ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я добываю для тебя хлеб с маслом!

– Другие мужья тоже добывают, но по ночам они дома!

– Тогда, значит, они умнее меня!

Пэтти сказала, что, если ничего не изменится, она подаст документы на развод.

Фрэнк не мог отвязаться от этих мыслей, пока Билли жаловался на то, что Майк разоряет «Мустанг».

– Это не мое дело, – сказал он Билли. – У тебя проблемы с Майком, так и решай их с Майком.

Отличный совет.

Три дня спустя Майк поймал Фрэнка в баре и сказал, что они должны поговорить с Билли.

– Этот парень на меня наезжает. Представляешь? Во беспринципиальный тип!

– Беспринципный.

Майк мигнул.

– Уверен?

– Уверен.

– Ведь принципиальный, а не принципный, – сказал Майк.

– Я встретил это слово в кроссворде, – сказал Фрэнк. В ожидании клиентов он много времени проводил разгадывая кроссворды. – И проверил по словарю.

– Все равно. Нам надо поучить этого чертова Билли.

– Майк, мне никого не надо учить, – сказал Фрэнк. У него было свое мнение на этот счет – Майк слишком вспыльчив. Никто не знает, чем это может кончиться, мысленно предостерег себя Фрэнк. Он решил, что лучше спустить все на тормозах.

Майк сел в лимузин Фрэнка, и они поехали в восточную часть города, где были склады. На всякий случай Билли привез с собой Джорджи О. Фрэнк остался за рулем, Джорджи О сел впереди, а Билли с Майком выясняли отношения сзади.

У Майка в голосе звучала обида.

Он обижен, подумал Фрэнк. Забавно – Майк искренне любил клуб, считал, что у него есть доля в «Мустанге», а тут Билли уведомляет (слово из кроссворда) его, что сам обижен.

– Билли, за что ты оскорбляешь меня? – спросил Майк. – Я лишь пытаюсь заработать на хлеб.

– И я тоже!

– Ну так зарабатывай! Кто тебе мешает?

– Ты мешаешь! Ты половину моих девочек посадил на кокаин. Ты обманом заставил их работать на тебя, сниматься в порно…

– Билли, тебе нужен кусок от этого пирога? Так? Почему же ты не сказал? Я возьму тебя в долю. Пришел бы ко мне, как человек, и сказал…

Однако Билли уже завелся, подумал тогда Фрэнк, совсем как Пэтти. Стоит только начать, и ей уже не до примирения, ей нужно выпустить пар. Вот и Билли как будто не слышит предложения Майка, а оно совсем неплохое. Да, ему бы лишь…

– Всюду копы, – продолжал Билли. – Мы можем потерять лицензию на продажу спиртного, а уж если мы заговорили о спиртном, Майк…

– Что?

– Счет за твою выпивку и выпивку твоей команды уже зашел за…

– Ты считаешь, сколько мы пьем, ты, чертово дерьмо?

– Потише, – вмешался Фрэнк. – Вы же друзья.

– Ты считаешь, сколько мы пьем? Дешевка, грош тебе цена, дерьмо…

– Эй, – не выдержал Билли.

– Ничего не «эй». Ты беспринципный тип. Если бы не я, у тебя не было бы этого чертова клуба.

– Вот так да, – отозвался Билли. – Я не просил тебя убивать Эдди.

Это ошибка, подумал Фрэнк. Не надо было это говорить. Майк совсем сошел с тормозов.

– Ты не просил? Ты не просил! – воскликнул Майк. – Тебе и не надо было просить, потому что я считал тебя своим другом, Билли, и если у тебя возникла проблема, то это была и моя проблема тоже. Он не просил.

– Майк, я думал, ты поговоришь с ним! Я не думал, что ты застрелишь его…

– Господи, кажется, я застрелил не того.

Фрэнк оглянулся и увидел револьвер в руке Майка.

– Стой, Майк!

– Это так, – сказал Майк, – я застрелил не того! Может быть, мне поступить с тобой так же, как я поступил с ним?

Джорджи О полез в карман.

Фрэнк одной рукой крутанул руль, выводя лимузин на обочину, а другой прижал руку Джорджи. Это было нелегко – Джорджи был крепким парнем.

Билли пытался открыть дверцу. Он все еще возился с ней, когда Майк открыл стрельбу. У Фрэнка зазвенело в ушах от трех выстрелов, потом он как будто оглох и лишь читал по губам Джорджи: «Господи!» Обернувшись, он увидел, что Билли привалился к дверце, его правое плечо все в крови, и на лице зияет дыра от пули.

Однако он дышал.

Фрэнк вырвал у Джорджи револьвер, положил его в свой карман и сказал:

– Давай, у меня есть полотенца в багажнике.

Он огляделся.

Машин не было.

Полицейских машин с сиренами, к счастью, тоже не было.

Фрэнк вылез из лимузина, открыл багажник, достал полотенца и подошел к задней дверце.

– Убирайся к черту, Майк.

Майк вылез, и Фрэнк занял его место. Он обернул полотенцем плечо Билли и еще одно полотенце прижал к ране на голове.

– Джорджи, иди сюда. – Великан хлопнулся на сиденье рядом. – Прижимай крепче. Не отпускай.

Джорджи О плакал.

– Джорджи, на это нет времени, – сказал Фрэнк. – Делай, как я говорю.

Фрэнк вылез, запихнул Майка на переднее пассажирское место, обежал машину и сел за руль, после чего нажал на газ.

– Куда ты, черт бы тебя побрал, едешь? – спросил Майк.

– В больницу.

– Он не выживет, Фрэнк.

– Это между ним и Богом. Ты уже сделал, что мог.

– Он расскажет.

– Не расскажет.

Билли не рассказал.

Билли знал правила. Он знал, что если ему повезло один раз и он выжил с дыркой в голове, то не стоит испытывать судьбу во второй раз. Поэтому он выдумал свою историю. Мол, выходил из клуба, и какой-то наркоман попытался его ограбить. Парня он не видел.

С тех пор он ничего и никого не видел. Пуля задела какой-то нерв, и Билли навсегда ослеп.

– Ты должен ему заплатить, – Фрэнк сказал Майку. – Билли сохраняет свою долю в клубе, и ты отчисляешь ему от своих доходов, как говорил.

Майк не стал спорить.

Он понимал, что Фрэнк прав, к тому же Фрэнку всегда казалось, что Майк сожалеет о содеянном, хотя он никогда в этом не признавался. Итак, Билли сохранил за собой клуб «Мустанг», однако, выйдя из больницы, стал редко показываться на людях. Какая радость слепому от стриптиза?

Билли Брукс держал рот на замке.

Тревожиться стоило из-за Джорджи О.

Во всяком случае, Майк тревожился.

– Проклятые копы так и шныряют, – однажды вечером пожаловался Майк. – Им известно, что Билли все выдумал, и они хотят нас прижать. Мыто с тобой, Фрэнк, выстоим, а вот Джорджи – не знаю. Ты как, можешь представить, как он поведет себя на допросе?

Нет, подумал Фрэнк, не могу.

– Кстати, спасибо, – сказал он, – что сделал меня соучастником в покушении на убийство.

– Все мой характер. Что будем делать с Джорджи?

– Копы еще не беседовали с ним?

Майк покачал головой.

– Меня как раз и тревожит это «еще».

– Мы не можем убить его из-за «еще», – отозвался Фрэнк.

– Не можем?

– Майк, ты кончаешь его, и тогда между нами тоже все будет кончено. Клянусь Богом, я не с тобой.

Жизнь Джорджи О была спасена, и он продолжал служить вышибалой в клубе. Разница заключалась лишь в том, что теперь он работал на Майка, как прежде работал на Билли. Он даже стал встречаться с одной из танцовщиц, тощей малышкой по имени Мирна, и они как будто неплохо ладили.

Вроде бы на этом все должно было закончиться.

Ан нет.

Началась война стриптиз-клубов.

Фрэнку никогда не забыть, как он в первый раз увидел Биг Мака Макмануса.

Черт подери, такое никому не забыть. Когда в первый раз видишь входящего танцующей походкой, бритоголового, чернокожего гиганта ростом в шесть футов шесть дюймов, весом в двести пятьдесят фунтов, одетого в дашики из леопарда и помахивающего украшенной бриллиантами тросточкой, это зрелище вряд ли может выветриться из памяти.

Фрэнк вместе с Майком и Пэтом Уолшем сидел у стойки, когда в бар вошел Биг Мак. Он постоял у входа, примериваясь к новому окружению. Скорее, он позволил новому окружению примериться к нему, так будет точнее. Все в баре повернули к нему головы и застыли, не сводя с него глаз.

Даже Джорджи О смотрел на него снизу вверх. Биг Мак Макманус был на пару дюймов выше Джорджи, который, казалось, хотел что-то сделать, но не знал, что именно ему делать. Тогда он поглядел на Фрэнка, и Фрэнк качнул головой.

46
{"b":"423","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Затонувшие города
Идеальный маркетинг: О чем забыли 98 % маркетологов
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Тобол. Мало избранных
Будда слушает
Свинья для пиратов
Бывшие «сёстры». Зачем разжигают ненависть к России в бывших республиках СССР?
Верховная Мать Змей