ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Коловрат. Знамение
Как работать на идиота? Руководство по выживанию
Ноль ноль ноль
Вкусный кусочек счастья. Дневник толстой девочки, которая мечтала похудеть
Девушка с глазами цвета неба
Туве Янссон: Работай и люби
Никола Тесла. Изобретатель будущего
Calendar Girl. Лучше быть, чем казаться (сборник)
Вердикт
A
A

– Если другие Директора пожелают продемонстрировать свою поддержку, – твердо провозгласил Суверен, – то собравшиеся здесь люди должны это узнать, чтобы никто не смог лжесвидетельствовать о том, какого мнения о новом законе каждый из Директоров. Нет ничего плохого в том, что Директора выразят свое мнение здесь и сейчас. Поднятие рук не есть финальный акт поддержки и не отрицает возможности обсуждения прежде, чем закон будет официально принят.

Суверен своей нетерпеливостью невольно избавил Бертрана от необходимости настаивать на голосовании. Хотя такое голосование и правда не делало закон окончательным, но существующие распри между гильдиями и профессиями обеспечат его окончательное утверждение в дальнейшем.

Далтону не было необходимости ждать, когда Директора проголосуют. Он нисколько не сомневался в результате. Закон, только что оглашенный министром, был не чем иным, как смертным приговором одной из гильдий, и министр только что продемонстрировал Директорам топор палача.

Хотя они и не понимают причины, Директора увидят, как одного из них вышибли. Хотя лишь четверо из Директоров являлись мастерами гильдий, другие тоже были весьма уязвимы. Ростовщиков могли вынудить снизить проценты или вообще запретить их деятельность, торговцев – изменить маршруты и привычные рынки сбыта, а стряпчих и адвокатов – работать по расценкам, которые будут по карману даже нищему. Ни одна профессия не застрахована от появления нового закона, если ее представители чем-то не угодят министру.

Если сейчас Директора не поддержат министра, топор запросто может обрушиться на их гильдию или профессию. Министр призвал к открытому голосованию лишь для того, чтобы показать им, что топор не обрушится на них, если они сделают все как надо.

Клодина рухнула на стул. Она тоже поняла, что все это значит. Людям официально запрещалось заниматься строительными работами, если они не являлись членами гильдии. Гильдия устанавливала правила обучения, стандарты, расценки, занималась судебными разбирательствами, ежели таковые возникали, выделяла рабочих на строительство по мере необходимости, заботилась о больных и покалечившихся каменщиках, выплачивала пособия вдовам погибших при несчастных случаях на работе. Если неквалифицированным рабочим будет позволено заниматься строительством, члены гильдии потеряют свои преимущества. И это уничтожит Гильдию Каменщиков.

Для Линскотта это означает конец его карьеры. За то, что в бытность его Директором гильдия потеряла свои преимущества, каменщики отзовут Линскотта в мгновение ока. Неквалифицированные рабочие отныне смогут работать. А Линскотт станет парией.

Естественно, в конечном итоге строительные работы обойдутся дороже. Ведь неквалифицированный труд – он неквалифицированный труд и есть. Человек, отлично знающий свое дело и получающий за свой труд больше, в конечном счете обходится дешевле, а сделанная им работа безупречна.

Один из Директоров поднял руку, демонстрируя свою неофициальную, но по многим практическим соображениям окончательную поддержку нового закона. Остальные наблюдали за его рукой, как за кинжалом, вонзающимся в сердце человека. И этим человеком был Линскотт. Никто не хотел разделить его участь. Один за другим Директора поднимали руки, пока их не стало одиннадцать.

Линскотт, прежде чем покинуть зал, одарил Клодину убийственным взглядом. Ставшая пепельно-серой, Клодина опустила голову.

Далтон захлопал в ладоши. Это заставило всех оторваться от драматического зрелища, и гости тоже стали аплодировать Директорам. Стоявшие вокруг Клодины принялись поздравлять ее, говоря, какое великое дело они с мужем сделали для детей Андерита. Сплетники начали немедленно возмущаться эгоистическим поведением каменщиков. Скоро из желающих поблагодарить Клодину образовалась целая очередь, и все они также восхваляли министра культуры за его бескорыстную смелость.

Клодина пожимала руки с бледной улыбкой на лице.

Вряд ли Директор Линскотт отныне соизволит перемолвиться хоть словом с Клодиной Уинтроп.

Стейн глянул на Далтона с лукавой улыбкой, Хильдемара самодовольно ухмыльнулась ему, а Бертран хлопнул помощника по спине.

Когда все расселись по местам, арфистка приготовилась заиграть снова, но Суверен поднял руку. Глаза присутствующих устремились на него.

– Мне кажется, нам следует воспользоваться случаем и перед следующей переменой послушать то, что хочет нам сказать прибывший издалека чужеземец.

Надо полагать, Суверен с трудом боролся со сном и, прежде чем уснуть, хотел услышать Стейна. Министр снова поднялся и обратился к гостям:

– Дамы и господа, как вам всем известно, идет война. И у каждой из воюющих сторон есть свои аргументы, почему мы должны присоединиться к ней, а не к противнику. Андерит хочет лишь мира. Мы не испытываем ни малейшего желания видеть, как наши юноши и девушки проливают кровь в чужой битве. Наша страна уникальна, поскольку защищена Домини Диртх, так что нам нет необходимости бояться, что война придет на нашу землю. Но есть и другие соображения, не последнее из которых – внешняя торговля.

Мы намереваемся выслушать, что нам скажут Магистр Рал, Владыка Д’Хары, и Мать-Исповедница. Они намерены пожениться, о чем все вы, безусловно, слышали от наших дипломатов, вернувшихся из Эйдиндрила. Таким образом, Д’Хара объединится со Срединными Землями, образовав могучую силу. Мы с глубочайшим уважением ждем, что они нам скажут. Но сегодня мы имеем возможность услышать, что предлагает нам Имперский Орден. Император Джеган прислал нам из Древнего мира, что лежит за Долиной Заблудших, которая теперь, впервые за тысячи лет, открыта для прохода, своего представителя. Позвольте мне представить вам императорского посланца, мастера Стейна! – Бертран указал рукой на имперца.

Раздались вежливые аплодисменты, тут же смолкшие, едва Стейн встал. Имперец представлял собой весьма внушительную, грозную и поразительную фигуру. Он продел большие пальцы под ремень, на котором в данный момент не висело оружия.

– Мы ведем борьбу за наше будущее, примерно такую же, какую вы только что наблюдали, только более широкомасштабную. – Стейн взял небольшой кусок жесткого хлеба и могучими руками раздавил его. – Нас, человеческую расу – а в нее входят и добрые граждане Андерита, – медленно уничтожают. Нас отбрасывают назад. Душат. Нас лишают нашего предназначения, лишают будущего. Самой жизни. Точно так же, как ваши сограждане лишены работы из-за эгоистических гильдий, паразитирующих на других, лишая их работы и, следовательно, возможности прокормить детей, магия паразитирует на всех нас.

По залу пробежал шепоток. Люди растерялись и несколько заволновались. Некоторые опасались магии, но многие весьма уважали.

– Магия решает за вас вашу судьбу, – продолжал Стейн. – Обладающие магией правят вами, хотя вы и не давали на это добровольного согласия. У них есть могущество и власть, и они держат вас в своих лапах. Владеющие магией пользуются заклинаниями, чтобы причинить вред тем, кому завидуют. Владеющие магией причиняют вред и губят тех, кого боятся, кто им не нравится, кому завидуют. Да и просто для того, чтобы держать массы в напряжении. Владеющие магией правят вами, нравится вам это или нет. Не будь магии, разум человека мог бы расцвести. Пришло время простым людям самим определять свою судьбу, без того, чтобы над нами довлела магия, принимала за нас решения и определяла наше будущее. – Стейн развернул свой плащ. – Это скальпы тех, кто владел волшебством. Каждого я убил своими руками. Я помешал этим ведьмам и колдунам корежить жизнь нормальных людей. Люди должны бояться Создателя, а не каких-то там колдуний, чародеев или ведьм. Мы должны боготворить Создателя, и никого другого.

По залу пробежал одобрительный говорок.

– Имперский Орден уничтожит магию в этом мире точно так же, как мы уничтожили магию, разделявшую на протяжении тысячелетий народы Нового и Древнего мира. Орден победит. Человек сам должен определять свою судьбу. Даже без нашей помощи на свет рождается все меньше и меньше наделенных даром, будто сам Создатель, с его почти безграничным терпением, утомился от их мерзости. Древняя религия магии отмирает. Таким образом сам Создатель подает нам знак, что человеку пришло время отринуть магию.

57
{"b":"42","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Эрхегорд. Сумеречный город
Русское сокровище Наполеона
Невеста
Застигнутые революцией. Живые голоса очевидцев
Убийство Мэрилин Монро: дело закрыто
13 минут
Битва за Скандию
Почему мы так поступаем? 76 стратегий для выявления наших истинных ценностей, убеждений и целей