ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Посредники на переговорах! – Шелли изобразила умильную улыбку. – О, если бы вы знали, как я рада вас видеть! – В ее сторону, словно рой мух, тотчас устремились подозрительные взгляды. – Хотя поначалу я было подумала: да, похитителям крупно не повезло! Не хотела бы я оказаться на их месте! Вам приходилось иметь дело с дочерью Пандоры? Уж поверьте, этот ребенок своими вопросами доконает кого угодно. Например, кто живет дольше? Бог, пасхальный кролик или Санта-Клаус? Есть ли у статуи Свободы под платьем трусы? Ваши мятежники вскоре сами спустятся с гор и будут на коленях умолять, чтобы вы взяли Матильду обратно вместе с ее папочкой. Черт, да они еще вам приплатят. А потом на радостях пригласят пропустить по стаканчику рома: «Давай, приятель, поживее, пока этот ребёнок не спросил у меня, где у дорог бывает конец».

Двое посредников не то чтобы улыбнулись, но по крайней мере подозрительное выражение исчезло с их физиономий. Один из них снизошел даже до того, что снял пиджак, под которым обнаружилась татуировка в виде свастики.

– А этот ее муженек! – не унималась Шелли. – Неудивительно, что Пандора предлагает мятежникам миллион зеленых, чтобы те ей вернули дочку, и еще больше, чтобы оставили себе Кита.

– Оставили, как же! Чтобы прикончили! – сказал тот, что был помускулистее. Его южноафриканский акцент попахивал охотой на буйвола и бильтонгом. – Дешевле будет, чем подавать на развод. – И он подмигнул ей, правда, как-то не по-дружески, с нехорошим намеком.

– «Пока вас не разведет костлявая», – глумливо ухмыльнулся второй, перекатывая во рту пожеванную сигару.

Вот оно что, ужаснулась Шелли. Одним прошением о разводе тут явно не обойтись. Уйти от Пандоры – значит подписать себе смертный приговор.

Реальность отрезвила Шелли подобно ушату холодной воды. В голове у нее роились мысли одна кошмарнее другой. Лишь одно она знала точно – она обязана отыскать Кита, прежде чем его найдут эти два терминатора. Но как? Который раз в жизни диплом консерватории оказывался ненужной, бесполезной бумажкой. Хорошо, допустим, она успеет добраться до лагеря мятежников раньше этих так называемых посредников, а что дальше? На денежки Пандоры не купишь любовь, но вот уступки в переговорах добиться можно.

Половые различия:

Юмор.

Мужчины считают, что женщины не умеют рассказывать анекдоты.

По мнению женщин, это потому, что сам по себе муж – уже, по сути, анекдот.

Глава 19

Мобилизация

Туризм сейчас требует не меньше человеческих жертв, чем трюки каскадеров, коррида или космические полеты. Да-да! Приезжайте на отдых во французские колонии! Обеспечьте сотрудникам моргов бесперебойную работу!

Такие мысли роились у Шелли в голове, когда она, войдя к себе в номер, заперла дверь.

Почему-то у нее сразу возникло ощущение, что в комнате кто-то есть. Она резко обернулась, и ее тотчас пронзил самый что ни на есть примитивный первобытный ужас, по спине забегали мурашки. Как только глаза привыкли к царившему в бунгало полумраку, выяснилось, что за ней пристально следит пара чьих-то глаз. Она порылась в ящике комода, где лежало нижнее белье, в надежде обнаружить там пистолет Коко. Нет, насилие было не в ее характере, но что еще остается делать, когда опасность в буквальном смысле дышит прямо в затылок?

Подавив в себе мысль о том, что, наверное, вот таким образом и появляются на свет серийные убийцы, она вытащила из ящика пистолет, взвела курок и прицелилась. Надо сказать, что у Шелли не было не только лицензии на ношение оружия, но даже разрешения на обучение стрельбе. Однако стоило ей почувствовать в руке приятную тяжесть металла, как она моментально ощутила себя хозяйкой положения. Что, в свою очередь, тотчас вынудило того, кто прятался в ее номере, заявить о себе.

– Черт! А я-то думала, куда подевался мой пистолет! – Шелли резко распахнула ставни и увидела Коко – та спряталась, сжавшись в комок, за кроватью.

– Отдай мне пушку! – потребовала девица, выпрямляясь.

– И не надейся, если не пообещаешь отвести меня в лагерь мятежников! – решительно возразила Шелли.

– Размечталась, – недобро усмехнулась Коко. – Туда пойду я, притом одна. Здесь повсюду на дорогах полицейские посты. Я пришла позаимствовать у тебя кое-что из одежды.

Только сейчас Шелли обратила внимание, что Коко сбросила свой камуфляж и надела ее собственное платье в цветочек. Причем на Коко, грустно отметила Шелли, этот легкомысленный наряд смотрелся великолепно.

– А теперь мне пора, – объявила переодетая террористка.

– Я с тобой. Кит находится в лагере, и его жизнь в опасности.

– Только при условии, что ты отдашь мне пистолет. – Шелли протянула ей оружие. Коко засунула пистолет в рюкзак, из которого виднелисьтяжелые армейские ботинки.

– Au revoir, cherie![14]

– А как же твое обещание? Ты дала слово, что отведешь меня к Киту.

– Тебе не хватит силенок, – презрительно фыркнула Коко, дополняя свой маскарадный костюм солнечными очками и широкополой шляпой. Открыв дверь, она осторожно ступила голыми пятками на песок и, убедившись, что ей ничего не грозит, направилась к пляжу.

Быстро побросав в рюкзак самое необходимое, Шелли бросилась ей вдогонку.

Глядя на пляж, с трудом верилось, что вчера на острове был мятеж и террористы держали на мушке заложников – на волнах, как обычно, покачивались лодки, в море было полно купающихся. То там, то здесь, вздымая за собой высокий гребень пены, проносились любители водных лыж. Отдыхающие с поразительной быстротой вернулись к прежнему образу жизни, словно ничего не произошло.

В одном Шелли не сомневалась: Кит был прав – чтобы прийти в себя после райских дней на тропическом острове, ей наверняка потребуется дополнительный отпуск. Господи, где они, ленивые дни в гамаке, о которых она грезила перед приездом сюда, на Реюньон? До сих пор вместо солнца и моря она только и делала, что сталкивалась или с ураганом, или с продажными полицейскими, или с похищениями, или с террористами, чьей сообщницей ее угораздило стать помимо собственной воли, или ее брали на мушку мятежники. И вот теперь она бредет к ним в самое логово, где ее ждут голод, дизентерия и колючая проволока концлагеря. Оставшиеся дни жизни она проведет в мучениях, а ненормальная психопатка-охранница с повадками лесбиянки будет выбивать из нее признания бутылкой из-под кока-колы.

В этой части острова песчаный берег, изгибаясь, тянулся от бухточки, где располагался отель, в сторону потухшего вулкана. Именно туда и направила свои стопы Коко – подальше от города, ближе к джунглям.

– Не смей преследовать меня, – прошипела она, обернувшись к Шелли примерно через четверть часа.

– Можно подумать, мне больше делать нечего. Я просто иду полюбоваться природой.

– Ах вот как? – съязвила Коко и указала на видневшуюся впереди реку, которая в этом месте впадала в море. – Тогда признайся, какие чувства ты испытываешь к крокодилам. Тоже мне нашлась любительница природы! Надеюсь, тебе известно, что на курорте можно взять напрокат маску для ныряния? Только вот почему-то не все маски возвращаются. Как ты думаешь, почему?

– Я не собираюсь добираться вплавь, Коко, – ответила Шелли, направляясь к скалистому выступу, к которому ураганом прибило одну из алюминиевых моторных лодок. – Видишь, от меня немало пользы.

Коко одарила ее презрительным взглядом: мол, от тебя такая же польза, как от вибратора, работающего на солнечных батарейках, в дождливый день. Тем не менее в лодку она села. Мотор несколько раз конвульсивно дернулся, однако завелся, и Коко взяла руль в свои руки. Фыркая и отплевываясь, лодка устремилась вдоль кромки берега. Вскоре впереди замаячил бегемот, при ближайшем рассмотрении оказавшийся броневиком. Коко повернула к рифу, туда, где пенились барашки волн. Утлая лодчонка со стоном и скрежетом неслась вперед. Шелли мутило, хотя она и пыталась не подавать виду. Куда там – сине-зеленый цвет лица, покрасневшие глаза и слипшиеся, влажные пряди придавали ей сходство с женскими портретами кисти Пикассо.

вернуться

14

До свидания, дорогая! (фр.)

57
{"b":"415","o":1}