ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мрачное королевство. Честь мертвецов
Смерть на винограднике
Пустыня Всадников
Потерянный берег. Рухнувшие надежды. Архипелаг. Бремя выбора (сборник)
Семь нот молчания
Синий пёс
Кремль 2222. Чертаново
Гарет Бэйл. Быстрее ветра
Слезинка в янтаре
A
A

– Кто может наложить чары кажущейся смерти?

Старуха ответила не сразу. Ее выцветшие голубые глаза загорелись опасным блеском.

– Только волшебник, мой господин. Только волшебник, обладающий огромным могуществом и безграничными познаниями.

Ответный взгляд Брогана был тверд и столь же опасен.

– А в Эйдиндриле есть волшебники?

Старуха медленно улыбнулась. Глаза ее засияли. Порывшись в кармане, она бросила на стол монету, которая, немного покрутившись, замерла прямо перед генералом. Броган взял серебряный кружок и внимательно осмотрел.

– Я задал вопрос, старуха. И хочу получить ответ.

– Он у вас в руках, мой господин.

– Я никогда не видел таких монет. Что на ней изображено? Похоже на огромный дворец.

– О, так и есть, мой господин, – прошипела старуха. – Это место спасения и рока, волшебников и магии. Это – Дворец Пророков.

– Ни разу не слышал. Что еще за Дворец Пророков? Старуха улыбнулась ему, словно родственнику.

– Спросите у вашей колдуньи, господин мой. И она повернулась, собираясь уйти. Броган вскочил на ноги.

– Никто не разрешал тебе уходить, ты, старая беззубая жаба!

– Это из-за печенки, мой господин, – бросила она через плечо.

Броган оперся кулаками на стол.

– Что?!

– Люблю сырую печенку, мой господин. Наверное, от этого у меня со временем и выпали зубы.

– В этот минуту появился Гальтеро. Он обогнул старуху и девочку, идущих к двери, и отсалютовал.

– Господин генерал, разрешите доложить...

– Подожди!

– Но...

Жестом велев Гальтеро замолчать, Броган повернулся к Лунетте.

– Каждое слово правда, господин генерал. Она как водомерка, касается только поверхности. Но все, что она сказала, быть правдой. Она знает гораздо больше, чем говорит, но то, что говорит, – правда.

Броган нетерпеливо махнул Этторе. Юноша, подлетев к столу, замер по стойке «смирно».

– Господин генерал?

Глаза Брогана сузились.

– Похоже, нам попалась еретичка. Не хочешь ли ты доказать делом, что заслуживаешь право носить алый плащ, который сейчас на тебе?

– Очень, господин генерал!

– Прежде чем она выйдет из здания, перехвати ее и отведи в камеру. Она подозревается в ереси.

– А как быть с девочкой, господин генерал?

– Ты что, не слышал, Этторе? Девчонка – родственница еретички. К тому же нам совершенно не нужно, чтобы она бегала по улицам с воплями, что ее бабушку забрали Защитники Паствы. Ту, повариху, стали бы искать, а этих бродяжек никто не хватится. Теперь они наши.

– Слушаюсь, господин генерал. Я немедленно этим займусь.

– Я сам ее допрошу. И девчонку тоже. – Броган предостерегающе поднял палец. – И для них лучше, если они будут готовы правдиво ответить на все вопросы, которые я задам.

Этторе понимающе улыбнулся.

– Они сознаются, когда вы придете к ним, господин генерал. Клянусь Создателем, они будут готовы сознаться во всем.

– Отлично, парень, а теперь беги, пока они не вышли на улицу.

Едва Этторе рванулся с места, как Гальтеро нетерпеливо шагнул вперед, но не проронил слова звука.

Броган упал на стул и устало произнес:

– Гальтеро, ты, как всегда, поработал отлично. Свидетели, которых ты предоставил, прекрасно отвечали моим требованиям.

Отодвинув в сторону серебряную монету, Тобиас Броган раскрыл заветный футляр и аккуратно разложил на столе его содержимое. Это были отрезанные человеческие соски – с левой стороны груди, те, что ближе к сердцу еретика. Каждый был срезан с лоскутиком кожи, чтобы вытатуировать там имя жертвы. И принадлежали они далеко не всем раскрытым Броганом приспешникам Владетеля – только самым важным, самым упорным и злобным.

Укладывая их по одному обратно в коробочку, генерал читал имена сожженных. Он помнил каждого, помнил, как поймал его и как допрашивал. При воспоминании об их преступлениях, в которых они в конечном счете сознались, в нем разгоралась ярость. Он напомнил себе, что справедливость торжествовала всегда.

Но ему еще предстояло получить самый главный приз – Мать-Исповедницу.

– Гальтеро, – тихо произнес он, – я нашел ее след. Собирай людей. Мы отправляемся немедленно.

– Думаю, сначала вам стоит послушать, что мне удалось узнать, господин генерал.

Глава 11

– Это быть д’харианцы, господин генерал.

Убрав последний трофей, Броган закрыл футляр и посмотрел в темные глаза Гальтеро.

– И что они?

– Сегодня утром, когда они начали собираться, я заподозрил неладное и решил посмотреть. Именно из-за них в городе такой беспорядок.

– Ты говоришь – начали собираться?

Гальтеро кивнул.

– Вокруг дворца Исповедниц, господин генерал. А в полдень принялись петь.

Тобиас с ошарашенным видом наклонился к Гальтеро:

– Петь? А ты не запомнил слова?

Гальтеро сунул палец за ремень.

– Они пели часа два, не меньше. Трудно не запомнить, когда столько времени слушаешь одно и то же. Д’харианцы кланялись, стоя на коленях, и все время повторяли одни и те же слова: «Магистр Рал ведет нас. Магистр Рал наставляет нас. Магистр Рал защищает нас. В сиянии славы твоей – наша сила. В милосердии твоем – наше спасение. В мудрости твоей – наше смирение. Вся наша жизнь – служение тебе. Вся наша жизнь принадлежит тебе».

Броган побарабанил пальцами по столу.

– Все д’харианцы, ты говоришь? И сколько их в Эйдиндриле?

– Гораздо больше, чем мы думали, господин генерал. Они заполнили всю площадь перед дворцом, все соседние скверы и улицы. Яблоку негде было упасть, так плотно они стояли. Будто каждый хотел быть как можно ближе к дворцу Исповедниц. По моим подсчетам, их было около двухсот тысяч. Пока это продолжалось, жители были едва ли не в панике. Они не понимали, что происходит.

Гальтеро помолчал, потом продолжал:

– Я проехал вокруг города, и на окраинах их было еще больше, чем у дворца. И все, независимо от того, где находились, кланялись и пели как будто вместе с теми, что в городе. Я скакал быстро, проехал немало миль и не видел ни одного д’харианца, который бы не кланялся и не пел. Их голоса доносились со всех окрестных холмов. И никто не обращал на нас ни малейшего внимания, когда мы проезжали.

Броган задумался.

– Должно быть, он здесь, этот магистр Рал.

Гальтеро переступил с ноги на ногу.

– Он здесь, господин генерал. Пока они пели, все два часа, он стоял на верхней ступеньке главного входа дворца и смотрел.

И ему кланялись, словно он сам Создатель.

Рот Брогана скривился от отвращения.

– Я всегда подозревал, что д’харианцы варвары. Подумать только, молиться на обычного человека. А что было потом?

У Гальтеро, который весь день не слезал с коня, был усталый вид.

– Закончив петь, они принялись скакать и орать, как безумные, выражая свое ликование. Можно было подумать, что им только что удалось вырваться из лап самого Владетеля. Я успел проехать две мили, пока они веселились. Наконец солдаты расступились, на площадь вынесли два тела, и наступила тишина.

Сложили огромный костер, водрузили на него мертвецов и подожгли. И пока тела не превратились в пепел, этот их магистр Рал стоял и смотрел.

– Ты его разглядел?

Гальтеро покачал головой.

– Д’харианцы стояли слишком тесно, и я решил не пытаться протиснуться ближе. Они могли вообразить, будто я оскверняю их церемонию, и набросились бы на меня.

Поглаживая пальцем футляр, Броган погрузился в размышления.

– Правильно. Мне бы не хотелось, чтобы ты расстался с жизнью ради того, чтобы посмотреть, как выглядит этот человек.

Чуть поколебавшись, Гальтеро сказал:

– Вы скоро сами его увидите, господин генерал. Вас приглашают во дворец.

Броган строго поглядел на него.

– У меня нет времени на развлечения. Мы должны отправляться за Матерью-Исповедницей.

Гальтеро вынул из кармана какую-то бумагу и протянул генералу.

– Когда я приехал, делегация д’харианцев как раз собиралась войти в наш дворец. Я остановил их и спросил, что им нужно. Они дали мне это.

31
{"b":"43","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Создатели
Юная леди Гот и роковая симфония
Окаянная сила
Оживший
Любовь гика
Мертвые души
Останься со мной
Чарующее безумие. Клод Моне и водяные лилии