ЛитМир - Электронная Библиотека

– А теперь давайте отправимся домой, – сказала она.

Глава 15

– Повернись кругом, дорогая.

Белл, стоявшая в приделе собора Святого Павла, послушно исполнила требование мачехи. Отец и пятеро ее незамужних сестер наблюдали за этой завершающей инспекцией герцогини.

Невеста была в подвенечном платье из атласа и шелка цвета слоновой кости, с укороченным лифом и глубоким декольте. Благодаря большим расклешенным рукавам из тонкого, как паутинка, шелка отпала необходимость в длинных перчатках. Свадебный наряд дополняли фата и такие же прозрачные чулки.

К немалому ужасу мачехи, Белл заявила, что ей не нравится изощренная высокая прическа, и настояла на распущенных волосах. И сейчас ее темные волосы ниспадали до талии, как у невест в древние века. Для полноты картины не хватало только кинжала у пояса. Но вместо кинжала в руке у нее был флердоранж.

Флердоранж – символ девственности. Правда, девственность она потеряла, еще когда жила с князем в коттедже. Оранжевые цветы считались также талисманом плодовитости. Но и в них не было необходимости, поскольку Белл уже зачала.

– Очень изящно. – Герцогиня Инверари обратила свой взгляд на волосы Белл. – Даже со старомодной прической.

Сестры Фламбо захихикали. Герцог улыбнулся жене.

– Это будет бракосочетание десятилетия, – промолвила герцогиня.

– Я думала, венчание Степана и Фэнси было событием десятилетия, – промолвила Белл.

Герцогиня улыбнулась:

– Разве не может быть двух венчаний десятилетия?

Сестры Фламбо опять захихикали. Герцог снова снисходительно улыбнулся супруге.

– Пойдемте, мои дорогие. – Герцогиня повела девушек прочь. – Все гости уже на месте, так что мы можем совершить наш грандиозный выход.

Герцогиня Инверари плавно скользила в проходе, кивая, подобно королеве, как друзьям, так и недругам. За ней цепочкой шли незамужние сестры Фламбо, как пять цыплят за наседкой.

– Роксанна любит быть в центре внимания. – В голосе герцога Инверари угадывалась скрываемая улыбка.

– Вы очень гармоничная пара, – сказала Белл.

– Я по-настоящему любил твою мать, – сказал герцог, – и женился бы на ней, если бы был свободен. Я хочу, чтобы ты это знала. Габриэль гордилась бы тобой.

– Спасибо, папа.

Герцог расцеловал Белл в обе щеки. Опустил на лицо фату и подал ей руку:

– Пойдем. Твой князь ждет. Ты готова?

– Да, папа.

Белл приняла руку отца, и они направились в центральный проход. В воздухе плыли звуки музыки. В соборе играли орган и две скрипки. Мерцающее пламя сотен горящих свечей отбрасывало на стены танцующие тени.

Герцог Инверари выступил вперед, ведя с собой дочь. Белл видела белые розы, их благоухание усиливалось с каждой минутой.

Потом она заметила Михаила. С его добрыми темными глазами, в торжественном одеянии, он был так красив, что дух захватывало. Но для нее гораздо важнее было его сердце, большое и щедрое. Ее князь улыбался ей.

Белл помолилась про себя, чтобы их любовь до конца дней оставалась такой же страстной и искренней, как в это мгновение. Всего пять шагов – и он станет ее мужем.

– Это моя новая мама! – услышала Белл. Восклицание Бесс вызвало всеобщее веселье. Князь улыбнулся дочери.

– Подожди, – шепнула Белл отцу.

Она прошла на другую сторону собора, где находились княжны Казановы. Пять девочек сидели на передней скамье.

– Хочешь подержать для меня эти цветы? – спросила Белл свою падчерицу, протягивая ей флердоранж.

Бесс кивнула и, сияя улыбкой, высоко подняла букет. Наблюдавшие это четыре других княжны завизжали от восторга. Их родственники и гости, сидевшие впереди, заулыбались. Остальные тянули шеи, чтобы увидеть, что происходит.

– Кто этот мужчина? – спросила княжна Лиля, показывая на герцога.

Притихшие малышки вышли вперед.

– Этот мужчина – мой папа, – ответила Белл.

– А это мой папа! – крикнула Бесс. – Привет, папа!

Гости еще больше развеселились.

Белл видела, как улыбающийся князь посылает дочери воздушный поцелуй. Она вернулась к герцогу, чтобы он проводил ее к жениху.

Прежде чем отец оставил ее, она коснулась рукой его щеки.

– Я люблю тебя, папа. – Не дожидаясь его ответа, Белл повернулась к Михаилу.

– Теперь ты выйдешь за меня замуж? – спросил он.

– Да, ваша светлость.

Они подошли к епископу. Для такого знаменательного события церемония оказалась на редкость короткой.

Когда священник объявил их мужем и женой, Михаил, подняв фату, поцеловал Белл в одну щеку, потом в другую и, наконец, в губы.

– Ой! – Княжны Казановы снова взвизгнули.

Часом позже новобрачные ступили в бальный зал Инверари-Хауса принимать гостей. По одну сторону от молодоженов стояли герцог с герцогиней, по другую – князь Рудольф с княгиней Самантой.

В одной половине зала был установлен главный стол, а напротив, в другом конце, играли скрипачи. Между главным столом и музыкантами размещались небольшие столики. Развешанные гирлянды незабудок услаждали глаз. Воздух был напоен ароматом сотни роз – белых, красных и желтых.

Белл недовольно посмотрела на вазы, стоявшие в центре каждого стола. Сколько загубленных цветов! Сотни растений пострадали ради украшения, которого никто не заметит.

– Если ты не улыбнешься, – прошептал Михаил, – наши гости не поверят, что ты счастлива.

– Я-то счастлива, но… – Белл жестом обвела комнату. – Эти цветы обезглавлены без всякой надобности.

Михаил поднес к губам ее руку:

– Ты у меня оригинал, женушка моя.

– Ну почему никто не оплакивает смерть цветка? – сказала Белл. – Растения создал Бог, он любит их так же, как любит нас.

– Ответь мне, любимая, – сказал Михаил, пряча улыбку, – те оранжевые цветы были настоящие или искусственные?

Белл покраснела от его подтрунивания.

– Это мачеха настояла. Мол, оранжевые цветы – это громкое заявление.

– Какая кровожадность, однако.

Гости, выстроившись в очередь, проходили в гостиную для приема. Князь и мачеха представили Белл гостям, с которыми она не была знакома.

Князь Степан и княгиня Фэнси подошли первыми. Фэнси поцеловала сестру в щеку и пожала руку Михаилу.

– Я предвкушаю следующий вечер чая, – сказал князь Степан. – Ваше печенье выше всяких похвал. – Он посмотрел на жену: – Ты тоже могла бы испечь печенье.

– Мои таланты лежат в другой области, – криво усмехнулась Фэнси.

Следующими были князь Виктор с княгиней Региной.

– Добро пожаловать в семью, – промолвила Регина. – Хочу также выразить вам свое восхищение в связи с тем, что на прошлой неделе на ленче вы поставили на место тех дурно воспитанных леди.

– О чем это она? – спросил Михаил. Белл наклонилась ближе и шепнула:

– Я назвала Лавинию нехорошим словом.

– Какая дочь – такая и мать, – процитировала ее Регина.

– Ты помнишь сумасшедшего Эдди? – обратился Виктор к брату. – Он лежал в аллее, кто-то положил ему на грудь соверен. – Похоже на сценарий убийцы, которого никак не могут поймать.

– Эдди зарезан? – спросил Михаил. Виктор покачал головой:

– Нет, просто напился.

Белл поняла, что речь идет о джентльмене, которого стукнула по голове Тьюлип Вудс. Слава Богу, он жив.

Подошла очередь Лайкоса и Гюнтера. Князья по очереди с изысканным поклоном поцеловали Белл руку.

– Я чувствую себя в облаве, – сказал Михаилу князь Лайкос.

Михаил улыбнулся кузену:

– Волк в облаве?

– Охотник становится объектом охоты, – добавил Понтер, намекая на собственное положение. – Видимо, придется послать в Москву за нашими младшими братьями.

– Повстречай я такую очаровательную леди, как твоя жена, – произнес Лайкос, – с радостью вверил бы себя в ее нежные руки.

За двумя кузенами шли графиня ди Салерно и князь Драко Казанов. Графиня улыбнулась Белл, а князь склонился над ее рукой.

– У вас очаровательная жена, – обратилась Катерина к молодожену.

Михаил с улыбкой посмотрел на кузена:

45
{"b":"432","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
До трех – самое время! 76 советов по раннему воспитанию
Циник
Метро 2035: Воскрешая мертвых
Йога между делом
Мы из Бреста. Путь на запад
Urban Jungle. Как создать уютный интерьер с помощью растений
Половинка
Трамп и эпоха постправды