ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Самые смелые исследователи древней истории казачества убеждены, что донцы освоили судоходство по Дону и Азовскому морю еще во времена Киевской Руси. Во всяком случае, их судоводительским опытом охотно пользовались московские князья и чины православной церкви. Известно, что в апреле 1389 года митрополит Пимен рекою Доном плыл на казачьих судах в Царьград и, надо полагать, вышел на них в Азовское море. Данных о морских походах и судостроении донцов в XV и в первой половине XVI века сохранилось чрезвычайно мало. Надо вспомнить, что архив древних актов Донского Войска сгорел в начале XVIII века. Но помимо пожелтевших от времени бумаг, есть и народная память. А она в огне не горит и в воде не тонет. И казачьему роду есть что вспомнить, если песни, сказки и предания оказываются посвященными морю.

Хотя как раз политико-географические условия, в которых приходилось плавать станичникам-мореходам, были очень неблагоприятные. В XV веке практически все побережье Черного и Азовского морей оказалось в руках турок. Казаки были для них самыми ненавистными соседями. Самый прямой и простой путь в море — по реке Дон — закрывал прочный «замок» — турецкая крепость Азов. Второй путь — по реке Миус в Донской лиман, а потом в пролив между Таманью и Керчью, где струги донских казаков «вынюхивали», как стая голодных борзых зайца, сторожевые корабли турецкого флота. Словом, чтобы быть моряком, донскому казаку нужно было обладать бесшабашной удалью.

Первое известие о крупной удаче донцов на море относится к 1574 году[8]. Казаки напали на Азов и сожгли Белгород — татарский город у Аккермана. Затем паруса донцов пугали турок и татар в 1578 году, в 1583, 1586 и 1590 году. Еще через год, в январе 1591 года, флотилия донских стругов прорвалась мимо береговых укреплений Азова и, перейдя море, дошла до Крыма. Высадив десант, казаки напали на татарский город Кафу. Видимо, морской набег оправдал риск, так как затем еще дважды, в 1595 и в 1599 годах, они тревожили крымское побережье.

Но с началом XVII века донцы надолго отвлеклись от морских дел. На Руси наступило «смутное время», и интерес казаков переключился на сухопутье. Там, в уделах Московского княжества, временно оказавшегося без твердой власти и защиты, каждому вольному молодцу находилось занятие. Кто грабил, кто рубился с иноземными оккупантами. Часто эти занятия совмещали. В общем, на морские походы времени не оставалось.

Когда, во многом не без помощи донских казаков, в Москве утвердилась молодая династия Романовых, станичники вернулись на родной Дон. Вновь застучали топоры, и на берегах запахло кипящей смолой: смолили корабельные канаты и корпуса стругов. Кавалеристы вновь превращались в мореходов. Но то ли казаки квалификацию утратили, то ли турецкая разведка оказалась на высоте — первый крупный поход, состоявшийся осенью 1614 года, закончился поражением. В Азовском море их струги подловил флот турецкого адмирала Шакшака Ибрагима-паши. Казаки уже возвращались с добычей в веселом настроении, предвкушая встречу с родными домами, когда прямо по курсу из морского тумана появились форштевни турецких кораблей…

Много стругов было потоплено пушечным огнем, много тонущих казачьих голов было рассеяно над волнами. Спастись удалось немногим. Турки одних пленных казаков наловили более 40 человек. Всех их ждала медленная смерть гребцами-невольниками на турецких каторгах.

Оправившись через год, донцы 12 дней безуспешно штурмовали крепость Азов. Убедившись в неприступности твердыни, они пошли на 70 стругах по второму пути — через реку Миус. Вырвавшись в море, они разграбили и потопили несколько турецких судов и вновь, высадившись на крымский берег, рыскали в предместьях Кафы. Но без особого успеха.

Уже первые два года морской войны донцов в начинающемся XVII веке заставили их атаманов-адмиралов сделать три неприятных открытия. Первое — в связи с неудачами Турции в войне с морскими европейскими державами, турецкие флотоводцы перенесли главное внимание на свои северные моря — Азовское и Черное. Если Средиземное море и южную Атлантику они вынуждены были делить или уступить испанцам, итальянцам, венецианцам, то казаков терпеть не желали. Второе — без флота запорожцев донцам успеха ожидать было очень трудно. А с запорожцами приходилось делиться изрядной долей добычи. Третье — взять у турок Азов Донскому Войску было так же необходимо, как удушаемому человеку сорвать с горла руку врага. Без этого донцам можно было забыть о море.

Неудачи не прекращались. Весной 1621 года объединенный отряд из 1300 донских казаков и 400 запорожских, с атаманами: Сулимой, Шилом и Яцком — отправились на Черное море — к берегам Турции. Но не загорать и купаться, а пограбить город Ризу и дворец местного паши. Горожане дали достойный отпор «викингам южных морей», казаки понесли сильные потери. Выйдя в море, их флотилия попала в сильный шторм, стихия погубила немало стругов. Но окончательно добил казачий флот турецкий адмирал, догнавший их малочисленные гребные суда на 27 галерах. Уставшие и израненные казаки не смогли принять бой, мусульмане расстреливали их суда, как мишени. Немногим удалось оторваться от погони. Из 1300 донцов домой вернулось менее 300. Из 400 запорожских — уцелело три десятка. Всего 8 стругов и «чаек» дошли до родных пристаней. Таких потерь казаки не знали давно, но их величина вызвала размах ответных мер. Дон казался неисчерпаемым в людских ресурсах.

В июне 1622 года 50 новеньких стругов с 1500 донцами смерчем прошлись по татарским и турецким берегам Крыма. Под Кафой захватили два турецких корабля и направились к Балыклее (Балаклаве). Затем появились у берегов Анатолии и совершенно опустошили Трапезунд. Окрыленные успехами, они взяли курс на запад — к Стамбулу. Вскоре от страха заволновались и рядовые жители столицы, и обитатели султанского дворца. Французский посланник в Стамбуле доносил в Париж о действиях донцов в деталях: «Казаки появились в 15 лье[9] отсюда на 30 лодках, чтобы захватить город Кодриа, расположенный в 6 лье от Черного моря в Натолии. Они оставили по себе следы разрушения и увели более тысячи пленных из Карамуссала».

Разумеется, вести с собой тысячу пленников, тысячу ртов, «православные крестоносцы» долго не могли. Поэтому, когда турки послали навстречу казачьей флотилии 16 галер и предложили за пленников выкуп, станичники страшно обрадовались. Они причалили к берегу и азартно торговались три дня. Пожалуй, согласись они сразу на предложенную цену, то с прибылью вернулись бы домой. Но всех и всегда губила жадность!

Турецкие корабли внезапно атаковали казачьи струги и прибрежный лагерь. 15 казачьих судов было сожжено или потоплено, все пленные отбиты силой, а сами казаки только убитыми потеряли более 400 человек (по другим данным, урон был больше — 18 челнов и более 500 трупов). Многие недавние пленниковладельцы сами стали невольниками. Лишь небольшая группа счастливчиков 8 августа 1622 года доплыла до Дона. Без добычи, славы и победы.

Тем же летом еще 800 донцов во главе с атаманом Исаем Мартемьяновым подкараулили идущий в Азов конвой транспортных турецких судов. Засада принесла успех — вблизи Азова станичники захватили корабль и две комяги[10]. 26 июля они вернулись с добычей и с тремя трофейными пушками.

Крепнущее Московское царство в начале 20-х годов XVII века стремилось взять реванш в борьбе с Польшей за поражения, полученные от нее в начале столетия. Искало союзников против католиков в лице мусульманской Турции. Дабы заручиться расположением Стамбула, русский царь пытался пресечь действия донцов против турок.

27 апреля 1623 года на Дону был созван Войсковой Круг, на котором прибывший из Москвы князь Белосельский зачитал царскую грамоту. В ней государь убеждал членов казачьего «парламента» не допускать нападений на мусульман. А чтобы доводы были действеннее — московский князь укрепил их наличным золотом и серебром.

вернуться

8

Хотя нет сомнений в том, что подобные события не раз происходили и ранее. — Примеч. авт.

вернуться

9

60 км. — Примеч. авт.

вернуться

10

Тип судов. — Примеч. авт.

12
{"b":"429270","o":1}