ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Редкие аплодисменты.

Ван судорожно вцепился в край льняной скатерти. Боже ты мой, так вот почему они настаивали, чтобы он явился на банкет! Обязательное охлопывание. Программиста скрутил мандраж. Щека задергалась. Пощипывало пострадавшие нервы, прорастающие обратно сквозь костный цемент.

– И героический заместитель директора БКПКИ по технической части Дерек Вандевеер!

Ван с трудом поднялся на ноги. К изумлению и трепету его, зал огласился громовыми аплодисментами. Так громко в этот вечер не хлопали ещё никому. Почти неистово. Кто-то даже свистел – это оказался Майкл Хикок, сидевший за одним столом с техниками БОРАРЭ. Замолк он лишь через добрых восемь или девять секунд после того, как в зале воцарилась тишина.

Ван сел. Лицо его пылало. И что это было? Неужели он действительно так славно поработал? Не может быть. Это унизительное позорище с КН-13… Ван ошалело глянул на сидевшую за другим столом Дотти. Та едва не лопалась от счастья.

Когда банкет близился к концу, Ван подошел к жене.

– Ты слышала, как они хлопали? – спросил он. – Или мне померещилось?

Дотти покачала малыша на руках.

– Ой, милый, мы с Тедом так тобой гордимся!

– Пойдем отсюда. Просто жуть какая-то.

– Ты обещал Тони, что заглянешь на взлетное поле и поможешь с пробным полетом.

Ничего подобного Ван не обещал.

– Пошли, разомнем ноги. Лебедей покормим или ещё что.

– О нет, не сейчас! Мне придется пропустить ещё по бокальчику на большой веранде в компании церэушных жен, – сообщила Дотти. – Они мне рассказывают потрясающие истории про мужа, которого я никогда не знала.

– Никакие они не «церэушные жены», милая. Эта рыжая дылда – точно. Ну, та, что на ногах не держится. По-моему, она была знакома с твоей мамой!

ГЛАВА 12

«Эрлетт-хаус», штат Виргиния, март 2002 года

У Вана не оставалось иного выбора, как добираться до самолёта пешком. Идти пришлось неожиданно долго. «Эрлетт-хаус» окружали самые настоящие поля, поросшие историческими сельскохозяйственными культурами Восточного побережья. Что это за дрянь такая высокая? Лен? Хмель? Конопля? Ван понятия не имел.

Жаждавшие рекламы ребята из БОРАРЭ приволокли с собой весь объединенный штаб сил спецназначения: палатки, конторки, бинокли для наблюдателей, лазерные дальномеры и паукообразные антенны широкого диапазона. Пожалуй, они немного увлеклись, но лучшей возможности показать себя перед толпой федералов у БОРАРЭ не будет никогда. Ван рассеянно помахал рукой Хикоку. Тот постучал по диспетчерскому шлему и показал поднятые большие пальцы.

Ван поднялся по трапу. Реактивный самолёт был пугающе громаден. В салоне могло бы поместиться два десятка человек, если бы кто-нибудь взял на себя труд вышвырнуть порнографические кушетки, обтянутые белой кожей, и плазменные дисплеи с диагональю в двадцать три дюйма.

Итак, он на борту полностью заправленного частного реактивного самолёта. Ничего сложного. Если бы он ещё умел управлять машиной, через пару минут мог бы уже таранить Белый дом. Ван прошел в кабину. Дверь не запиралась, и пилота за штурвалом не было. На борту вообще не было ни души живой, кроме Тони Кэрью.

– Где твой пилот? – осведомился Ван. – В БОРАРЭ меня уверяли, что оставят на борту полдесятка, а то и десяток инженеров!

Тони приложил палец к губам:

– Тш-ш-ш!

Ван никогда раньше не бывал в кабине самолёта. На «боинге бизнес-джет» стояли два пилотских кресла, со вкусом обтянутых натуральной овчиной, и два черных пластмассовых штурвала в окружении шести мерцающих синим мониторов. С трёх сторон Вана окружали стеклянные панели окон.

– Тони, ты ещё и пилот? – спросил Ван. – Когда ты успел лицензию получить?

– Да ну, Ван! Кому нужна эта лицензия? Этой штукой умеет рулить даже Джон Траволта. Ею могут управлять вшивые аль-каедовцы из дикого Йемена! Ничего сложного. И вообще чьё это шоу? Банды хулиганов из БОРАРЭ? С какой стати уступать им всю славу?

Ван промолчал. Ему не нравилось, куда клонит его приятель. Он втиснулся в кресло второго пилота. Перед ним сверкала огнями чащоба переключателей и стрелок. Тяжелая, на две руки, рукоять газа походила на огромный желтый кран с пивом. Па спинке кресла крепились кодоскоп и откидной экран.

– Я сам пригнал его из Колорадо, – признался Тони. Даже не вспотел. Мне пришлось уволить пилота. И от кожаной обивки придется как-то избавляться. Понимаешь, я его продаю. Самолёт покупает правление партии «Бхаратья Джаната». В Индии его будут использовать для предвыборных кампаний.

– Шутишь.

– Индусы умеют всякие веселые фокусы проделывать с самолётами, когда им не мешают добрые старые инструкции ЕАА. Для деревенских избирателей в Индии реактивный самолёт – это чистое волшебство. Они его перекрасят в зеленый, белый и оранжевый. Разукрасят, как священную корову на параде. Накачают в топливный бак люминесцентной краски с блестками и заткнут за пояс флотских «голубых ангелов»[62]. Его лучшие дни ещё впереди. – Тони похлопал по приборной доске. В свете альтиметров лицо его окрасилось грустью.

– Зачем тебе продавать самолёт?

– А как ты думаешь? Приходится. В каком-нибудь другом, лучшем мире я лихой пилот-частник. Гоняю машину от Бомбея до Дубая. Загружаю свою птичку золотыми цепочками и браслетами. Держу счета у ребят из хавалы[63]и коплю на новый самолёт. Так, кстати, болливудские фильмы финансируют… да, знаешь, ну его. Дурацкое дело нехитрое. Романтика контрабандистов, да? Это не жизнь на грани прогресса.

Тони ссутулился в пилотском кресле.

– На всём белом свете в эксплуатации находится только шестьдесят один такой самолёт. И мой – единственный, на котором можно летать по Интернету. – Он поднял блокнот. – Нет, правда! Это же сегодняшний план полета, так? Двадцать минут, и практически всё это время – на автоматике.

Ван потер щеку. Та подергивалась. На автоматике? Едва ли. Условия опыта требовали, чтобы Майкл Хикок стоял в постепенно сгущающихся сумерках с пластмассовой штуковиной, явно переделанной из нинтендовского джойстика. Честно сказать, нинтендовские джойстики отлично подходили для этой цели. Исключительно надежный интерфейс. Взревели моторы.

– Ван, политика требует дать людям зрелищ! – гаркнул Тони. И мы им сейчас дадим зрелищ! Ты подумай, какие слухи они разнесут на хвосте! «Я был в Виргинии, и Дерек Вандевеер стащил с небес реактивный самолёт!»

Ван уставился на него.

– Ты знаешь, что мне больше всего нравится в твоем пульте дистанционного управления? – проорал Тони, перекрывая вой турбин. – Что его не видно! Если бы мы не знали, то решили бы, что в самолёт бес вселился!

Он вырулил на взлетную полосу. Моторы упивались горючим, и самолёт быстро набирал скорость. Колеса оторвались от бетона. Они взлетели.

– Груза нет, – заметил Тони, – мы на борту одни. Наша птичка легче перышка. Не надо так нервничать, Ван. Я тебе говорю, это просто пикник. Можем уйти в салон и смотреть там порнушку.

К Вану вернулся дар речи:

– Не думаю, что в Индии порнушка будет пользоваться успехом.

– Люди везде одинаковы, Ван. Я что хочу сказать – вот представь, что ты живёшь в стране богатых магараджей, торговцев влиянием, нечестных выборов и продажных бухгалтеров. В стране софтверных гигантов и чудовищного разрыва между сверхбогачами и низшим классом. В стране, где в династиях политиков сын следует по стопам отца. В стране, измученной мусульманскими террористами. Это не наша страна? Обалдеть, дайте две.

Самолёт заложил вираж. Ван осмелился глянуть в черную плиту окна. Может, он и переживёт этот рейс.

– Давай покажу кое-что натурально крутое, – проговорил Тони и зашарил под креслом. – Смотри, пилоту положена собственная пушка. – Он вытащил курносый револьвер «смит-и-вессон». – Господи боже, пилот с пистолетом. Чувствуешь себя намного уютнее, да?

вернуться

62

Группа пилотов-асов флотской авиации, совершающих демонстрационные полеты.

вернуться

63

Неофициальная банковская система, действующая исключительно на доверии; распространена в странах Востока и Южной Азии.

57
{"b":"421","o":1}