ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вот так, с милыми дорожными подробностями, развлекавшими праздный ум, я к полудню добрался до пригородов Москвы, которые узнавал по приметам; отличить же начало столицы и многочисленные города-спутники было иначе трудно - единая госархитектурная планировка планировка ранее чуждалась примеси индивидуальности.

На часах было двенадцатьать часов семнадцать минут. Время ни то, ни сё. Решил заехать домой и оттуда прозвонить Семену Зелимхановичу. От старых времен у меня на Первой Мещанской улице, недалеко от бывшей Колхозной, а ныне Сухаревской, сохранилась небольшая двухкомнатная квартира в доме крепкой сталинской постройки. Заехал в магазин и купил себе немного ветчины, сыру, хлеба и виноградного сока впридачу. Потом припарковал "форд" под окнами и поднялся на четвертый этаж. Я не был здесь уже около полугода. Открыв наружную дверь, пошел в длинный коридор, заканчивающийся перпендикулярно поставленными дверьми. Дверь налево вела в его квартиру, правая - к соседям. Архитектору в старое доброе довоенное время позволялось отходить от стандарта, который только-только нащупывался, а в Хрущевско-Брежневские времена расцвел пышным цветом. Во всяком случае, я, ещё до своего отъезда из Москвы, подумывал о приватизации и соседской квартирки, чтобы объединив обе, иметь такое вот оригинальное жилище. Теперь все это представлялось неактуальным, теперь я жил далеко и уже стал отвыкать от сумасшедшей карусели столичной жизни.

В квартире было пыльно, да, но ожидал увидеть худший бардак. Отвык постепенно от родных пенатов и, на расстояние, рисовал картины упадка, на самом деле не дотягивавшие до моего воображения.

Оплаченный за год вперед телефон отозвался гудком. Я позвонил генералу Романову, напомнил о встрече. Тот прекрасно помнил. Договорились встретиться в ресторане на Чистых прудах, у метро, выход к Тургеневской, все забывал Семен Зелимханович название ресторана... кажется, "У Тургенева". Договорились на четырнадцать часов ноль-ноль минут. Тогда и смысла не было устраивать себе обед здесь. Я, покопавшись в платяном шкафу, нашел себе чистое полотенце и отправился в ванную, освежиться. Ехать тут было всего ничего: пять-десять минут. После душа хлебнул сока и скоро выходил из дома.

На часах было без пятнадцати два. Доехал минут за семь, некоторое время примеривался, куда поставить машину, потом вспомнил, что здесь, в глубине Боброва переулка находится Первая Нотариальная контора города Москвы, возле которой и припарковался.

Поднялся по ресторанной лестнице ровно в четырнадцать часов. И сразу окунулся в мятный красноватый полумрак питейного заведения. Прямо у входа расположилась стойка бара и тут же - несколько столиков, наполовину занятых. Как-то давно он сюда заходил. Сейчас, вспоминая расположедение помещений, прошел за дверь ресторанного зала, сейчас, в неурочное время, полупустого, и сразу увидел машущую высоко поднятую руку - генерал уже был здесь. Подошел. Дядя Сема встал навстречу. Обнял. Крепко пожал руку. Похлопал по спине. Одобрительно взглянул из под разросшихся кустистых бровей. Весело закивал. Словно не виделись три недели назад.

- Ну ты и шкаф! А я каждый раз забываю! - и снова восхищенно и покровительственно хлопает меня по плечу.

- Садись, если тебя стул выдержит. Ну рассказывай, - поощряет он, но тут же отвлекается к официанту:

- Вот что, друг, организуй нам что-нибудь фирменное, потом закусь там, водочки-шпроточки, для начала грамм триста, а там посмотрим. Ну, лети, а то нас время поджимает.

Во время еды я ухитрялся не прерывать свой рассказ. Генерал - в данный момент генерал, судя по обострившемуся, отрешенно-оценивающемуся взгляду, который он то бросал на меня, то на свою тарелку, то вглубь себя, сверяя что-то со своим жизненным опытом) слушатель был хороший, не прерывал, только переспросил однажды, как звали бойцов, которых я прикончил на днях... Сыч, Рашид, Икрам... Кивнул, продолжая молчать, и вновь жевал и слушал. Потом допили водку, Семен Зелимханович заказал ещё двести ("Как раз доза, чтобы хорошо себя ощущать" - хохотнул он), но уже коньячку, а тут перешли к десерту, и я рассказ свой закончил наконец.

Семен Зелимханович разлил коньяк, поднял рюмку, намечая в воздухе тост и молча выпил. Я последовал его примеру.

- Ну, - наконец спросил я, наблюдая сосредоточенную отрешенность на покрасневшем от спиртного лице генерала, - что вы можете мне посоветовать?

Семен Зелимханович, погрузив взгляд в возникшее перед ним мороженное, задумчиво произнес:

- Рашид, Икрам, Сыч... кавказцы, значит, учавствуют. Что-то я из оперативных сводок помню... Сыч, Икрам... Кажется это люди Салима Бекмурзаева, его тейп последние годы как раз занимается Поволжьем. Если так, то ты влип, парень, влип основательно, надежно. Ты знаешь, что за человек Бекмурзаев? - оглянувшись, наклонился ближе - Ты же ему теперь дорогу перешел. Он тихо-мирно прибирал к рукам свой кусок, вотчину, так сказать, начал возделывать... а тут ты, я Сергей Владимирович, сын моего покойного друга и мой хороший друг, сын, можно сказать. Да, сын. Что я могу сказать? - покачал головой Семен Зелимханович. - Могу сказать только банальность: не хотел бы я быть на твоем месте. Знаешь, как все завязано? Ты думаешь, это просто Кавказ? Это интересы больших людей. А посоветовать?.. Бери-ка ты все, что можешь с собой взять, лучше деньги и мотай отсюда куда-нибудь за "бугор", только подальше. У них же организация! Что вы там в своем городишке можете противопоставить этому?

Он вновь покачал головой, затуманенным взором разглядывая ужасное будущее мое, которое его профессиональное воображение уже живо нарисовало.

Он махнул рукой официанту, попросил ещё чашку кофе.

- Жаль, что ещё столько дел. В неурочное время мы с тобой встретились, надо бы вечерком, отвели бы душу, Серега, помянули бы отца твоего и моего друга, Ванюху!.. Вот человек был, бессребренник, таких уже нет, старой закалки мужик.

- Ну почему же... - сказал я, думая о другом.

- Нет, ты мне на счет отца своего не говори, настоящий был друг.

Чувствовалось, генерал прочно ухватился за тему дружбы, обрадовавшись возможности уйти от другой, сейчас более опасной. Я же, попивая свой кофе, думал, что поездка моя в Москву, хоть и не оправдала надежды в отношение старого знакомого, но ситуацию прояснила. Оказывается, прошлый и нынешний наезд гастролеров не является случайной импровизацией какого-то там сильного человека, а представляет собой частный случай хорошо работающего механизма - деление страны на вотчины с князьями во главе. Всё должно быть поделено, и всё будет поделено. Все в меру своих сил продолжают рвать себе кусочки пожирнее. Непонятна вот только роль разных там майоров Вараскиных... Кто они? Пушечное мясо? Или сами в деле?..

53
{"b":"41105","o":1}