ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Знал, что замаскированные мальчики среди публики не осмелятся затевать здесь не то что стрельбу – скандал.

Вышел на полированные плиты крыльца. Полупрозрачная лента акведука к пристани. Ярко освещенный пляж, яхты, катера. Переливчатый пронзительный звон нескольких водных мотоциклов с любителями быстрой езды.

И темная жара, бархатная жара. Бриз доносил влажный запах моря, но из-за здания густо и хвойно пахнуло заповедным лесом. Голова у Николая тяжелела от всех этих драк, от пестроты огней, от музыки, льющейся отовсюду, от взглядов обгоняемых и идущих навстречу людей.

Свернув вправо, он пошел в сторону калитки и сразу заметил вдали – там, где свет от здания уже терял силу, сглаживая подробности, но четко выделяя силуэт, – троих, шедших навстречу людей. Томная одурь сразу прошла, потому что, кроме этих троих, никого там не было, а главное, в похожем на прицел "Калашникова" тройном контуре впереди (две внешние фигуры по бокам низенькой в центре) он подсознательно выделил Нину. С усталым бешенством Николай действительно убедился, что это она, еще до того, как бьющий в глаза свет позволил обоим баронским волкодавам, насильно возвращавшим Нину к отцу, узнать его.

Он остановил руку, схватившую пистолет. Нет, лучше нож.

Поравнявшись с группой, уже настороженной его приближением, шагнул ближе и ударил ближайшего пса рукояткой в висок. Повернулся к радостно вскрикнувшей Нине и рвущему из наплечной кобуры пистолет второму конвоиру.

Смешанное чувство – радость от удачной встречи, боязнь за нее, брезгливая усталая ненависть к сегодняшнему насилию – словно в попытке поставить на всем этом безобразии крест, нет, лучше печать (подписать и запечатать), он с силой ударил нового врага ножом в лоб. Толстое лезвие со скрипом вошло в кость между глаз и мертво заклинило; Николай оставил его медленно остывать вместе с телом.

А Нина даже не обратила внимания на близкую смерть. От удачи, от неожиданного спасения что-то взвинченно шептала. Он прервал ее:

– Почему ты до сих пор не в машине?

– Отец ни на минуту не отходил весь вечер. Я уже потеряла всякую надежду убежать. Только когда ему сообщили, что тебя не удалось запереть в камеру, что ты их всех убил – боже мой, как я рада! – только тогда он оставил меня, да и то приказал какому-то плюгавому следить. Я сказала, что мне надо в туалет…

– Где тебя задержали?

– У калитки. Там только один охранник. Мы его легко убьем.

При этих словах Николай покосился на нее и в слабом, все еще доходившем до них свете от окон дворца увидел блеск счастливых детских глаз.

– Конечно, убьем, – хмыкнул он.

Она быстро кивнула и, захлебываясь от эмоций, продолжила:

– Отец сказал, что ты не капитан милиции, а вор в законе. Это правда, милый? Я еще не была знакома ни с одним вором в законе. А тут сразу муж!

– Чей муж? – рассеянно спросил Николай, выискивая покинутую фигуру охранника.

– Чей, мой, конечно. Вот уж не думала! Как ты этого Гоблина! Мне показалось – все, конец. А это ты его выматывал, чтобы легче справиться. Я так рада!

Они подошли к воротам, и охранник шагнул к ним из прозрачной темноты.

– Опять вы? – удивился он, узнав Нину. – А как же?.. Сказали, что вам запрещено покидать территорию.

– Кто сказал? – спросил Николай.

– Ну, ребята были…

– Ребята ошиблись. Они уже раскаялись. А тебе Барон что-нибудь приказывал?

– Нет, но…

– Вот и открывай. Нам еще выкупаться надо.

Парень, конечно, сомневаясь, пропустил их. А с другой стороны, Нина все же дочь Барона, приказа не было, а когда паны дерутся, у холопов чубы трещат.

Пусть идет.

Уже в лесу Николай спросил:

– Удалось с тотализатором?

Ответом ему был счастливый смех Нины. Она подняла руку с плоским маленьким чемоданчиком, почти папкой.

– Я захватила компьютер. Тут все. Я все деньги на тебя поставила, все шестьсот двадцать тысяч долларов. Мы теперь миллионеры. Знаешь, как я старалась всех против тебя настраивать! Только трое вместе с нами поставили на тебя. Так что мы с тобой выиграли пятьдесят два миллиона. Хорошо, правда?

– Правда, – сказал Николай, думая о том, что еще может придумать Качаури?

Образ Барона тут же плотно восстал в его воображении, изрыгая проклятия, и, почуяв настоящую беду, таращил глаза, скрипел зубами и сильно, зверски дышал через нос.

Глава 39

СТРАШНЫЙ КОНЕЦ

Реальный прототип несколько отличался от Николаевой добротной фантазии, хотя действительно находился в состоянии, близком к умопомешательству.

Однако внешне гнев его и страшная ярость не выражались столь зубодробительно-банально. Внешне Барон был даже тих, суетливо-рассеян, молчаливо грыз ногти и, однако же, поминутно то вскакивал, то садился в кресло в гостиной Нининого номера, пытался хоть как-то усмирить тот кипящий океан, в котором варилось его с трудом сдерживаемое безумие. Ему доложили о потерях: четверо убитых, четверо покалеченных. Доложили, что последний, кто видел его дочь и Казанцева, был охранник у калитки; они шли купаться на дикий пляж, скорее всего в ближнюю бухту.

Последнему Качаури, разумеется, не поверил. В голову лезли совершенно посторонние мысли: то видения казней, которыми он умертвит Казанцева (они были очень разными и их было много), то варианты наказания ослушницы дочки, не столь кровожадные, но не менее суровые: он предполагал засадить ее на год под домашний арест, держать на сбалансированной, но скудной диете, без спиртного и сигарет – в общем, много чего.

Помощник, метавшийся между страхом и долгом, мужественно выбрал долг и доложил о том, что на Казанцева поставила Нина Отариевна, причем весь свой "безнал", так что на ее счет, как и на счет других двоих умников, догадавшихся поставить против Гоблина, уже переведены более пятидесяти миллионов долларов. На счет Нины Отариевны пятьдесят два миллиона триста тысяч долларов.

Когда это ужасное известие, постепенно как бы озвучивавшееся в воспаленном мозгу Качаури, дошло-таки до его сознания, что-то там в его голове щелкнуло, прояснилось, он резво вскочил и, хоть внутри оставался воспаленным клубком нервов, внешне стал напоминать прежнего Барона: решительного, грубонапористого, беспощадного.

81
{"b":"41104","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
400 узоров
Длинный палец
Красный дом
Бог. Новые ответы у границ разума
Университет Междумирья. Скажи мне, где выход
Всемирная история для тех, кто всё забыл
Моя вторая жизнь
Гимнастика будущего
Ошибка