ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Наконец, взревев, такси выехало на грунтовую дорогу, ведущую к лазурной глади океана, и резко остановилось напротив отеля «Лазурная бухта». Участок суши врезался в море подобно согнутой в локте руке, и на самом его краешке примостился отель. Роскошный курортбыл построен на клочке земли, поросшем травой цвета бильярдного сукна, над которым словно пчелы прилежно трудились чернокожие садовники. Швейцар-креол, нелепо наряженный под индийского раджу – в желтых панталонах, бирюзового цвета тюрбане и белых перчатках, – предупредительно открыл дверцу такси.

Надпись на футболке, которую Шелли приобрела в аэропорту Хитроу, гласила: «Если никто не смотрит на эту футболку, то существует ли она вообще?». Шелли специально купила ее, желая поддразнить высокомерных галльских хозяев острова, однако в обдавшей ее волне жаркого воздуха, когда она вышла из кондиционированной прохлады такси, не было ничего экзистенциального. Пекло стояло такое, что деревья, казалось, норовили свистом подозвать собак, чтобы те окропили их. Воздух был влажен и густ и напоминал по консистенции кухонную губку.

Вслед за Шелли из такси вылез, обливаясь потом, Тягач.

– О черт! В горле такой же суходром, как при траханье без предварительной разминки! – заявил он с присущим ему красноречием. – Срань господня!

Затем он весь как-то подобрался и сосредоточил взгляд исключительно на стайке курортниц в бикини, прилагавших воистину титанические усилия для получения идеального, медового оттенка загара, выбрав для этого плацдарм в виде полосы шоколадного вулканического песка.

– Это Кафф-Маунтин Бабия-Маджора! – экспансивно воскликнул он, открывая объятия. – пожаловать в Тьюна-Таун!

– Ну что я могу сказать? – состроила гримаску Габи. – Мужчина – украшение рода человеческого!

Шелли робко оглянулась по сторонам и неожиданно испытала легкое смущение. Слева она увидела бар в стиле пагоды, ресторан и танцевальную площадку. Позади – бассейн, вдоль которого тянулся ряд бунгало, увитых ползучими растениями. Справа – гамаки, натянутые между пальмами у самой кромки бирюзового океана.

Новобрачная нырнула в спасительную тень гостиничного фойе, почти уверенная в том, что сейчас ее встретит молодой муж, который рассыплется в трогательных извинениях за то, что так поспешно слинял из Англии. Однако ее встретил массовик-затейник отеля, этакий ярмарочный зазывала, именуемый красивым французским словосочетанием gentil organisateur[3]. На эту роль, как правило, претендуют лишь личности незаурядные, отличающиеся редкостным нахальством и развязностью, в чем мсье Доминик явно немало преуспел.

– Здравствуйте!!! – радостно поприветствовал он новоприбывших. Его улыбка оказалась такой же ослепительной и безжалостной, как и здешнее солнце. Мсье Доминик будто только что соскочил со страницы каталога пляжных принадлежностей. Переливающиеся оранжевые плавки столь плотно облегали его бедра, что невольно закрадывалось подозрение: возникни необходимость высвободить гениталии хозяина, плавки придется отрывать от кожи. На бронзовом от загара мускулистом животе приморского красавца в пупке сверкало колечко. Доминик выглядел таким обжаренным, что Шелли сразу мысленно окрестила радушного аниматора словечком «Rotisserie»[4]. Восторженно облобызав всех, не исключая даже австралийца-оператора, он отдал распоряжение приготовить для новоприбывших коктейли с ромом и открыть бутылку шампанского, дабы поздравить «счастливую новобрачную». Это дало ему повод лишний раз расцеловать Шелли в обе щеки.

Пока Доминик безудержно заигрывал с остальными, далеко не юными туристками, у которых от испуга глаза повылезали из орбит, Шелли опустилась в плетеное кресло. Ожидая, когда ей выдадут ключ от гостиничного номера, придерживающаяся левых убеждений школьная учительница музыки по классу гитары печально размышляла о том, не арестует ли ее Полиция Шикарных Нравов («Извините, мадам, у вас слишком затрапезный вид, чтобы вращаться среди французов!»). Но тут ее взгляд выхватил из толпы некогда очень известного, а теперь порядком подзабытого и изрядно увядшего рок-музыканта, который подошел к стойке портье. Музыкант этот относился к той породе знаменитостей, что была ей хорошо знакома: такие типы раздражаются, когда вы их узнаете, и готовы совершить самоубийство, когда вы не обращаете на них внимания.

– Наверное, собирает материал для нового альбома, – высказала предположение Габи. У режиссерши от вожделения усилилось слюноотделение при мысли отом, что, возможно, ей повезет и она попутно заснимет пару-тройку знаменитостей в пляжном обмундировании.

Шелли с трудом сдержала улыбку. Любому музыканту известно, что «собирать материал для нового альбома» на самом деле означает «кому ты нужен со своим старьем».

Вся эта несуразная публика в шортах если и состояла из звезд, то давно потухших. Похоже, что отель «Лазурная бухта» предлагал визу в Страну Красивой Жизни любому жителю Отстой-Сити. Осмотревшись, Шелли сделала вывод, что рекламный перечень гостивших в отеле знаменитостей мог похвастать лишь стандартным набором сексуальных изгнанников (известных также как голливудские кинопродюсеры), партнеров-совладельцев рекламных агентств (от перечисления которых становилось тошно), бывших диктаторов, звезд мыльных опер и порноиндустрии и той разновидности теневых предпринимателей, которые, стоит выдвинуть против них обвинение в коррупции, тотчас ссылаются на хроническое заболевание, а на самом деле млеют на курортах, оседлав на мелководном краю бассейна гигантские надувные бананы. Шелли с облегчением вздохнула: уж кому-кому, а ей никак не грозит подцепить звездную чесотку.

С нетерпением ожидая встречи с Китом, она торопливо выхватила у портье ключ, закинула на плечо свой маленький черный рюкзачок и рискнула вынырнуть под палящее тропическое солнце, заметив возле бассейна еще большее количество «еврохлама». У бара для купальщиков ее обрызгали резвившиеся в воде не первой молодости красотки – такие обычно рассказывают юным бой-френдам, как когда-то спали с Миком Джаггером. Рядом на песке поджаривались их более юные прототипы – пляжные киски, готовые слизывать икру с ягодиц богатых извращенцев, предлагающих им побарахтаться в постели. Все до единой были топлесс – от девочек-подростков до их бабушек. В голове Шелли мелькнула мысль, что лучше поторопиться и найти своего Бога Любви, прежде чем его подцепит стареющая наследница, соблазнивличной взлетно-посадочной площадкой для вертолетов. Габи легонько ткнула ее в спину:

– Будь сдержанной и неприступной с Китом, договорились? Будь вежливой и спокойной. Мужикам это охренительно нравится!

Шелли задумчиво кивнула в ответ и в следующее мгновение увидела своего мускулистого Адониса в микроскопических плавочках черного цвета, загоравшего на лежаке. Она снова удивилась его скульптурным брюшным мышцам и широким плечам – на них без труда поместился бы весь запас прихваченного ею на отдых чтива: от Джейн Остин до Эмиля Золя.

– Подожди! Камера еще не готова! – крикнула Габи, но Шелли, пропустив мимо ушей предупреждение, устремилась к Киту – по своей широте ее улыбка вполне могла посоперничать с его плечами.

– Привет! Я здесь впервые. Где тут твое бунгало?

Сдвинув на нос очки типа «секретный агент», Кит посмотрел на нее с выражением абсолютного равнодушия, как будто не узнал.

– Это я, – уныло произнесла Шелли, пав духом, – твоя жена.

Кит продолжал смотреть на нее как на пустое место.

– Серьезно, где наша комната? – повторила Шелли уже более решительно и потрясла ключом перед его носом. – Мне срочно надо принять душ.

– Разве тебе не сказали у стойки портье? Я взял нам отдельные номера, – зевнул Кит. – Мы ведь не слишком хорошо знакомы.

– Верно, зато мы уже женаты, – возразила Шелли. – Да, редкими способностями нужно обладать, мистер Кинкейд, чтобы так ловко увиливать от исполнения супружеских обязанностей!

вернуться

3

Прекрасный организатор (фр.)

вернуться

4

Харчевня (фр.)

12
{"b":"415","o":1}