ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Где ты мог подцепить такое выражение, как «эрго», Тур? – спросил он.

– В фургоне есть радио, – напомнил Туркин. – А что же мы тогда ищем здесь?

– Еду, – ответил Бедевер. – Я умираю от голода.

***

Когда они вышли в коридор, так и не найдя, чего бы поесть, и выглядя как опасные рыцари-дезертиры, они услышали, как надрывается один из помощников: «Внимание! Внимание! Недозволенное вторжение! Не принимайте чеков, не подтвержденных банковской картой!» Это сначала беспокоило их, но потом они обнаружили, что от шума можно избавиться, сорвав динамик со стены и раздавив его ногой.

Между нами говоря, это придумал Туркин. Одна из его лучших идей.

– Мы, кажется, не пользуемся здесь большой популярностью, тебе не кажется? – пробормотал Бедевер, когда они пробегали еще по одному коридору, похожему на предыдущие как две капли воды.

– Они все какие-то чертовски нервные, – согласился Туркин. – Ты был прав, когда говорил, что к ним нужен очень мягкий подход.

Он прервался, чтобы столкнуть головами двух проходящих мимо статистиков, и затем добавил:

– Но кажется, это не очень-то помогло.

– Верно, – ответил Бедевер и лягнул в пах третьего статистика. – Знаешь, у меня такое чувство, словно мы взялись за это дело не с того конца.

Туркин кивнул.

– Ручаюсь, что…

Но его прервали. В стене открылась потайная дверь, из нее материализовалось чье-то лицо и приветливо осклабилось.

– Сюда, – произнесло лицо. – Быстрее.

Туркин заколебался на долю секунды.

– Зачем? – спросил он.

– А почему бы и нет? – ответили ему. – Давайте, входите.

Рыцари переглянулись.

– Это лучшее соображение, которое я слышал с тех пор, как мы попали сюда, – сказал Бедевер. – После тебя.

За дверью было темно и холодно. Стены были сложены из голого камня. В темноте капала вода и слышалась крысиная возня.

– Вот это уже что-то настоящее, – с энтузиазмом сказал Туркин. – А то это место уже начало действовать мне на нервы. Все эти ковры…

Владелец лица сделал им знак, и они последовали за ним.

– Ужасно действует на нервы, – продолжал Туркин, – я имею в виду ковры. Начинаешь думать: боже мой, если всех овец, которых пришлось остричь, чтобы набрать шерсти для всего этого, выстроить цепочкой носом к хвосту, они, наверное, достали бы… – он сделал широкое движение рукой, – …от Паддингтона до Юстона. А здесь все как-то более по-домашнему, что ли, – он приостановился на минутку, чтобы полюбоваться скелетом, висящим на цепях, вделанных в стену. – У моего папаши был такой, – сказал он. – Он купил его на распродаже с фургона. Говорил, что чувствует себя с ним настоящим бароном.

Бедевер ускорил шаг и догнал их проводника.

– Где мы находимся? – спросил он. Проводник хохотнул; звук эхом укатился куда-то в темноту, где кто-то, по всей видимости, съел его.

– Как раз под главным биржевым комплексом, – ответил он, – на полпути между Старой Биржей и Риальто. Мы идем на пятьсот футов ниже биржевого курса. У вас нет проблем с дыханием?

– Нет, – ответил Бедевер.

Проводник пожал плечами.

– Что ж, – сказал он. – Бывает по-всякому. Нам сюда.

Он исчез в низком сводчатом проходе – что-то подобное мог бы соорудить мышонок Джерри, если бы имел доступ к взрывчатым веществам. Туркин, который был слишком занят тем, что глазел по сторонам и испускал счастливые вздохи, чтобы смотреть, куда идет, ударился головой и выругался.

– Сейчас, – сказал проводник, – мы проходим непосредственно под самим зарегистрированным офисом, так что смотрите, куда ступаете. Реальность тут может быть немного неопределенной…

Пока он говорил, пол и потолок исчезли. Когда они несколько секунд спустя вернулись на место, у Бедевера возникло странное впечатление, что все вещи сдвинулись вправо примерно на ярд.

– Так это действует, – объяснил проводник. – Это влияние основной релокационной матрицы зарегистрированного офиса.

– Ах, ну да, – сказал Бедевер, – разумеется.

Проводник ухмыльнулся, глядя на него.

– Она так и работает, – сказал он. – Поскольку, видите ли, Атлантида – это то, что можно назвать безопасной гаванью – оффшорной зоной для укрытия от налогов. Фактически, она и используется, как такая безопасная гавань.

– Черт побери!

– Вот именно. Полагаю, – сказал проводник, – у вас часто возникала мысль: что будет, если тем или иным образом все деньги в мире будут понемногу утекать и ускользать за границу, пока под рукой совсем ничего не останется. Возникала? Я так и думал. Так вот, это уже произошло. Причем давно.

– Ага.

– Фактически, – говорил проводник, – это и есть Атлантида. Видите ли, Атлантида – это прародина денег…

– Э-э, да, – сказал Бедевер, – нам об этом уже кто-то говорил.

– Это меня ничуть не удивляет, – сказал проводник. – Они очень любят об этом рассказывать, вы заметили? Берегите головы, опять начинается.

На две или три секунды все измерения ушли за покупками; Туркин взревел и произнес нечто весьма грубое. Причина была в том, что он не успел присесть, когда присело все остальное. Теперь они находились на четыре с половиной метра ниже, чем прежде.

– Зарегистрированный офис, – объяснял проводник, – это не просто оффшорный офис; он еще и постоянно перемещается. На самом деле, это блестяще. Как можно обложить тебя налогом, если ты не стоишь на месте дольше тридцати секунд?

– И действительно, – согласился Бедевер. – Но мы вроде бы уже выбрались с этого участка, поскольку…

Проводник рассмеялся.

– Никогда не скажешь наверняка, – ответил он. – Бывают дни, когда зарегистрированный офис чуть ли не преследует тебя. Ага, вот так-то лучше, теперь мы от него избавились.

Они вышли на открытое пространство, очутившись под огромным куполом; такой купол Юстиниан мог бы соорудить на Святой Софии, если бы имел достаточно смелое воображение и много денег. Высоко над ними пробивался тоненький лучик света.

– Это отдушина, – пояснил проводник. – Тут прямо под нами столько магического золота, да еще и зарегистрированный офис шныряет вокруг, как мышь в лабиринте, – при этом создается такое напряжение, что где-то оно должно найти себе выход. Это единственное место, где Атлантида открывается к дневному свету. Нам здесь нравится.

– Прошу прощения за навязчивость, – сказал Бедевер, – но кто это – «мы»?

Проводник ухмыльнулся.

– Я уж думал, вы никогда не спросите, – сказал он. – Мы – хакеры. Атлантический андеграунд, так сказать.

– Ага! – сказал Туркин. – Так вы тоже ненавидите этих ублюдков?

– Вот именно, – отвечал хакер. – Поэтому мы и решили вам помочь.

Туркин протянул мощную лапищу.

– Давай пять! – воскликнул он. – Скликай народ, пойдем покажем этим…

Хакер печально улыбнулся.

– Хорошая идея, – сказал он, – но, боюсь, совершенно непрактичная. Наоборот, нам следует как можно скорее убираться у них из-под носа.

Туркин пожал плечами.

– Так почему же тогда вы зовете себя хакерами? – спросил он.

– Частично потому, – отвечал хакер, – что мы взламываем каналы, по которым течет естественная энергия, выделяемая денежными накоплениями, откачиваем ее и превращаем в пищу. А частично потому, что когда мы ловим у себя внизу кого-нибудь из Капитанов, мы ломаем ему…

– Все это прекрасно, – прервал Бедевер, – мы уловили суть. Но ты начал объяснять…

– Разве?

Бедевер кинул быстрый взгляд на Туркина, на которого весь этот разговор о взломах мог оказать неблагоприятное действие.

– Да, – твердо сказал он. – Так как все это работает? – продолжал он. – Как получилось, что Атлантиду невозможно найти снаружи?

– Нам сюда, – хакер показал рукой. – Это на самом деле очень просто. Атлантида – это корпорация, так? А адресом корпорации является ее зарегистрированный офис. Туда присылаются все адресованные ей официальные письма и факсы, там хранятся ее учетные книги, и место, где находится зарегистрированный офис корпорации, определяет, под чью налоговую юрисдикцию она подпадает. Пока понятно?

34
{"b":"434","o":1}