ЛитМир - Электронная Библиотека

Я было обреченно зажмурилась, но произошло нечто невероятное… Арс совершил чудо – он сумел развязаться и метнуть нож, все же не найденный похитителями, в единственный источник света. Едва разбилась лампа, как комната погрузилась во тьму. Тут же я почувствовала, что свободна, чьи-то руки схватили меня за талию и куда-то поволокли. Раздался звон разбиваемого стекла, чей-то отчаянный крик и все стихло. Я в неудобной позе замерла на полу, чужая рука крепко зажала мне рот.

– Скорее! – почти визжала Воеслава. – Они выпрыгнули в окно! Ловите их, ловите!

Веревки на моих руках сзади наконец-то оказались развязанными, точнее, разрезанными. Я тут же достала Биту и сжала ее в ладони. Приглядевшись, я поняла, что нахожусь под столом, под прикрытием длинной скатерти. Хорошо придумано. Интересно только, кто разбил окно и выпрыгнул в него?

Судя по шуму, упыри возвращались в дом. Арс – ну а кто еще-то? – прижал меня к себе, приложив на мгновение палец к моим губам. А то я бы сама не догадалась, что вести себя нужно как мышка… Нет, на самом деле мыши постоянно пищат и весьма пронзительно, а если не пищат, то шуршат. И откуда только взялась эта дурацкая поговорка?

– Поймали? – Похоже, Воеславе в детстве объяснили, что краткость – сестра таланта, а больше ничему и не научили. Хотя… Молчанье – золото. Ага, а слово – серебро. А на золото у меня аллергия.

– Они убежали, – раздался чей-то виноватый голос. – Там обрыв и река. Либо уплыли, либо утонули.

– Бог! – зло выругалась Воеслава. – Князь будет зол. По крайней мере, встречу мы им расстроили и воинов этих, – судя по звуку, ведьма пнула одного из незадачливых братьев, – мы прикончили. Велимир! – внезапно позвала толстуха. Я вздрогнула. Неужели он здесь?.. Но разговор продолжился, словно ведьма говорила по мобильнику. Никогда бы не подумала, что нечисть может использовать наши технические достижения… Или все же они пользуются волшебством? – Да. Да. Забирай нас.

Раздался тихий шелест, и все стихло. Посидев под столом еще пару минут, мы выползли наружу.

– Нам сказочно повезло, – покачал головой Арс. Если б не появились упыри, вряд ли бы нам удалось так легко сбежать. Эти уроды вполне могли бы начать стрелять на слух.

– Это ты разбил стекло? Но почему они подумали, что мы убежали? И почему ты не побоялся, что Гая тебя сдаст, когда ты врал Воеславе?

– Я разбил. Кинул нож рукоятью. А Гая… Понятно же, что она была их пленницей, как и мы. Какое удовольствие исполнять все, что прикажут? Ей главное было от них избавиться, чего она и добилась. А если б они про нее успели что-нибудь рассказать? Вряд ли она просто так им помогала. Если она ведьма, то держать ее должна была неслабая причина. Да и не думал я особо об этом в тот момент, решил рискнуть… Хуже нам бы всяко не стало. Ого, какой у тебя ожог! Болит?

– А ты как думаешь! – На самом деле, пока Арс не напомнил, я и не чувствовала ничего, но тут сразу заболело. Ужасно! Ненавижу ожоги, кажется, я уже об этом говорила. Самый маленький ожог болит гораздо больше многих ран и даже переломов.

– Я правда понятия не имею, о чем они спрашивали. Вполне вероятно, что в жизни моего отца подобное могло быть, но… Мы никогда с ним не были близки. Скорее, отцом мне был отец Глеба. И я не желаю знать, чем он там занимался и какую силу искал! – Арс говорил столь горячо и гневно, что мне стало ясно: отец – это его больная тема. Вроде как у меня – мать. Я тоже ничего не желаю о ней знать. Ненавижу ее! Если она умрет, я не буду жалеть и даже на похороны не поеду. Никогда.

– Ладно, пойдем отсюда и побыстрее. Надо еще Ивана найти, а то уже совсем стемнело.

– Погоди! – Арс чиркнул зажигалкой, поджигая занавески и гору макулатуры, валяющуюся за тумбочкой.

– Скатерть, – добавила я, глядя на разгорающийся огонь. – Так надежней.

Когда мы вышли, за нами во всю полыхало. Не похоже, конечно, что рядом кто-то есть, но уж лучше пусть люди найдут пепелище, чем два трупа со снесенными мечом головами.

Арс оказался изначально прав – через сорок минут мы вышли к огромному картофельному полю. Вдоль него шла вполне приличная дорога, на которой отпечаталось множество копыт. Дорога привела нас к нескольким постройкам – конюшне, судя по ржанию, паре сараев и красивому дому, сложенному словно игрушечка: с флюгером-драконом наверху, резными ставенками и высоким крыльцом с перилами, сделанными в виде переплетающихся драконов.

Переглянувшись, мы подошли ближе, и я постучала в дверь.

– Входите, – раздался густой бас.

Слегка неуверенно, я открыла дверь, и мы оказались в широких сенях. Вторая дверь оказалась открытой, а в проеме застыл огромный мужчина – действительно огромный, высокий и невероятно широкоплечий. Лицо его, чисто выбритое, оказалось очень добрым, что плохо вязалось с фигурой и голосом. Абсолютно седые волосы завязаны в хвост, а глаза – обычные, серые, как у меня, – смотрят чуть настороженно.

– Здравствуйте… Вы – Иван Царский?

– И ты будь здорова, красавица! Так меня величают. По делу али нет?

– По делу, – кивнул Арс. – Может, присядем? Дело долгое.

– Ну проходите, гости дорогие! – Иван повернулся и первым вошел в дом, так что я незаметно успела стукнуть Арса и гневно прошипеть:

– Молчи! Говорить я буду!

– Присаживайтесь. – Иван кивнул на стулья, стоящие у огромного стола, на котором возвышался гигантский самовар. Также в комнате вдоль стен стояли скамьи – тоже очень большие и похожие на перила на улице – опять извивающиеся драконы, а стены оказались задрапированы белой тканью с красными же вышитыми драконами. Все вместе смотрелось очень гармонично, если всем этим занимается сам Иван – ему бы в дизайнеры идти!

– Меня зовут Керен, а это Арс, – с ходу взяла я быка за рога. – Мы прибыли с Валаама… Вы в курсе происходящих там событий?

– Вы о боях? Да, я знаю о них. Антон приглашал меня, но я отказался. Оставить землю, осенью… Родственников у меня нету, скотину кто кормить будет? Да и стар я уже для драк!

– Понимаете, против нас выставили Кощея… Кое-кто уже погиб, едва не погибла я сама – спаслась чудом, возможно, сегодня он убил кого-то еще… Антон послал меня уговорить вас отправиться с нами на Валаам и победить Кощея, – я умоляюще посмотрела на богатыря. – Он едва не убил меня, – повторила на всякий случай.

– Ты воин, красавица? – искренне удивился Иван.

– Да. И мне необходима ваша помощь.

– Я не поеду. И это мое последнее слово. Но… – он чуть улыбнулся, – как не помочь такой красивой девушке, да еще и воину? Я расскажу, как победить Кощея. А сейчас, гости дорогие, пейте чай, отведайте моих ватрушек – и спать. Утро вечера мудренее.

Не мудрствуя лукаво я налила себе чая из самовара и принялась за ватрушку.

– Божественно! – воскликнула я, прожевав. Ватрушка и в самом деле была потрясающая – мягкая свежая булка, нежный творог, и островки клюквы. Мягкой была даже корочка, которая у тех ватрушек, что обычно продаются, больше похожа на кусок дерева. – Неужели вы сами это пекли?

– А как же! – с гордостью отозвался Иван. – У меня, вона, и печь сложена, да и творожок свой собственный. В городе, небось, такого и не попробуешь.

– И в самом деле очень вкусно, – кивнул Арс. – И чай очень ароматный.

Дурак. Ну что он говорит! Да еще и таким тоном!

– И вам не… одиноко тут жить? – спросила я, предварительно убедившись, что женщиной тут и не пахнет.

– Так я ж не один! – расплылся в улыбке Иван. – Со мной мои кони, и козы, и Черныш верный, да и кот Васька с котятами.

– Кот с котятами?! – засмеялась я.

– Ну… – богатырь чуть смутился. – Сначала я думал, это кот, а потом оказалось – кошечка. Но на Ваську-то все равно отзывается!

– А можно взглянуть? Я так люблю котят!

– Конечно. Прошу, – широким жестом Иван открыл дверь в соседнюю комнату. Там на… ох, как мне надоело это слово!.. огромной кровати кувыркались пять пушистых клубочков, а на подушках возлежала (!) красивая толстая персидская неопределенного мутно-рыжего цвета киска. Четверо котят были в маму – рыженькие, золотистые, с типично персидскими мордочками, а вот пятый – серый, переливающийся, с лоснящейся шкуркой – мало того, что был абсолютно не похож на родительницу, так еще и казался намного меньше братьев и сестер – те все пушистые, округлые, ножки коротенькие, хвостики голенькие и длинные, как у крысок, а у этого – шерстка густая, короткая, хвостик-морковка, и мордочка умильная-умильная.

39
{"b":"435","o":1}