ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Да вроде похож, – пожал плечами Сергей.

– Я тебе точно говорю, Туз, вон и родинка…

– Это, наверное, дефект пленки. Откуда Марку Анатольевичу – такому приличному человеку – знать этого головореза?..

– Не знаю. А только это точно Туз.

Они положили фотографии на место и продолжили обыск.

Сначала в куче хлама, лежавшего на полу, Сергей не заметил игрушку и пронес луч фонаря мимо, но потом вернулся и, наклонившись, поднял.

– Это что, игрушка какая-то? – спросила Карина, присматриваясь. – А почему у нее лицо все разрисовано?..

– Ее лицо разрисовано так же, как были разрисованы лица убитых Петрушкой людей. Подобные разрисованные куклы я находил еще, что характерно, на месте преступлений. Это его след. Теперь для меня ясно… я уверен, что это логово Петрушки. Давай искать дальше.

Минут через пятнадцать из другой кучи тряпья Карина извлекла знакомый предмет.

– Это ботинок Ильи, – сказала она дрогнувшим голосом.

Сергей взял его и, повертев в свете фонаря, хорошенько рассмотрел.

– Нет, не Ильи, это мой ботинок. Это я отдал ему свои ботинки. Я привез их из Финляндии, когда ездил за наследством. Давай искать дальше, похоже, мы на правильном пути.

– Не хотелось бы, чтобы от Ильи осталась только эта память, – грустно сказала Карина.

Они обследовали второй этаж и чердак. На чердаке нашли еще две куклы с разрисованными лицами.

– Здесь ведь наверняка и подвал имеется, – сказал Сергей.

Они не торопясь, чтобы впотьмах не свалиться с крутой лестницы, спустились на первый этаж.

– Слушай-ка, к воротам машина какая-то подъехала, – бросив взгляд в окно, прошептала Карина.

Сергей выключил фонарь.

– Похоже, это он.

Они перешли в другую комнату, откуда шоссе с машиной видно не было – окно там выходило на другую сторону.

– Ты давай в кресло, что характерно, садись; а я возле двери встану. Если что, я его нейтрализую – толстяки неповоротливы.

Это были его последние слова, больше они не разговаривали.

Минут десять прошло в напряженном ожидании. Сергей находился в волнении. Вот сейчас откроется дверь и войдет убийца его отца… Боже! Сколько лет Сергей не мог поверить в его смерть, сколько лет искал его могилу в Китае, а она здесь… ну, он выпытает из него, где захоронены останки отца! И пусть только попробует не сказать!.. Пусть попробует!! Сергей вглядывался в темноту, напряжение, казалось, достигло своего апогея…

«Почему он не идет?! Почему не идет?! – думал Сергей, все тело его было напряжено, как струна. Но сомнения не оставляли его в покое. – Может быть, он заметил, что кто-то проник в дом?.. Но как?!. Почему он не идет?.. Почему не идет?..»

– Сергуня! – вдруг раздался тихий-претихий шепот Карины. – Сергуня, мне страшно… Ты здесь?

– Да, потерпи немного, – ответил он и тут же напрягся.

За дверью что-то зашуршало, звякнуло…

«Только бы Карина молчала!» – пронеслось в голове.

В замке заскрежетал ключ. Сергей сжал зубы. Дверь, раскрываясь, скрипнула – в комнату ворвалась струя холодного воздуха с улицы….

На темном фоне распахнувшейся двери вырос массивный силуэт человека. Он закашлялся, сделав шаг в комнату, захрипел и захлопнул за собой дверь…

Глава 2

ВЫКОВЫРИ ЕМУ ГЛАЗА!

Неожиданно под потолком вспыхнул свет, и Сергей с Кариной, вглядевшись, увидели того самого пузатого человека, изумленно глядящего на них.

– O! Вот и Петруха пожаловал! – воскликнула Карина из кресла, щурясь на вошедшего.

Но в следующий момент в руке Петрушки блеснул металлический штырь. Он поднял его над головой и с огромной силой обрушил на стоящего справа от него Сергея.

Это было настолько неожиданно для ослепленного светом Сергея, что он не успел сориентироваться – никто не мог предположить, что Петрушка сразу без разговоров бросится драться. Сергей только боковым зрением увидел, как что-то темное поднялось и с огромной силой начало опускаться на его голову… И не миновать Сергею смерти или по меньшей мере черепно-мозговой травмы. Но не зря семь лет он провел в монастыре Хаймань, да и Афганистан не прошел для него даром. В последний момент он бросил свое тело в сторону, и сокрушительный удар металлического предмета пришелся по плечу. Острая боль пронзила все тело. Сергей вскрикнул, от боли потемнело в глазах… Он тряхнул головой, чтобы сбросить с себя отупляющую муть… Это было как тогда, в Афганистане, когда его, оглушенного взрывом ручной гранаты, взяли в плен и трое моджахедов били его сапогами, не желая тратить на него пулю. Надеясь забить насмерть… И тогда Сергей нашел в себе силы стряхнуть эту муть от боли, когда уже все равно и с ужасом ждешь только следующего удара… Да и дело даже не в боли, а в том, что она подавляет волю человека, только этим страшна боль.

Глаза Сергея прояснились, и он увидел всего в десяти сантиметрах от своего лица железный штырь, в следующее мгновение готовый размозжить ему лицо… Но поздно. Сергей уже пришел в себя. Он уклонился в сторону… конец металлического оружия просвистел в миллиметре от уха, поставил блок, выбил железяку из руки Петрушки и встал против него в стойку.

– Я служил в спецназе, – прошипел Петрушка, зло глядя на Сергея.

– Ну, ты, Петруччо, у меня сейчас получишь! – вдруг раздался вопль Карины, и ее темный силуэт метнулся на Петрушку сзади.

Но тот, мгновенно повернувшись, без труда отбил летящую ногу, и Карина, взвизгнув, полетела обратно в кресло. Но этого мгновения хватило, чтобы Сергей сделал два удара ногой: один – левой по жирному пузу Петрушки, хотя этот удар, кажется, не имел большого успеха, и второй – с отмашкой сбоку, по челюсти. Петрушка тут же обмяк и рухнул как подкошенный.

– Как, не очень он тебя?! – встревоженный Сергей бросился к Карине.

– Терпимо, – потерла та бок. – Здоровенный бугай. Я уж думала, тебе, Сергуня, каюк.

Она, кряхтя, разогнулась.

– Нужно его связать, – Сергей поморщился, потрогав ушибленное плечо.

– Тебе бы медпомощь оказать, – сказала Карина, увидев, что сквозь прорванную на плече куртку проступает кровь.

– Ерунда. Петрушку связать нужно, а то очнется, снова бузить начнет.

Карина нашла в куче белья простыню и смотала ее жгутом. Сергей здоровой рукой рылся в другой куче белья, выискивая, что может пригодиться для «фиксации» бугая.

– Ты его, надеюсь, не убил?

Карина наклонилась к лежащему человеку, перевернула его с бока на спину и вгляделась в лицо с мирно закрытыми глазами. Сейчас в нем не было ничего ужасного, обычное лицо обрюзгшего от чрезмерного приема пищи и пива мужчины. Черные, сросшиеся на переносице брови, нос картошкой. Трудно было поверить, что это и есть жуткий убийца.

Карина, склонившись над ним, с интересом разглядывала его лицо.

– Слушай, Сергуня! – не разгибаясь, позвала она. – А какого цвета у него глаза?..

– Зачем тебе? – спросил Сергей.

– Да я так, хотела… – начала отвечать Карина, но вдруг смолкла.

Глаза лежавшего перед ней Петрушки внезапно широко открылись, как у куклы, словно не у живого человека, настолько механическим показалось Карине это действие. Это произошло так неожиданно, что у нее перехватило дыхание. Она даже не успела отшатнуться, как лежавший своими большими и сильными руками схватил склонившуюся над ним женщину за горло и, оскалив зубы, стал душить.

– Серые у меня глаза, – еле слышно рычал он сквозь сжатые от ненависти зубы. – Серые…

Карина прохрипела что-то нечленораздельное. Но тут Сергей, краем глаза увидевший непорядок, подскочил и рассчитанным ударом кулака лишил человека самочувствия. Карина, казалось, была близка к обморочному состоянию. Она с вытаращенными глазами и открытым ртом, держась за шею, отошла от лежащего, дыша так часто, как будто пробежала стометровку, и опустилась в кресло подальше от злодея, чуть не задушившего ее.

– Ну ты как? – Сергей обнял ее за плечи. Как же это было приятно ему. – Ну что, не очень сильно он тебя? Пойду ему добавлю.

67
{"b":"427","o":1}