ЛитМир - Электронная Библиотека

– Белл, позволь представить тебе моего брата Виктора и его жену Регину, – сказал Михаил. – А это мой кузен Драко и Катерина, графиня ди Салерно.

– Очень приятно, – сказала Белл и показала жестом на последнюю пару. – Моя сестра Рейвен и Александр Боулд, маркиз Базилдон.

Дюжины лакеев принялись обслуживать гостей. Когда Белл почувствовала куриный запах, ее замутило, а от лосося и пряного соуса с каперсами в желудке начался настоящий бунт. Кое-как справившись с самыми легкими закусками, она отодвинула все остальное, надеясь, что никто не обратит на это внимание. И чем больше она будет говорить, тем труднее будет заметить, что у нее отсутствует аппетит.

– Александр – помощник знаменитого лондонского констебля Амадеуса Блэка.

– Как ваши расследования убийств? – спросил Виктор. – Дело идет к концу?

– Мы изучаем сейчас новые улики, – ответил Александр.

Услышав о маньяке, Белл невольно притронулась к своему шраму и вдруг заметила, что на нее пристально смотрит девушка за соседним столом.

– Кто эта блондинка? – шепотом спросила Белл князя.

– Синтия Кларк.

– Из «белокурой троицы»?

В черных глазах Михаила сверкнули веселые искорки.

– Такты уже слышала о них? – ухмыльнулся он и сменил тему. – Знаешь, Регина пишет романы. Многие ее книги уже опубликованы.

– Никогда не встречалась с живым автором! – воскликнула Белл. – О чем вы пишете?

Княгиня Регина улыбнулась:

– Примерно о том же, что Джейн Остен.

– Мне нравятся ее романы, – сказала Белл.

Рейвен кивнула:

– Мне тоже.

– Обожаю счастливый конец, – поддержала их графиня.

– Когда-нибудь моя жена напишет роман о чем-нибудь реальном, – поддразнил ее князь Виктор.

Четверо джентльменов улыбнулись, четыре леди – нет. Князь Виктор положил руку на спинку кресла жены.

– Надеюсь, ты понимаешь, что я шучу?

– Странные у тебя шутки, – сказала княгиня.

– Считай я тебя бесталанной, – произнес Виктор, – вряд ли купил бы для тебя издательскую компанию.

– Ты был готов на все, только бы я вышла за тебя замуж, – насмешливо произнесла Регина. – На самом деле ты хотел, чтобы твой сын…

– Неправда, – перебил ее Виктор. – Моя любовь к тебе заставила меня это сделать. И с тех пор я безмерно счастлив.

Княгиня Регина улыбнулась мужу:

– Ты говоришь приятнейшие веши, любовь моя.

Семейная ссора была предотвращена.

То, что князь Виктор позволил жене строить свою карьеру, вселяло уверенность, что садовой богине удастся заниматься своим любимым делом. Разумеется, если она выйдет замуж за своего князя.

– А что за блондинка вон за тем столом? – спросила Белл, наклонившись к Михаилу.

Он проследил за ее взглядом.

– Княжна Анна, племянница русского посла.

Князь Драко заметил как бы невзначай:

– Катерина работает над созданием бесценных ювелирных изделий.

Графиня ди Салерно одарила его улыбкой:

– Драко просто льстит мне. Надеется, что за это я сделаю ему скидку и позволю сэкономить кругленькую сумму.

Драко поднес к губам ее руку:

– Дорогая графиня, вам хорошо известно, что у меня глубокие карманы.

– Я смоделировала для вашей сестры этот свадебный пояс, – объяснила Катерина сестрам Фламбо.

Надежда Белл возросла троекратно. Два князя Казановых одобряли призвание своих жен, двух леди, которые не подчинялись канонам высшего общества. Можно даже сказать – три князя и три леди, если считать Степана и Фэнси.

– Рейвен интересуется криминальным сыском, – обронил Александр, вступая в беседу. – Помогает нам в расследовании преступлений маньяка.

– Каким образом вы им помогаете? – спросила Катерина.

– Я… я… – Рейвен растерялась.

– Моя сестра ориентируется на свои ощущения от исследуемых предметов, – пояснила Белл. – Иногда на зрительные образы.

Князь Драко взглянул на Александра:

– Вы с констеблем верите в подобные вещи?

– Констебль готов поверить во все, что может способствовать раскрытию преступления, – сказал Александр. – Но я не поверю до тех пор, пока Рейвен не назовет имя виновного.

Графиня ди Салерно сняла с пальца вечернее кольцо с сапфиром и бриллиантом.

– Этот перстень вызывает у вас какие-нибудь ощущения? – спросила она, протягивая Рейвен кольцо.

Рейвен сложила руки и потерла друг о друга ладони. Потом зажала между ними кольцо. Закрыла глаза и, помолчав с минуту, сказала:

– Отмщение не вдохнет жизнь в мертвого.

Графиня, казалось, была сражена ее словами, но моментально оправилась.

– Я подумаю над этим, – пробормотала она.

– А кому вы хотите отомстить? – спросил ее князь Драко.

– Ответ может вас удивить.

– Надеюсь, это не я?

Графиня кокетливо посмотрела на князя:

– Разве вы причинили мне зло?

– Это что, приглашение к исповеди? – спросил Драко шутливым тоном.

– Вам не стоит беспокоиться, ваша светлость, – промолвила графиня.

– И все-таки скажите, графиня, – спросил он вкрадчивым тоном, – сделай я что-либо подобное, в чем выразилась бы ваша месть?

– Вы имеете в виду, в дополнение к тюрьме?

– Ах да! У итальянцев особый опыт по части ядов.

Белл наблюдала за ними. Хотела бы она обладать искушенностью и уверенностью графини в обращении с джентльменами. Между тем, блуждая глазами по комнате, она обратила внимание на третью блондинку, сидевшую через два стола позади них. Взгляд у нее был острый, словно кинжал.

– Лавиния Смит, моя бывшая золовка, – сказал Михаил.

– Итак, среди нас есть писатель, ювелир и прорицатель, а чем занимаетесь вы? – обратилась графиня ди Салерно к Белл.

– Спасаю жизни, – ответила Белл без колебаний. Михаил и Рейвен улыбались. Остальные округлили от удивления глаза.

– Вы врач? – спросила княгиня Регина. Белл покраснела.

– Я исцеляю растения.

– У моей сестры волшебные руки, – сказала Рейвен. – Садовая богиня обещает маленькие чудеса.

– Так вы садовник? – спросила графиня. – Или целитель?

– Вы верите в подобную чепуху, графиня? – Князь Драко повернулся к ней.

Графиня ди Салерно перевела взгляд с него на Рейвен и потом на Белл.

– Я верю, что некоторые люди наделены особым даром. Целительство – такой же талант, как мое умение создавать эскизы ювелирных изделий.

– Жаль, что у меня нет с собой чернил и бумаги, – сказала княгиня Регина. – Я прямо сейчас записала бы это для моего следующего романа.

Все засмеялись.

Лакеи убрали со столов посуду, оставшуюся после главных блюд, и подали сыры с фруктами к чаю, кофе и сладким наливкам. Оркестр заиграл вальс. Первый танец принадлежал невесте с женихом, второй – дочери с отцом.

Князь Михаил встал и подал руку Белл:

– Потанцуешь со мной?

Она проследовала с ним через зал. Согреваемая его улыбкой, Белл чувствовала себя в его объятиях подобно принцессе на балу.

– Ты танцуешь божественно, – сказал Михаил. – Его светлость посылал своим дочерям учителей танцев?

– Длинными зимними вечерами сестры Фламбо заставляли Александра помогать им практиковаться в танцах, – ответила Белл, улыбаясь. – На тот случай, если прекрасный князь пригласит нас на бал.

– Вот я и явился, – сказал Михаил. И препроводил ее к герцогу, когда кончилась музыка.

– Я всегда мечтал потанцевать с моими дочерьми, – сказал он.

– А мы годами упражнялись в ожидании этого момента.

– Ты убедилась, что его светлость действительно любит тебя?

– Я рассматриваю его предложение, папа.

Следующим ее партнером был князь Степан. Михаил танцевал с Синтией Кларк, и у Белл, когда она смотрела на них, болезненно сжималось сердце.

– Не тревожьте себя понапрасну, – сказал Степан, проследив за ее взглядом.

Потом ее пригласил князь Рудольф и, пока они танцевали, не переставал превозносить замечательные качества своего брата. Заметив, как Белл реагирует на Михаила, вальсировавшего в это время с княжной Анной, он сказал:

– Не придавайте значения обязательным танцам.

32
{"b":"432","o":1}