по ночам. Ее крики и Джегань.

Верне показалось, будто ее ударили в живот. Кристабель была ее лучшей подругой. Она не хотела знать, как это было. Кристабель обратилась к Владетелю.

– Именно поэтому я должна вытащить тебя отсюда, Жанет. Я боюсь за тебя, сны о том, что Джегань сделал с тобой, тоже приходят ко мне по ночам.

Жанет подняла голову.

– А как же Амелия? Она тоже из нас пятерых. Мы не можем оставить ее.

Верна сурово поглядела на Жанет.

– Амелия сестра Тьмы.

– Была, – сказала Жанет. – Теперь уже нет.

– Что? – прошептала Верна.

Уоррен наклонился к ней:

– Для того, кто переметнулся к Владетелю, обратной дороги нет. Нельзя доверять тому, что она говорит, сестра Жанет. Давайте уходить отсюда. Она дала Владетелю клятву и служит ему.

Жанет покачала головой.

– Уже нет. Джегань послал ее куда-то, и, чтобы выполнить свою задачу, она была вынуждена предать Владетеля.

– Невозможно, – сказала Верна.

– Это правда, – настаивала Жанет. – Она вернулась к Свету. Она заново поклялась в верности Создателю. Я говорила с ней. Она все ночи напролет плачет и целует свой безымянный палец, молясь Создателю.

Верна наклонилась ближе и посмотрела в глаза Жанет.

127
{"b":"41","o":1}