ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Оружейник. Приговор судьи
Динозавры и другие пресмыкающиеся
Наследие великанов
Патологоанатом. Истории из морга
Тарен-Странник
Один год жизни
Страсть к вещам небезопасна
Конец Смуты
Звание Баба-яга. Потомственная ведьма
A
A

Ни Чандален, ни кто другой не подозревали даже, что злился Ричард на то, что убило одного из них, а скорее всего, как он теперь понимал, двоих – и наверняка убьет больше.

Кэлен озабоченно посмотрела на него.

– Ричард, успокойся и возьми себя в руки. Кто эти люди?

Он никак не мог успокоить дыхание. И сердцебиение. И разжать кулаки. И привести в порядок скачущие мысли. Казалось, буквально все вышло из-под контроля. Подавленные страхи вырвались наружу и обрушились на него все разом.

Ему следовало сообразить раньше! Ричард мысленно поносил себя за упущение.

Но должен же быть способ помешать этому! Надо обдумать все как следует. Пора прекратить бояться того, что еще не произошло, и думать о том, как не дать этому свершиться.

И тут он осознал, что все уже случилось. И сейчас ему нужно искать решение.

Кэлен взяла его за подбородок и заглянула в глаза.

– Ричард, ответь мне. Кто эти люди?

Он с беспомощной яростью потер лоб.

– Это бака-бан-мана. Что означает «не имеющие хозяев».

– Теперь у нас есть Кахарин, и мы больше не бака-бан-мана, – сообщила, не двигаясь с места, Дю Шайю. – Теперь мы бака-тау-мана.

Не многое поняв из объяснения Дю Шайю, Кэлен снова обратилась к Ричарду. На сей раз в ее голосе прозвучали раздраженные нотки.

– Почему она говорит, что ты ее муж?

Мысли Ричарда уже были так далеко, что ему пришлось сосредоточиться, чтобы понять, о чем спрашивает Кэлен. Она не понимала всей сложности задачи. Для Ричарда вопрос Кэлен казался совершенно незначительным. Давняя история. Пустяки по сравнению с нависшим над ними будущим.

Он нетерпеливо попытался ее успокоить.

– Кэлен, это совсем не то, что ты думаешь.

Она облизнула губы и вздохнула.

– Отлично. – Зеленые глаза смотрели прямо на него. – Тогда почему бы тебе не объяснить мне толком?

– Ты что, не видишь? – Охваченный нетерпением, он указал на Дю Шайю. – Это древний закон! Согласно древнему закону, она моя жена! Во всяком случае, она так считает.

Ричард сдавил пальцами виски. Голова гудела.

– У нас крупные неприятности, – пробормотал он.

– У тебя вечно крупные неприятности, – хмыкнула Кара.

– Кара, прекрати, – сквозь зубы процедила Кэлен и снова обратилась к Ричарду: – Ричард, да о чем ты толкуешь? Что вообще происходит?

В голове проносились отрывки из дневника Коло.

Он никак не мог собраться с мыслями. Мир трещит по швам, а ее интересует прошлогодний снег. Поскольку он совершенно ясно видел кошмарную перспективу, то никак не мог понять, почему Кэлен этого не видит.

– Ты что, не видишь?

Мысли Ричарда бешено метались, перебирая призрачные возможности, пока он пытался сообразить, что же делать дальше. Время стремительно ускользало. Он даже не знал, сколько его осталось.

– Я вижу, что ты ее обрюхатил, – заявила Кара.

– После всего, что мы пережили вместе, ты обо мне такого чудесного мнения, Кара? – сурово поглядел на Морд-Сит Ричард.

Кара ехидно скрестила руки на груди и не ответила.

– Подсчитай сама, – сказала Каре Кэлен. – Когда эта женщина забеременела, Ричард был пленником Морд-Сит в Народном Дворце Д’Хары.

В отличие от эйджилов, что носил на шее Ричард в память о двух женщинах, отдавших за них с Кэлен жизнь, Кэлен носила эйджил Денны, той Морд-Сит, что по приказу Даркена Рала пленила Ричарда и мучила чуть ли не до смерти. Денна решила сделать Ричарда своим партнером, но никогда не рассматривала это как брачные отношения. Для Денны это был всего лишь еще один способ мучить и унижать его.

В конце концов Ричард простил Денне то, что она с ним делала. Денна, зная, что он убьет ее, чтобы убежать, отдала ему свой эйджил и просила помнить о ней не просто как о Морд-Сит. Она попросила его разделить с ней ее последний вздох. Именно благодаря Денне Ричард стал понимать этих женщин и сочувствовать им, а поэтому и стал единственным человеком, которому удалось вырваться от Морд-Сит.

Ричард удивился, что Кэлен уже все подсчитала. Он не ожидал, что она усомнится в нем. И ошибся. Кэлен, казалось, прочла, о чем он думает, по его глазам.

– Это делается чисто автоматически, – шепнула она. – Понимаешь? Ричард, пожалуйста, объясни, что происходит.

– Ты ведь Исповедница. Ты знаешь, насколько по-разному заключаются браки. Кроме тебя, все Исповедницы выбирали себе супругов, исходя из своих собственных соображений, только не по любви, и перед тем, как выйти замуж, применяли к партнерам свою магию. Мнение мужчины никого не интересовало, верно?

Исповедница выбирала себе мужа примерно по тому же принципу, как выбирают хорошего производителя. Поскольку магия Исповедницы уничтожала избранного мужчину как личность, то, как бы ей того ни хотелось, при выборе мужа для Исповедницы любви места не было. Исповедница избирала супруга, исходя из тех качеств, которые он мог передать дочери.

– Там, откуда я родом, – продолжил Ричард, – зачастую супругов своим детям выбирают родители. В один прекрасный день отец может сказать: «Вот этот будет твоим мужем» или «Вот эта будет твоей женой». У разных народов разные обычаи и обряды.

Кэлен быстро глянула на Дю Шайю. Взгляд ее остановился дважды – сначала на лице, потом на животе.

Когда глаза Кэлен вновь обратились на мужа, взгляд их внезапно стал ледяным.

– Ну так расскажи мне о ее законах.

Кэлен бессознательно теребила висящий на золотой цепочке темный камешек, подаренный Шотой. Ведьма совершенно неожиданно пожаловала к ним на свадьбу, и Ричард отлично помнил ее слова.

«Это мой подарок вам обоим. Я делаю это из любви к вам и ко всем остальным. Пока ты будешь носить это, у тебя не будет детей. Празднуйте ваш союз и вашу любовь. Теперь вы заполучили друг друга, чего всегда и хотели. Хорошенько запомните мои слова – никогда не снимай этот камень, когда будете вместе. Я не позволю ребенку мужского пола, родившемуся от этого союза, жить. Это не угроза. Это обещание. Но если ты забудешь о моей просьбе, я вспомню о своем обещании».

Ведьма тогда заглянула Ричарду в глаза и добавила: «И лучше тебе сразиться с самим Владетелем Нижнего мира, чем со мной».

Изящный трон Шоты был обтянут кожей опытного волшебника, заступившего Шоте дорогу. Ричард мало что знал о своем врожденном даре. Он не слишком верил словам Шоты, что их ребенок будет чудовищем, способным уничтожить мир, но пока что они с Кэлен решили прислушаться к предупреждению ведьмы. Да и выбора у них не было.

Ласковое касание пальцев Кэлен напомнило ему, что она ждет ответа.

Ричард усилием воли заставил себя говорить медленно.

– Дю Шайю – из Древнего мира, что по ту сторону Долины Заблудших. Я помог ей, когда сестра Верна везла меня в Древний мир. Другое племя, маженди, захватили Дю Шайю в плен и собирались принести в жертву. Они держали ее в заточении много месяцев. А их мужчины развлекались с нею, как хотели. Маженди ожидали, что я, будучи волшебником, помогу им принести ее в жертву в обмен на беспрепятственный проход по их землям. Но я освободил Дю Шайю и надеялся, что она проведет нас по своим родным болотам, поскольку мы теперь не могли идти по землям маженди.

– Я предоставила людей, которые в целости и сохранности провели Ричарда и ведьму по болотам до большого каменного дома ведьм, – сообщила Дю Шайю, будто это проясняло ситуацию.

Кэлен лишь заморгала.

– Ведьму? Дом ведьм?

– Она говорит о сестре Верне и Дворце Пророков, – пояснил Ричард. – Они позволили нам пройти по их земле не потому, что я освободил Дю Шайю, а потому что осуществил древнее пророчество.

Дю Шайю подошла и встала рядом с Ричардом, словно будучи в своем праве.

– В соответствии с древним законом Ричард пришел к нам и танцевал с духами, доказав таким образом, что он Кахарин и мой муж.

У Ричарда создалось впечатление, что Кэлен прямо-таки взъерошилась.

– Что это значит?

Ричард открыл рот, подбирая слова, но Дю Шайю, вздернув подбородок, заявила:

66
{"b":"42","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Билет в один конец. Необратимость
Половинка
В тени баньяна
Мерзкие дела на Норт-Гансон-стрит
Никаких принцев!
Так случается всегда
Автономность
Музыка ветра