ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

-- Папа, -- в прикрытую дверь кабинета постучалась Юлия. -- Твой кофе готов.

"Обратная Сторона"

-- Алло. Это телефон... номер... семь нулей?

-- Да. Вы звоните правильно.

-- Интегральная фирма "Обратная сторона"?

-- Секретарь Интегральной фирмы "Обратная сторона" слушает вас.

-- Будьте добры, подскажите: как и когда я могу у вас проконсультироваться?

-- Мы работаем с десяти до восемнадцати часов ежедневно, суббота и воскресенье -- выходные дни, перерыв с часа до двух, но для того, чтобы вас проконсультировали, вам понадобится записаться на прием. Какой день и время удобны для вас?

-- Неплохо бы...э...э-э..., сейчас сориентируюсь...

-- Ничего страшного, я подожду, не торопитесь.

-- Кажется, в пятницу лучше всего.

-- Это уж вам решать, когда лучше. Так что, записывать на пятницу?

-- Да. Если можно, то, пожалуйста, на пятницу.

-- На который час?

-- Думаю..., часика на три. Можно так?

-- Записываю вас на пятнадцать часов. Большая просьба не опаздывать. Запомните пожалуйста свой номер: двадцать два.

-- Разумеется. Я понимаю.

-- Минуточку, не кладите, пожалуйста, трубку. По какому вопросу вы желаете получить консультацию?

-- Как-то... Я... не могу... сразу и сказать, честное слово.

-- Хорошо. Запишу по личному.

-- В принципе так... Скажите.

-- Да. Я слушаю.

-- По моему приходу в пятницу мне будет ясно, там, у вас, к кому и куда обратиться. Я имею ввиду, чтобы не разыскивать, какое помещение, кто меня примет?

-- Вас примет Георгио Фатович Ворбий, второй этаж, приемная...

... В наступившую пятницу, в пятнадцать часов, как и предварительно оговаривалось по телефону, Василий Федорович, без особого труда разыскал Интегральную фирму "Обратная сторона". По указанному в беглой записке Виктории Леонидовны Юсман адресу, на окраине центральной части Москвы, находился старой постройки двухэтажный особняк: множество вылепленных, видимо из гипса, всевозможных фигурок людей и животных, покрытых золотистой серебрянкой, привлекательно украшали со стороны непротяженного и почти безлюдного переулка лицевой фасад здания фирмы.

Профессор, почему-то не раздумывая долго, что никак не определялось в его отработанных правилах ситуационного поведения, сразу же нажал продолжительно на кнопку электрического звонка, расположенную невысоко, слева у входной двери в здание, сразу под табличкой: "Позвоните и ждите".

Спустя несколько секунд через небольшую никелированную решетку над табличкой раздался металлический голос: "Пожалуйста, назовите ваш номер".

-- Двадцать два, -- как можно отчетливее произнес профессор.

Во входной двери что-то щелкнуло и за той же никелированной решеткой тут же возник все тот же, металлический голос: "Проходите".

Василий Федорович, теперь уже осторожно, открыл входную дверь и вошел во внутрь особняка фирмы.

И вот он стоял в небольшом округлом фойе -- входная дверь захлопнулась позади, и с этого мгновения профессор как-то почувствовал, что выйти отсюда обратно в переулок он сможет не иначе как по чьему-то разрешению на то, а значит, ему неминуемо предстояло с кем-то, но из представителей "Обратной стороны", встретиться. Здесь Аршиинкину-Мертвяку пришлось смириться со своим положением и он постарался успокоить себя, уравновесить и отставить в сторону волнительную мысль "вернуться в переулок", которая возникла одновременно с тем, как он, "хорошо не обдумавши", оказался в этом фойе.

-- Вас ожидают в приемной на втором этаже. -- неожиданно раздался неведомо откуда мужской радиоголос, но внимательный, более очеловеченный.

Профессор поднялся по беломраморным ступенькам довольно широкой лестницы и, пройдя несколько шагов по коридору, оказался в крохотном фойе второго этажа, где располагались мягкие кресла, здесь же и находилась дверь с выпуклой отливающей сталью надписью на ней -- "ПРИЕМНАЯ".

Василий Федорович подумал было присесть в одно из комфортных кресел, как вдруг, не позволив профессору расслабиться от настороженности и привести свои мысли и чувства из легкой растрепанности в состояние, готовое на рассуждение и анализ, остановив его, почти что готового усесться у журнального столика в облюбованное кресло, скрипнув едва, плавно открылась дверь в "ПРИЕМНУЮ", и профессору кто-то мужским голосом, теперь кажется уже знакомым, начиная от входной двери в особняк, предложил:

-- Будьте добры -- мы вас ждем. Проходите в "ПРИЕМНУЮ".

-- Георгио Фатович Ворбий -- Учредитель Интегральной фирмы "Обратная сторона", -- представился Аршиинкину-Мертвяку, наконец-таки усевшемуся в мягкое кресло, установленное для посетителей в приемной возле рабочего стола, представитель фирмы...

-- "Довольно неприятный человек", -- подумалось профессору.

-- С кем я имею честь начать разговор? -- через некоторую паузу заинтересовался представитель фирмы.

-- Я не хотел бы представляться, -- сказал Василий Федорович.

-- Хорошо. Ваше право... Ну, назовитесь... хоть как-нибудь, если не трудно. Знаете ли..., мне кажется, -- общаться будет легче.

-- Добро. Тогда... Зовите меня просто Профессор.

-- Что ж... Это имя, на мой взгляд, вам очень к лицу. -- с оттенком лукавости высказался на этот счет представитель фирмы.

-- Тем более, что оно ничего не скрывает, -- прибавил к словам Ворбия Аршиинкин-Мертвяк, чтобы его не воспринимали унизительно.

-- Вы хотите сказать, что вы и в самом деле...

-- Я ничего не хочу сказать, -- остановил представителя фирмы Василий Федорович. -- Я пришел к вам по делу.

-- По личному, -- подтвердил последнюю фразу профессора Георгио Фатович. -- По крайней мере, так у меня записано в журнале приемов моим секретарем. Я полон внимания, -- перешел на строго деловой тон Ворбий. -Какая услуга требуется с нашей стороны? -- сказал он и тут же поправился. -Со стороны фирмы?

Представитель фирмы говорил так, словно он, казалось профессору, уже что-то знал о своем посетителе. И тут Василий Федорович как-то замялся в своих чувствах, и это стало заметно внешне: молча, покашливая через нос, он пробовал усесться в кресле поудобнее -- с левого подлокотника облокотился на правый и наоборот; его мысли, будто наспех примеряли речевые одежды-слова, вертелись перед Василием Федоровичем, но никак не решался он какими-либо из них воспользоваться, заговорить.

Дело в том, что только сейчас Аршиинкин-Мертвяк осознанно и реально понял всю нелепость своего положения, которое требовало сказать, объясниться, и на полном серьезе, по поводу причины своего прихода сюда: одно дело, хмельное, с глазу на глаз, откровение с женщиной, и совершенно другое дело -- здесь!..

--- Что вас интересует? -- мягко, но требовательно предложил остановить затянувшуюся паузу Ворбий. -- Дело в том, -- пояснил он и взглянул на свои ручные часы, как бы прикидывая, формулируя вывод, -- что вам придется оплатить нашей фирме неустойку за потраченное на вас рабочее время, в случае вашего необоснованного прихода. Так что, советую вам поторопиться с объяснениями. У меня есть профессиональное, извините, подозрение, что вы не страдаете тем недугом, которым занимаемся мы. Тогда что?.. Потрудитесь оправдаться или оплатить счет. Время неумолимо движется, профессор.

-- Платить или говорить -- это моя проблема, господин Ворбий, -сдерживая внутренний напор взволнованности чувств, как бы невзначай приструнив представителя фирмы, негромко сказал Василий Федорович, но все-таки, не сдержавшись, выказывая тем самым свою неустойчивость, он подвижно и раздраженно прибавил -- хочется напомнить вам о том, что я совершенно свободен и волен выбирать решение самостоятельно, без подсказки. -- И Аршиинкину-Мертвяку стало немного легче: "Поставил на место" -подумалось ему.

-- Я совершенно не подразумевал вас обидеть, но Устав нашей фирмы действительно предусматривает...

-- Я пришел не обижаться, а посоветоваться или же приобрести услугу, -коротко, не давши досказать Ворбию, определился Василий Федорович.

9
{"b":"41161","o":1}