ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Парень достал из кармана отмычку, быстро расстегнул наручники.

– Вам они нужны? – спросил Никита, держа две пары наручников в руках.

Илья отрицательно покрутил головой, разминая кисти рук. Петр никак не отреагировал на его вопрос.

Никита, позвякивая двумя парами наручников, удалился.

– Спасибо вам… – снова начал Илья.

– Благодарите Господа. Своим чудесным спасением вы обязаны только Ему, – бросил Амвросий, опершись на шест и тяжело поднимаясь со скамейки. – Мы же Его слуги. Пойдемте со мной, я укажу вам дорогу с кладбища. А то можете снова в лапы к ним угодить.

Ветер улегся, небо просветлело, на сердце стало веселее. Они шли с опирающимся на шест Амвросием по песчаной дорожке кладбища. Амвросий выглядел живописно в своей длинной черной рясе с большим золотым распятием на груди; длинные его волосы рассыпались по плечам. И словно не шест с выдвижным лезвием это у него в руке, а посох, а он древний пророк, устало бредущий по свету…

– Есть тропки на кладбище, – говорил Амвросий по пути, – по которым ходить опасно. Того и гляди, слуги дьявола похитят.

Некоторое время шли молча.

– Скажи, Амвросий, а почему вы не пользуетесь огнестрельным оружием? Ведь проще бы было из автомата шарахнуть по ним – и дело с концом. Сейчас ведь все можно достать.

– Да, возможно, проще. Но ночью в темноте стрелять довольно сложно. Мы используем приборы ночного видения в основном для слежения. А если на кладбище поднимется стрельба, это привлечет милицию. Чудь из тех же соображений не применяет огнестрельное оружие. Хотя последнее время они уже заинтересовались этим кладбищем.

Они дошли до пересечения двух аллей.

– Вон, видите, аллея поворачивает – там главные ворота, сразу к троллейбусной остановке попадете, – сказал Амвросий. – А мне в другую сторону. Прощайте, братья, и благодарите Господа.

Он пожал всем руки.

– А все-таки спасибо, – сказал Илья.

Петр закивал, присоединяясь к благодарности.

– И на прощание я советую подумать, – устало сказал Амвросий, указывая перстом в грудь Ильи, – почему Атхилоп избрал именно вас?

Он повернулся и, прихрамывая, зашагал по кладбищенской дорожке.

Было уже совсем светло.

– Почему меня? – негромко повторил Илья, глядя вслед удаляющемуся Амвросию. – Действительно, почему?..

Они стояли, глядя вслед инквизитору, пока он не свернул на другую аллею. Тогда только они повернулись и пошли в указанном направлении.

– А я знаю, почему меня избрал, – шагов через десять с грустью промолвил Петр. – Знаю.

– Почему?

– Потому что я койку бригадира занять хотел.

– Я тоже часто хотел то, что мне не принадлежит…

Илья подивился точному замечанию Петра. Конечно, сколько раз он стремился к этой самой «койке бригадира», хотел вне очереди занять ее. И вообще сколько раз был нечестен. Может быть, по этому принципу Атхилоп отбирал себе жертвы… Хотя нет! Этого недостаточно. Неужели что-нибудь было в жизни Ильи более страшное?.. Но что? Что?!

И тут же другая здравая мысль врезалась в сознание: «Господи! Да какой Атхилоп?! Нет никакого Атхилопа и быть не может. Есть только сумасшедший живущий под городом народ. Банда свихнувшихся религиозных фанатиков, которые ради своих безумных религиозных целей приносят в жертву людей. Нет никакого подземного бога. Ведь это смешно подумать! Ведь это какие-то средневековые верования…» Эти неожиданно неизвестно откуда появившиеся мысли немного подняли Илье настроение. «Бог небесный Иисус Христос, конечно, есть. С этим кто же спорит. А Атхилоп… Какой Атхилоп?! Ну просто смешно!..»

Они свернули с Петром на указанную Амвросием аллею и метрах в пятидесяти увидели желтый каменный забор и ворота для въезда автотранспорта.

– Ну наконец-то, – облегченно вздохнул Илья.

Он был несказанно рад покинуть проклятое кладбище с его ужасами, где ему еще раз дохнула в лицо смерть. Казалось она ходила вокруг Ильи, возможно играя, дразня его. Заходя то с одной стороны, то с другой, откуда он не ждал… «Ку-ку» – и щекочет под мышкой. Глядь, а ее уже нет, только смрад остался и холодный пот и ужас лютый… Как я мог это пережить?! И снова – «ку-ку» – и снова костяшками делает «козу». И снова, глядь, а ее там нету. И успокаивается: прошло, пережил… Ан нет, выглядывает костлявая из-за угла и голеностопный сустав выставляет… И трах! Летит Илья. Ай-ай-ай!.. Чуть не под гусеницы трактора. И снова вздыхает: повезло! А курносая высовывается из окошка и снова – сбрасывает, подставляет, напускает… Все одно будешь мой. А когда… А когда? Не-ет, не говорит костлявая. Молчит.

– А ты, Петр, куда теперь? – спросил Илья, уже подходя к приоткрытым воротам.

– Да я к маме съезжу, а потом, наверное, в дурдом обратно попрошусь, привык я: в дурдоме-то там режим… О, смотри-ка, милиция приехала.

Он первый вышел с кладбища. Метрах в двадцати от ворот стояли три милицейские машины. Илья сообразил все мгновенно. Он схватил Петра за рукав пижамной куртки и резко втащил обратно.

– Давай сюда!.. – шипел Илья, утаскивая Петра с дорожки в сторону могил. – Скорее. Скорее…

Петр подчинился без особого энтузиазма.

– Ну это же милиция, – пробовал он возразить. – Ведь Петра они не тронут.

– Нельзя нам в милицию, пойми ты!.. Конец это нам…

Илья, пригибаясь, тащил Петра вдоль забора.

– Ну все, тихо, – приказал Илья, присаживаясь на корточки за надгробной плитой черного полированного мрамора. – Тихо сиди здесь, может, пронесет.

Илья услышал, как грохнули ворота. Он выглянул из-за плиты. Человек восемь милиционеров остановились возле ворот.

– Ваша пара в ту сторону вдоль забора, ваша – в другую. Мы по главной аллее, – распоряжался усатый, бывший, должно быть, за главного. – Обо всех происшествиях сообщать немедленно.

– А чего нам прятаться… – начал Петр, но Илья тут же зажал ему рот ладонью.

– Молчи, дурак… – зашипел он.

– Сам ты дурак, – обиделся Петр. – Петр не дурак… – тоже шепотом ответил он.

Илья осторожно выглянул из-за памятника. Двое милиционеров, неторопливо и внимательно оглядываясь вокруг, шли в их сторону.

«Ну все, – подумал Илья. – Влип!»

Глава 4

ЧАС УРОДА

(ЛИЧНЫЙ ТЕАТР ГЕНСЕКА)

Когда бомжи ушли, Сергей с Кариной привели квартиру в относительный порядок, после чего, усевшись за чаем в кухне, стали обдумывать создавшееся положение.

Если жлобы, ворвавшиеся в квартиру Сергея, могли быть продолжателями бандитского дела Китайца, где-то прослышавшими о том, что горбун имеет телепатическую связь со своим братом-близнецом, живущим под кладбищем у чуди, и с его помощью решившими докопаться до их несметных богатств, то кто тогда были чернявые люди, отбившие у них горбуна, и какие отношения были у них с Басурманом? Если предположить, что Басурман специально был заслан шпионить за ними из-за российско-гвинейского кордона, то здесь получалась совсем какая-то абракадабра. Засылать в другую страну шпиона со знанием только двух слов на русском языке – верх беспечности даже для такого незначительного государства. Возможно, конечно, было предположить, что Басурман знал русский язык, но из шпионской хитрости помалкивал об этом. Но тогда откуда он мог знать, что у них появится горбун? Словом, от этих размышлений, как и от бреда горбуна, ум заходила за разум. Было ясно только одно, что горбуна похитили (это, кстати сказать, очень радовало Карину) и то, что Басурман принимал в этом активное участие.

Причастность к похищению гвинейского жениха несколько огорчила Карину. Не то что она уж очень его любила, но апельсины!.. Да, апельсины Карина любила с детства, а Басурман знаками клялся, что у них там апельсинов завались. Во! И резал ребром ладони по горлу. Может, конечно, он имел в виду не апельсины. Кто его знает?! Может быть, этим жестом подразумевал борьбу коренного населения страны за независимость, казнь жены за неверность или свою любовь к Карине… Господи! Да что угодно! Но Карина почему-то была уверена всегда, что говорит он именно об апельсинах. И конечно, ей стало обидно, что жених променял ее на сумасшедшего горбатого урода. Этим задевалось ее женское самолюбие.

48
{"b":"427","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Право на «лево». Почему люди изменяют и можно ли избежать измен
Ненависть. Хроники русофобии
Книга земли
В логове львов
Правило 5 секунд. Как успевать все и не нервничать
Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках
Тайная опора. Привязанность в жизни ребенка
Как сильно ты этого хочешь? Психология превосходства разума над телом