ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Отыскав в толпе нескольких знакомых, Шелли хотела сообщить им, какую жуткую картину она только что видела, однако все были заняты своим багажом, пытаясь протолкнуть тележки сквозь вращающиеся двери. На площади перед аэропортом, отпихивая назойливых таксистов, Шелли снова попыталась вступить в разговор, но на сей раз ее спутники оказались оглушены волной раскаленного воздуха. Тропическое пекло обрушилось на них с такой силой и столь неожиданно, что Шелли испугалась, как бы все вокруг не вспыхнуло. Куры на Реюньоне скорее всего откладывают уже сваренные вкрутую яйца, а коровы дают кипяченое молоко. Садясь в такси, она обожгла руку о ручку дверцы. Наконец она кое-как втиснулась внутрь, где оказалась зажата между обливавшимся потом Тягачом, Габи, тощим звукооператором Майклом Муром по прозвищу Молчун Майк («Он пребывает в своем собственном мирке, но в этом нет ничего страшного, его здесь все знают», – объяснила Габи) и ящиками с телевизионным оборудованием. Бравая команда отправилась преодолевать последний этап путешествия.

У Шелли была еще одна причина испытывать благодарность пакостникам ученикам. Она уже давно подозревала, что за пределами Кардиффа раскинулось огромное, неведомое ей, но манящее место, известное под названием «Окружающий мир». Хотя Шелли и считала себя – благодаря матери и четырем годам учебы в колледже – особой образованной и начитанной, карьеру пыталась сделать в заурядных оркестриках, а необходимость погашать ссуду, взятую для получения образования, практически ставила крест на личных познаниях по части этого самого окружающего мира.

Читая между строк путеводителя «Одинокая планета» (экземплярами которого завалены книжные магазины), она выудила ряд интересных фактов. Например, большинство островов Индийского океана в течение многих столетий переходили от французов к англичанам и обратно. Что касается англичан, то эта вечная географическая борьба, как правило, благополучно разрешалась: аборигены получали остров в полное свое распоряжение; а жители туманного Альбиона приезжали сюда либо спиваться, либо терять девственность. Однако когда английский стал языком всепобеждающего Интернета, французы принялись навязчиво цепляться за фантазии о былой имперской славе, лишь бы не выпустить из рук свои немногочисленные колониальные владения: Папаэте, Новую Каледонию, Мартинику, Доминику, Майотт, Французскую Гвиану, Гваделупу, Сен-Бар, Сен-Пьер и Реюньон.

Остров Реюньон, лежащий к востоку от Африки, между Маврикием и Мадагаскаром, – это верхушка гигантского подводного вулкана. Шелли с интересом разглядывала унылый ландшафт, мелькавший за окном автомобиля. В скалах то тут, то там зияли разверстые раны ущелий, куда с горных высот обрушивались мощные водопады. Затем ее взгляд выхватил три крайне неуютных на вид горных цирка, этакие гигантские природные амфитеатры, образованные извержениями вулканической лавы. Маленькие городки, прилепившиеся к самому краю острова у подножия горных пиков, казалось, жили в вечном страхе соскользнуть прямиком в океан.

Очевидно, руль автомобиля был раскален до такой степени, что таксист предпочитал управлять машиной двумя пальцами. Когда же на очередном повороте тормоза такси беспомощно взвизгнули и они едва-едва не врезались во встречный полицейский фургон, Шелли решила, что до места назначения добраться им, судя по всему, не светит. Занервничала даже непробиваемая Габи. – Боже! Никак не пойму, какое у них движение: правостороннее или левостороннее? – недоумевала она, закрывая глаза всякий раз, когда им навстречу из-за поворота неожиданно вылетали-бесконечные «ситроены» и «пежо».

– Они же французы, – ответила Шелли, – поэтому и ездят по обеим сторонам дороги.

– Эй, давай-ка помедленнее, как там тебя! – рявкнул прямо в ухо водителю Тягач. – Мне не в кайф полететь в море на четвертой скорости!

Дымивший «Голуазом» водитель что-то недовольно фыркнул в ответ. Шелли заподозрила, что местные колонисты, именовавшиеся в путеводителе «колонами», столь же суровы и неприветливы, как и здешняя природа. О французах Шелли знала только то, что их отличает гипертрофированное самомнение и они ненавидят абсолютно всех. Еще ей было известно, что отличить французский фильм от кинопродукции других стран можно по обилию ведущихся в нем разговоров. Эти разговоры, в силу их редкостной «глубины», всегда были выше ее понимания, даже если сопровождались субтитрами внизу экрана. Если они не были экзистенциалистскими, то непременно оказывались элитарными.

Лавируя по шоссе с опасной небрежностью, от которой внутренности пассажиров стягивались в тугой узел, такси летело мимо дорожных указателей без привычных изображений-пиктограмм, алишьс неразборчивыми французскими надписями вроде «Interdit d'entree», «Ferme» и «Sens interdit». Все они означали примерно следующее: «Англичанам это трудно перевести без картинки», однако были понятны настолько, что Шелли решила, пока не поздно, заполнить карточку донора внутренних органов. Да, видимо, единственный способ остаться в живых во время медового месяца – это двигаться по дорогам с черепашьей скоростью.

И все-таки в ее планы не входило выбрасывать белый флаг. Было бы в корне неверно назвать борьбу между мужчинами и женщинами битвой полов. Битва продолжается всего четыре-пять дней. Борьба же – вещь куда более масштабная и началась еще на заре времен, вылившись в нескончаемую войну. Шелли, со своей стороны, выполнила условия сделки: она поверила Киту и затянула семейный узел (эх, если бы она знала, что ему суждено затянуться на ее шее!). И вот теперь настало время, когда доктор Кинкейд должен обсудить с ней условия капитуляции. В ознаменование находки водителем третьей передачи «дворники» вяло отсалютовали шквалам тропического ливня, внезапно обрушившегося на такси. Пока машина толчками двигалась по прибрежной дороге, что вилась вокруг головокружительных скал, рискуя каждую секунду слететь в море, Шелли пыталась сосредоточиться на мыслях о том, с каким нетерпением она ждет встречи со своим загадочным женихом. Она представила себе высокие веснушчатые скулы Кита Кинкейда, его сочные губы, лукавый бесшабашный взгляд – короче говоря, вид настоящего пирата-варвара из учебника истории. Да, решила она, когда такси в очередной раз едва не сорвалось в пропасть, перед ней открывается совершенно новый мир – неизвестный и пугающий, как разверстая могила.

Половые различия:

Секс.

Мужчина. Дорогая, я у тебя первый?

Женщина. Конечно. Ума не приложу, почему мужчины всегда задают один и тот же глупый вопрос?

Глава 5

Правила ведения боя

Человеческие существа слишком иррациональны, чтобы отказаться от брака по причине нравов века или десяти ужасных личных ошибок. Именно поэтому, по мере того как Шелли приближалась к отелю, где ей предстояло провести медовый месяц, она внезапно почувствовала себя окрыленной надеждой или на крайний случай ожиданием.

У нее на родине лондонская полиция, наверное, уже заготовила объявления о пропавшей без вести девственности Шилейн Грин. Ее тело все еще содрогалось от сладостных конвульсий. Она послушалась наущений Кита и капитулировала перед напором Принципа Удовольствия. Зачем бороться с мужчинами, если можно поступить точно так же, как и они? В непонимании этого и заключалась ошибка ее матери. Мужчин всегда хвалили за то, что умели «вступить в соприкосновение» с «женственной стороной своей натуры». Что ж, она вступит в соприкосновение с «мужской стороной своей натуры». Вы только представьте себе плюсы!.. Автомеханики будут говорить ей только правду! Она сможет сама открывать банки с джемом! Четырех пар туфелек ей хватит на всю оставшуюся жизнь! Весь мир станет ее писсуаром! Свободная от необходимости влюблять в себя мужчину, она избавится от гнета сумбурных эмоций, ведь от них только лишняя головная боль, и сосредоточится на сексе. Ну что еще способно поднять дух юной женщины, как не осознание равных возможностей!

11
{"b":"415","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Родословная до седьмого полена
Наследница Вещего Олега
Шоу обреченных
Загадочные убийства
Одно воспоминание Флоры Бэнкс
Шпион среди друзей. Великое предательство Кима Филби
Искупление вины
Демон никогда не спит
Код да Винчи 10+