ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Иисус для неверующих
Халхин-Гол. Граница на крови
Склероз, рассеянный по жизни
Столкновение
Наука раскрытия преступлений
Жёстко и угрюмо
Короткая глава в моей невероятной жизни
Мама для наследника
Обнаженное прошлое
A
A

– Не знаю, кто и почему это сделал, – Романцев вяло пожал плечами. – Но вы и ваши коллеги, думаю, не слишком-то отличаетесь от ваших «оппонентов». Методы-то у вас одни и те же…

– Вы прекрасно знаете, что это не так, – Лариса Сергеевна улыбнулась краешком губ, лишь едва тронутых помадой. – Не только цели, но и методы наши кардинально различаются… Но вернемся к основной теме. Нам удалось почти полностью устранить следы «деформации», и в целом существенно поднять ваш жизненный тонус. Кстати, Алексей Андреевич, у вас от природы один из самых высоких уровней МЛ-поля, какие мне только доводилось встречать в своей практике, – почти целых шесть единиц!

– Да, я очень умный, – криво усмехнулся Романцев. – И это основная причина едва ли не всех моих бед… Уровень «полевой» структуры человека – это то же самое, что Ай-кью-коэффициент»?

– Не совсем, хотя что-то общее, безусловно, есть. Вы заметили, что после регулярных инъекций ИФС-препаратов и сеансов наркогипноза ваше самочувствие заметно улучшилось?

– У меня такое ощущение, как будто меня стало… больше, – задумчиво произнес Романцев. – В физическом плане здесь вы правы, я чувствую себя более чем хорошо. Как будто вытащили из меня занозу, которая мешала мне долгое время, а порой и кровоточила…

– Ну вот, а вы на меня обижаетесь… Как видите, нам удалось не только разблокировать целиком вашу память, но и попутно вытащить эту самую, как вы выражаетесь, занозу.

– Я вот еще о чем хотел спросить, Лариса Сергеевна. – Романцев вновь посмотрел ей прямо в глаза. – Это хорошо, что вы соизволили вернуть мне выпавший из моей памяти эпизод трехлетней давности. Но вы при этом чуть передернули карты. Осуществив в моем отношении процедуру психокоррекции, – или как там это у вас называется? – вы как бы подменили одну реальность другой, где я чувствую себя уже в роли героя… Зачем понадобилось это делать? Что ж получается?! Выходит, что в действительности я повел себя тогда, как трус?

– Нет, я так не думаю, – мягко заметила Лариса Сергеевна. – Вы действовали за гранью человеческих возможностей, и судить вас никто не вправе. Но поймите меня правильно, Алексей Андреевич… Так случилось, что в какой-то момент вы перестали цепляться за жизнь. Вы не захотели найти в себе дополнительный ресурс, вы позволили обстоятельствам быть сильнее вас… Это счастье, что спасательная партия действовала очень оперативно, иначе Ураев, а возможно, и вы сами, были бы сейчас мертвы.

– Хотел бы я посмотреть на вас в той ситуации, – мрачно сказал Романцев. – А то языком болтать у нас все мастера.

– Но теперь вы обрели этот самый дополнительный психологический ресурс, – пропустив его реплику мимо ушей, сказала докторша. – Даже в полумертвом, бессознательном состоянии вы будете ногтями, зубами цепляться за жизнь; и никакая боль, никакие безумные страдания не заставят вас сойти с половины дистанции…

Романцев, сохраняя мрачный вид, прикурил сигарету. Он хотел сказать, что впредь он запрещает кому бы то ни было без спросу лазить под его черепную коробку, и что-то там «ремонтировать», но в этот момент вдруг ощутил, хотя и не в столь болезненном виде, те же головокружение и тошноту, чьи симптомы ему были уже знакомы.

– Нащупали все ж таки, – чуть поморщившись, сказала докторша. – Ну теперь, полковник, держитесь…

Глава 29

Йосемитский национальный парк,
штат Калифорния, США

На третьи сутки своего пребывания на одном из секретных объектов в Сьерра-Неваде, куда ее перевезли из Лос-Анджелеса, Колхауэр решила сделать вылазку за пределы тщательно охраняемого периметра базы. Как ни странно, те люди, что опекали ее здесь, не стали чинить ей в этом никаких препон. На роль компаньона в этой поездке предложил себя Рональд, тот самый мулат, что выручил ее в неприятной ситуации в Пасадене. Он же, надо полагать, является чем-то вроде ее телохранителя. По правде говоря, она предпочла бы иметь спутником Сатера, но понимала, что никаких особых прав на этого человека не имеет и вряд ли может на них вообще претендовать.

Кстати, Эндрю лично присутствовал во время довольно продолжительного сеанса наркогипноза, которому была подвергнута Колхауэр сразу по прибытии на базу и благодаря которому она обрела если не все, то значительную часть своих былых кондиций. Потом она видела Эндрю еще два раза, мельком, но, учитывая его занятость, решила пока не приставать к нему с накопившимися у нее вопросами.

С базы они выехали на мощном джипе «Лендровер». Дорога не заняла много времени, поскольку парк на северо-западе почти соседствовал с огражденной территорией спецобъекта. Рональд припарковал машину на стоянке возле отеля «Биг три лодж». Некоторое время они сидели за столиком кафе, устроившись на открытой террасе. Выпили по чашке кофе, поговорили о том о сем, затем Элизабет решила немного прогуляться по местным окрестностям – ей не раз уже доводилось бывать в Йосемитах, она обожала эти места, а сам этот гигантский парк, на деле являющийся заповедником площадью около 1200 квадратных миль, был ею исхожен, в одиночку и в компании друзей, буквально вдоль и поперек.

Впрочем, она не стала забредать слишком далеко, направив стопы к ближайшей обзорной площадке, находившейся всего в нескольких сотнях метров от отеля. Рональд оказался не только приятным в общении, но и сообразительным парнем. Наверное, он понял, каково сейчас состояние души этой красивой молодой женщины, и предоставил ее фактически самой себе – хотя можно быть уверенным, что, случись какая нужда, он тут же мгновенно окажется рядом с Колхауэр.

Вскоре она стояла на обзорной площадке, где компанию ей составили лишь с полдюжины увешанных видеоаппаратурой японских туристов и супружеская пара американцев, которые не преминули захватить с собой пакеты с гамбургерами и пластиковые бутылки с кока – колой.

Облокотившись на железные поручни, Элизабет любовалась открывшимся ее взору видом на огромную котловину Йосемит – густые леса, среди которых выделялись своим цветом «сахарные сосны» и своим гренадерским ростом растущие рощами и стоящие по отдельности секвойи и «красные деревья», нарядные домики в долине; голубая паутинка рек и ручьев с похожими на зеркала озерами; серебристые ленты водопадов, низвергающихся к подножиям живописных скал; поднимающиеся уступами к небу западные склоны гор Сьерра-Невада, на заснеженных вершинах самых высоких из которых царили зимние холода…

Громадные светло-коричневые и рыже-красные исполины, чьи мощные корни вросли глубоко в эту древнюю землю, чьи кроны возносились далеко в небо, а стволы были похожи на гигантские мраморные колонны, были настолько непривычны человеческому взору, являя собою некую аномалию, что даже не верилось, что они являются законной частью земного ландшафта, пусть даже такого буйного, богатого роскошной растительностью, как здесь, в центральной части Калифорнии.

Когда она смотрела на эти секвойи, она думала о разных аномалиях и пыталась сообразить, не является ли она сама «аномалией», равно как и некоторые личности, с которыми ее периодически сталкивает жизнь?

Человеческий говор вокруг нее вдруг разом смолк. Японцы повесили свои камеры на ремешки и дружно засеменили в сторону автостоянки возле отеля. Вслед за ними убралась и супружеская пара, вместе с недоеденными гамбургерами и недопитой колой. Площадка, с которой открывается чудесный вид на Йосемитскую долину, опустела. Колхауэр не стала оборачиваться. Она и так знала, что здесь появился человек, которого она очень ждала…

– Лучше всего приезжать в Йосемиты в конце февраля или в самом начале марта, – Сатер тоже облокотился о поручни, а его взгляд, как и взор Элизабет, был устремлен в какие-то неведомые дали. – На вершинах еще лежит снег, но на склонах с приближением весны уже расцветают чудные ярко-желтые цветы…

Колхауэр вдруг подумала, что сегодня впервые за всю последнюю декаду выдался, наконец, ясный и солнечный день. Она стояла на почти километровой высоты обрыве, на самом краю обзорной площадки, в плаще, расстегнутом на груди, длинные полы которого шевелил легкий бриз, долетающий сюда с океанских просторов; она видела перед собой огромные дали, и самой себе казалась существом с крыльями, которому ничего не стоит воспарить над этой грешной землей…

53
{"b":"41059","o":1}