ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Известно, кроме того, что, согласно толкованию вернейших хадисов-изречений святейших имамов, шахи, восседающие на троне и носящие венцы в мусульманских странах, не считаются святыми и достойными поклонения, так как это преимущество составляет исключительное право имама или его преемниканаиученейшего муджтахида. Для устранения этого недоразумения я послал всем духовным лицам и проповедникам приказ: объявить народу, что сила вышеупомянутых преданий не распространяется на ныне царствующую династию Сефевидов, как происходящую от потомков пророка и имамов. Очевидно, мудрейшие имамы изволили этими изречениями ограничить власть и значение других шахов, а не своих потомков. В данное время, когда жизнь кыблы вселенной находится в опасности от неизъяснимых действий небесных светил, сердце покорнейшего раба вашего трепещет от горя и бьется, как рыба, выброшенная на сушу, а ничтожный ум мой подсказывает мне, что этот проклятый звездочет вернее всех нас может найти выход из этого положения. Он — подлый изменник, открывший намерения звезд, но скрывший средства борьбы с ними. Я уверен, что он строит козни: может ли быть, чтобы, указав яд, он не знал противоядия? Наш пророк, да будет благословенно его имя, не напрасно сказал: «Все звездочеты-лжецы». Изречение это, по моему мнению, берет под сомнение именно их поступки, а не знания и ученость, так как в большинстве случаев предсказания проклятых звездочетов, к сожалению, оправдываются, но сами они плуты и пройдохи. Надо бы вызвать самого главного звездочета и приказать ему найти средство против опасности, угрожающей шахиншаху. Если же он станет отнекиваться, велите палачу отрубить ему голову!

Главный молла давно враждовал с главным звездочетом. Теперь обстоятельства складывались благоприятно для того, чтобы «сжечь могилы отцов» всех звездочетов, не исключая и главного. Да и главный звездочет Мирза-Садреддин проявил изрядную несообразительность: чего ему вздумалось сообщить шаху такую страшную весть, ввергать его в ужас и к тому же рисковать своей жизнью? Впоследствии эту оплошность многие ставили ему в вину, но тот оправдывался, говоря:

— Я поспешил с этим неприятным сообщением из боязни, как бы другие звездочеты не сделали этого. Тогда шах, несомненно, счел бы меня невежественным ослом, и, наверное, лишил бы должности главного звездочета.

Так или иначе, но после неприятного известия шах всей душой возненавидел главного звездочета, а после слов главного моллы пришел в такую ярость, что, кликнув Хаджи-Мубарека, приказал, не медля ни минуты, послать стражу за главным звездочетом Мирза-Садреддином.

Не прошло и часа, как Мирза-Садреддин предстал перед повелителем. Шах, напоминавший разъяренного льва, приподнялся на коленях, и гневно закричал:

— Как осмелился ты, собачий сын, грозить мне бедою, скрывающейся в звездах, не сказав о средствах против нее?! Эй, палач!..

В одно мгновение явился палач с мечом за поясом и веревкой в руках. Мертвенно-бледный Мирза-Садреддин дрожал, как лист. Указав на него, шах приказал палачу:

— Уведи этого пса и отруби ему голову!

Военачальник Заман-хан, хотя и был храбрым воином, на сердце имел мягкое и сострадательное. Ему стало жаль главного звездочета, и он начал просить шаха помиловать его:

— Кто нас выручит из беды, если этому псу отрубят голову? Осмеливаюсь просить ваше величество из уважения к моим сединам не торопиться с казнью этого ничтожного раба и велеть ему найти средство против угрожающей нам опасности. Если же он окажется не в силах сделать это, пусть тогда палач расправится с ним.

Шах велел палачу удалиться. Затем, обратившись к главному звездочету, приказал:

— Презренный раб! Немедленно укажи средство, как избавиться от грозящей нам беды!

Бедный звездочет был в крайне затруднительном положении. Он решительно не знал никакого средства против неблагоприятного расположения звезд, но страх заставил его скрыть свое неведение. Дрожа всем телом, он взмолился:

— Я, прах с ваших ног, осмеливаюсь доложить, что беду эту можно предотвратить. Только дайте час срока — заглянуть в «Зиджи-Улугбек» и определить, какие средства названы там против подобных явлений.

Надо заметить, что в «Зиджи-Улуг-беке» не упоминается ни о каких средствах против неблагоприятного расположения звезд. Главный звездочет выдумал это, чтобы оттянуть время и успеть сбегать за советом к своему учителю Мовлана-Джемаледдину, которого считал лучшим знатоком астрологии.

Шах дал согласие, но главный звездочет не успел еще выйти, как вошел Хаджи-Мубарек и доложил шаху о Мовлане-Джемаледдине, желавшем лицезреть шаха. Шах приказал впустить его, а главному звездочету велел пока оставаться во дворце. Вошел Мовлана, низко поклонившись шаху, опустился на указанное ему сиденье и начал так:

— Да продлит всевышний жизнь повелителя мира! Я, покорный раб его, вследствие старческой немощи обречен судьбою проводить остаток жизни в одиночестве. Но неблагоприятное расположение звезд принудило меня пересилить себя и предстать перед вашими светлыми очами. Через пятнадцать дней после праздника Новруз-байрам планета Марс пройдет мимо созвездия Скорпион, и при их сближении разразится величайшая беда над благородной кыблой вселенной. Поэтому ваш покорный слуга счел своим долгом объявить вашему величеству о предстоящей опасности и указать меры для ее предотвращения, так как молодые, неопытные звездочеты могли не разобраться в движении звезд и упустить это важное предзнаменование.

Шах очень обрадовался такому сообщению Джемаледдина.

— Мы сами, Мовлана, — сказал он, — заняты этим вопросом. Событие это нам известно. Посоветуйте, какие принять меры. Мовлана сказал:

— В эти злополучные дни, то есть через пятнадцать дней после Новруза, кыбла вселенной должен отстраниться от государственных дел. Он должен отказаться от власти и престола, передать их какому-нибудь преступнику, достойному смерти, самому же удалиться и пребывать в неизвестности. Тогда разрушительное действие звезд разразится над головой грешника, который будет в это время полновластным шахом Ирана. Когда же нечестивец, мнимый шах Ирана, погибнет, кыбла вселенной вновь появится, займет свой трон и будет царствовать в полном счастии и здравии, на славу нашего могучего государства. Но такая перемена в жизни его величества должна совершиться в строжайшей тайне, и никто из его подданных не должен знать, что шах, вынужденный обстоятельствами, временно уступает свой престол. Напротив, все подданные должны считать грешного злодея подлинным властителем Ирана. Необходимо также расторгнуть брачные акты всех жен шаха и освободить их от брачных уз. Затем можно предложить им выйти замуж за Аббаса Мухаммед-оглы, отныне уже не шаха Ирана, а простого иранского подданного. С теми из жен, которые будут согласны вторично вступить в брачный союз, следует заключить брачный акт, а с несогласными немедленно учинить развод.

Главный звездочет избавился от опасности. Шах уже не испытывал никакого страха. На его побледневших было щеках скова выступил румянец. Члены верховного совета стали хвалить находчивость и прозорливость Мовлана. С сияющим от радости лицом шах обратился к главному молле с вопросом, есть ли у него на примете нечестивец, смерть которого могла бы быть одобрена предписаниями шариата и которому можно было бы предоставить управление государством. Главный молла ответил:

— Да сохранит творец миров жизнь кыблы вселенной! В нашем городе, Казвине, с недавних пор появился некий бездельник, великий грешник, подобного которому не сыскать во всей вселенной. Имя его-Юсиф, по ремеслу он-седельник; где он жил раньше-неизвестно, но только, поселившись в Казвине, он собрал вокруг себя приверженцев-чернь и подонков общества, и вечно хулит высокопочитаемых ученых и бескорыстных служителей шариата. Проклятый открыто говорит своим последователям, будто высокоуважаемые ученые-богословы обманывают простой народ. По его словам, например, священная война не обязательна, а уплата налога в пользу потомков пророка и духовенства незаконна: будто современные богословы не признают предшествовавших ученых, чтобы не уменьшить своего значения и успешнее морочить простой народ. Он утверждает, что все должностные лица, начиная с сельского старшины и кончая самим венценосцем, — разбойники и тираны. По его мнению, стране и нации нет никакой пользы ни от кого из них; ради удовлетворения своих потребностей они облагают бедный народ всякими податями и ненужными поборами; в своих делах и поступках они не руководствуются законами, нарушают требования справедливости и чести. Так, говорит он, поступают лишь злодеи, грабители и разбойники. Утверждают также, что этот нечестивец по своим религиозным убеждениям принадлежит к поганой секте, исповедующей переселение душ. Преданный раб победоносной и могущественной державы нашей осмеливается думать, что лучше всего предоставить временное правление этому проклятому мятежнику, чтобы он погиб от разрушительного действия звезд и нашел возмездие в глубинах ада! Члены совета, одобрив мнение главного моллы, единогласно заявили, что собачий сын, седельник Юсиф, вполне заслуживает наказания неба и достоин смерти.

2
{"b":"41381","o":1}